Глава 91

Орина Кассандра

Последний день, проведенный в деревне, сменился жаркой ночью. И вот теперь снова дорога... Я уже начинала тихо ненавидеть этот разбитый тракт с его изломанными кустарниками по обочинам, мутными, поросшими зеленой тиной канавами, из которых торчал гниющий мусор.

Казалось, смрад, исходящий от застоявшейся воды, въедался в вещи, одеяла и даже волосы.

Поджав губы, я упрямо терзала новые вязальные спицы и пряжу. Рядом со мной на перине спал, вытянувшись на спине, Руньярдик. Он тихо сопел и иногда рычал, будто охотясь на мышку. Его хвост нетерпеливо подергивался.

Погладив кошачье пузико, снова взглянула на свое запястье. Брачное плетение никуда не делось.

Мне все не верилось, что мой спокойный и рассудительный Руни провернул такое. От воспоминаний пылали щеки. Ведь говорил же о храме, а сотворил такое!

Пока я, дурная, плясала и в любви ему признавалась, он...

— Злишься, Касси? — Его голос звучал насмешливо. — Я слышу, как ты громко дышишь. Не нравится узор?

— Все мне нравится, — проворчала я, — но в следующий раз...

— Какой следующий, жена? — Он обернулся. — Я уже женился, других разов не предвидится. Хотя, — он сверкнул красными очами, — ритуал «бракосочетания» мы будем повторять с завидной регулярностью. Дай только до земель Северного союза тебя довести. Там уже соображу, как домой быстрее попасть. У меня же такой стимул!

— Руни! — взвизгнула я, страшась, что кто-то услышит его жирные намеки.

Ответом мне был громкий раскатистый смех оборотня. Мой волк был сегодня необычно весел.

Выстраивая вереницу телег, торговцы настаивали, чтобы мы ехали в центре обоза. Руни спорить с ними не стал. И теперь мимо нас постоянно проходили люди, перебрасывались с моим волком парой словечек, что-то уточняли.

Так прошла первая половина дня.

Скучная и тоскливая.

Мучаясь со спицами, я все пыталась вспомнить, как там женщина на рынке показывала. Вроде все так просто казалось, а на деле — каждая петля что победа.

Подул сильный ветер. Такой резкий, что я испугалась.

Спереди заволновались лошади.

— Руни, — отбросив спицы, я схватила кота и подползла к лавке, на которой сидел мой волк.

Новый бешеный порыв ударил в стенку нашей кибитки. Телегу качнуло.

— Черная буря! — прокричали за нами. — Тучи идут, что сама тьма!

Я затаила дыхание.

Руни соскочил с лавки и обернулся.

— Этого еще не хватало! Вот уж чего не ждал! - он обтер ладонью шею. - Уводите повозки на ровную поляну, подальше от высоких деревьев! — прокричал он. — Алиф, ты слышишь меня?

— Мы же в лесу, — откликнулся глава гильдии.

— Ты делай что говорю. Ищи место, чтобы кучно встали, и готовьте ткань, глаза лошадям завязать надо будет.

— Зачем? — из соседней телеги выглянул Яшка.

— Затем, что я сказал, малец. Быстро исполнять!

Все вокруг ускорилось. Мужчины забегали.

Первый раскат грома оказался столь чудовищным, что я взвизгнула.

— Это черная буря, Касси, — Руни снял свою куртку и бросил мне. — Закутай в нее кота, чтобы он не так боялся. Исцарапает тебя всю.

— Откуда буря, Руни? — Я пыталась спрятать ошалевшего от страха Руньярдика. — Разве ее вызывает не магия?

— Не знаю, — рявкнул он неожиданно зло. — Обряды. Жертвоприношения. Смерть десятка сильных ведьм разом. И произошло это совсем недавно. Вот и летит на нас стихия. Что бы ни случилось, из телеги не вылезай, поняла меня, Касси?

Я кивнула.

И снова раскат грома. От удара молнии неподалеку почернело дерево и рассыпалось пеплом. Ни огня, ни искры...

Прижав к себе кота, я постаралась закутаться в одеяло.

Страх буквально душил.

— Руни, ты из нас единственный, кто обладает магией, — горланил Алиф, — ты сможешь это от нас отвести?

Я даже дыхание затаила. Вся обратилась в слух.

— Отвести - нет, — четко ответил он. — А вот поглотить... Я не маг смерти, но все же ведун. Боль своих мертвых приму как свою...

Из моих глаз брызнули слезы...

Стало так больно. Сердце заколотилось. Грудь прожгло как огнем. Всхлипнув, я повалилась набок.

От моих ладоней мелким туманным ручейком потекла тьма.

Она, словно живая, разрасталась, окутывая меня спасительным коконом.

Очередной порыв ветра. Телегу затрясло, но она устояла. Кони ржали, кто-то из торговцев кричал, пытаясь их удержать.

— Деревья, Руни, если их повалит, то на нас!

— Нет, — голос моего волка был совсем рядом. — Я сделаю это раньше стихии мертвых.

Волоски на моих руках приподнялись. Руньярдик зашипел.

Ветер ударил теперь с другой стороны, ткань, закрывающая телегу, приподнялась, порвалась, и я увидела Руни.

Он стоял, широко расставив руки, прямо из его ладоней выходили гигантские вихри, они столбами уходили в небо.

Внезапно мой волк подался вперед и хлопнул...

Чудовищная воздушная стена повалила все деревья вокруг, так что не задело ни одну телегу.

— Да что же ты такое, волк, — послышался голос стоящего сбоку Алифа. — На такое даже оталы неспособны. А уж они из сильнейших древних ящеров.

— Уйди в телегу и спрячься. Мертвые здесь. Они стонут и требуют отмщения.

Мой взгляд метнулся к горизонту. На нас шла тьма. Ветер гнал черные низкие тучи.

Вокруг били молнии, только вот огня они не вызывали.

Все обращалось в пепел. Крупные капли дождя хлестали по земле.

Торговцы разбежались. Лошади притихли.

И даже Руньярдик перестал вырываться из куртки. Он тихо рычал. Испугано и жалко.

Оторванный край ткани трепало в разные стороны.

Но я отчетливо различала Руни. Он стоял перед телегами, прямо на пути у этой проклятой бури.

Его тело менялось, приобретая звериные черты.

Моя собственная магия уплотнялась, скрывая нас с котом.

Я ощущала ее тепло.

По моим кистям поползла мелкая бирюзовая чешуя. Кое-где проявлялись и вкрапления черного.

Выдохнув, я плотнее прижалась к борту телеги.

Стихия усиливалась наступая. Дальние деревья, до которых не достал Руни, ломались словно лучинки.

— Великие боги, — прошептал Алиф. Он так и стоял за нашей телегой. — Дайте выжить нам, дуракам.

Это была очень странная молитва, но я мысленно ее поддержала.

Только бы все выжили, и Руни не пострадал.

Мгновение и нас окутало тьмой...