Глава 9

Ника

— …и якобы, поэтому отец отправил меня ночевать домой к Марку! Ты представляешь? — шипела я, наблюдая за тем, чтобы нашу болтовню с Ксюшей никто не услышал.

— Но почему он не привез тебя ко мне? — блондинка хмурилась. — Неужели дядя Иван больше доверяет этому типу, чем мне? Не понимаю…

— Не знаю, — сквозь зубы пробормотала я. — Может потому что так быстрее, не нужно было ездить по городу.

Подруга фыркнула и откинула за плечи длинные волосы, вид у нее был обиженный.

— Так нельзя! Утечка газа — это конечно серьезно, но не повод тащить тебя домой к какому-то мужику, пусть он даже твой телохранитель. Кто знает, что у него на уме?

Я пожала плечами.

— Отец доверяет ему, так что тут ничего не поделаешь, если только… — я помолчала, скользнув по лицу подруги взглядом.

— Если только ты не избавишься от Марка, — кивнула подруга.

— Именно, — я довольно улыбнулась. — Мне достаточно одной тени — моей собственной.

Ксюша смерила меня взглядом и отвернулась, делая вид, что пишет за болтающим преподавателем лекцию.

— Злая ты, Вероника, — вздохнула она. — Отец может, как лучше для тебя хочет, а ты все мечтаешь избавиться от этого мужчины. Сама говорила, что он спас тебя от хулиганов. Представь, что если бы Марка не было рядом? Чтобы эти подонки сделали с тобой?..

Думать об этом не хотелось, да и к тому же, я не собиралась ходить одна ночью по жутким паркам, так что встреча с потенциальной угрозой отпадала сама собой.

— И что, мне теперь до конца жизни быть ему благодарной? — прошипела я. — Пусть найдет себе другую работу, нечего таскаться за мной следом! И вообще, я не понимаю — ты его сначала защищаешь, потом критикуешь, определись уже!

— Я не хочу тебя обижать, потому что ты моя подруга, и никто не застрахован от неверных решений, но после того, как Марк спас тебя от пьяниц в парке, я бы задумалась, Ника. Чем тебе плохо, что рядом с тобой такой красавец?

— Потенциальных ухажеров отпугивает, — недовольно буркнула я, сморщив нос.

— Ага, ты хотела сказать, уберегает, — кивнула Ксюша, вероятно, припоминая Артема. — Признай, наконец, что Марк в качестве личного телохранителя не такой уж и плохой вариант.

Гордость не позволяла принять этот факт. Мне ужасно не нравилось, что отец насильно приставил ко мне постороннего мужчину. Может, сам Марк тут вовсе и не причем, а больше всего меня раздражало решение отца, которое играло не в мою пользу.

* * *

Сославшись на головную боль, я отпросилась у своего куратора домой, убеждая женщину в том, что на стоянке уже ждет водитель. Не заподозрив ничего плохого, она без проблем отпустила меня, пожелав скорейшего выздоровления.

Выскользнув в холл, я заглянула в окна, выходящие на парковку и, не заметив там Марка, беспрепятственно вышла на улицу, минуя пост охраны.

День стоял пасмурный, и я не придумала ничего лучше, чем пойти в кафе, которое находилось в паре кварталов отсюда — вот хотела бы я посмотреть на лицо телохранителя, когда он поймет, что меня нет в институте…

Войдя в кафе, в котором практически не было посетителей в столь ранний час, я прошла и села за дальний столик, так, чтобы мне было видно входную дверь. Заказав пару круассанов и черный кофе, я достала из рюкзака книгу, которую купила пару недель назад и принялась ее читать, иногда поглядывая на входящих внутрь людей.

Так прошло два часа. Я совсем сбилась со счета времени и поняла, что занятия закончились, когда телефон стал оповещать о входящем вызове от Марка. Без угрызений совести я поставила телефон на беззвучный режим и, довольно улыбаясь, продолжила чтение.

Ну-ну, пускай теперь попробует выкрутиться, отец ему за это точно голову снимет, ведь, скорее всего телохранитель обязан был находиться на территории института, а так как его не было, и я смогла уйти незамеченной, то…

Телефон снова зазвонил, привлекая к себе мое внимание, но я снова проигнорировала вызов телохранителя, ликуя в душе. Вызов умолк, и прежде чем громко хлопнула входная дверь кафе, прошло не менее двадцати минут.

Подняв из-за книги голову, меня обдало жаром, при взгляде на идущего прямо к моему столику Марка. Волосы у него на голове были взъерошенными, взгляд ничего хорошего не предвещал, а я сидела, смотрела на него и гадала о том, как он смог меня так быстро отыскать.

Ничего не говоря, мужчина забрал из моих рук книгу и с грохотом положил ее на стол, а потом схватил меня за руку и буквально волоком стал тащить вон из кафе, а когда ему надоело мое сопротивление — закинул на плечо и вынес за дверь.

— Псих! Поставь меня на ноги! — кричала я, привлекая своими воплями внимание зевак. — Пусти!

Когда мужчина, молча, скинул меня задницей на капот служебной машины, я, не раздумывая, стала колотить громилу кулаками в грудь, за что он схватил меня за запястья и стал вытаскивать из своих джинсов ремень, которым ловко связал мне руки.

— Что ты делаешь? Ты не имеешь права!..

— Будешь продолжать сопротивляться — брошу тебя в багажник, — прорычал Марк.

— Да пошел ты! — рявкнула я, пиная брюнета в бедро ногой.

Неожиданно из кафе вышла девушка-администратор, неся в руках мой рюкзак, книгу и телефон. Подойдя ближе, ее взгляд сразу упал на мои связанные руки и она, было, открыла рот, чтобы что-то сказать, но кажется не нашла нужных слов. Вместо этого она протянула Марку мои вещи, пробормотала что-то вроде «вы забыли» и поспешила уйти обратно.

— Вызовите полицию! — крикнула ей вслед, но та только прибавила шаг и вскоре вообще скрылась за дверью.

Обернувшись к Марку, я снова пнула его по бедру, но вместо того, чтобы дать мне сдачи, мужчина кинул в салон через открытое окно мои вещи, а потом схватил меня и опять перекинул через плечо, неся к багажнику.

— Я предупреждал, — сказал он и бросил меня в открытую нишу. — Приятной поездки, — и, не раздумывая, закрыл крышку.

* * *

Марк

Нет, мне ничуть не было стыдно за то, что я закрыл Нику в багажнике, целее будет, в противном случае я бы придушил ее голыми руками. Как ей вообще пришло в голову, уйти с пар и спрятаться в этом кафе? Хотела пощекотать мне нервишки? Думала, я ее не отыщу? Наивная девочка! В таком случае ей следовало выбросить телефон. Нужно вообще предложить Ивану чипировать ее, потому, что это уже ни в какие рамки!

Господи, как же она орала, когда я открыл багажник, это нужно было слышать. Она грозилась засудить меня, потом убить и что-то там еще, я не расслышал, потому что мне это надоело, и я заклеил ей рот скотчем.

Как ни странно, но мне повезло — глава семейства был дома и не сказал мне ни единого слова, когда я занес Веронику в дом и кинул на диван, решив, что пускай ее лучше развязывает кто-нибудь другой.

— Марк, а как это понимать? — Иван смотрел на брыкающуюся дочь, но даже не думал бежать к ней на помощь.

Я пожал плечами.

— Сбежала.

Повернув голову к своему ребенку, лицо мужчины стало хмурым, кажется, девчонке теперь несдобровать.

— Я тебя понял, — кивнул Гончаров. — У меня к тебе нет никаких претензий, поступай, как знаешь.

Нужно было видеть лицо Ники после слов ее отца. На нем появился ужас вперемешку отчаянием, и она начала мычать, пытаясь снять с запястий ремень, пока ей на помощь не подоспела Нина Николаевна.

— Я тебя ненавижу! — взревела девчонка, когда ее рот освободили от скотча. — Где ты вообще взялся на мою голову?

— Замолчи, — спокойно сказал ее отец, но в голосе послышались властные нотки. — Это послужит для тебя уроком, Ника.

— Уроком? — взвизгнула она и швырнула в меня ремень, который сняла домоправительница. — Ты кого ко мне приставил, папа? Садист!

— Прекрати! — гаркнул Иван, и девушка поджала от обиды губы. — Пока ты живешь в моем доме и сидишь на моей шее — будешь делать то, что я скажу!

Ника ничего не сказала. Она, молча, поднялась на ноги и смерила нас испепеляющим взглядом, а потом, быстрым шагом покинула гостиную.