Глава 45

Я сжимаю оставленный Боссом брелок в ладони и понимаю, что надо делать, но не могу пошевелиться. Я чувствую тепло Кая, его затравленные редкие выдохи. И чувствую вкус Босса на губах. Во рту…

Я поднимаю подол платья и утираю лицо, потом все же соскальзываю с ног Кая и неуклюже валюсь на пол. К счастью, я вовремя выставляю ладони и приземляюсь более-менее сносно.

— Влада, — зовет Кай шепотом. — Ты в порядке?

Глупый вопрос.

— Он прав? — я задаю встречный. — Ты не собирался прятаться от него, а всё это лишь часть плана?

— Он него невозможно спрятаться… У нас осталась пара минут, Влада. Он не шутил.

Я киваю и подползаю к спинке стула, пряча лицо от Кая. Я не хочу, чтобы он видел меня, и не хочу смотреть в его. Это не от обиды и злости, но я не могу разобраться в себе и не хочу добавлять в головоломку его пронзительных взглядом. Я даже не могу понять, что чувствую сейчас. После всего, что позволил себе Босс.

Я дрожала от наслаждения под ним и распахивала рот навстречу. Я совершенно потеряла себя рядом с ним…

Черт!

Боже…

— Кай, — я несмело окликаю его, не отрывая глаз от своей руки.

Я забылась из-за тяжелых мыслей, а руки плохо слушаются меня, и я промахнулась мимо пластиковой стяжки. Нож соскользнул и поранил меня.

— Зажми! — кричит Кай, оглянувшись через плечо и заметив кровь на моем запястье. — Олег! Олег!

Я завороженно наблюдаю, как рука окрашивается в красный, а потом вижу, как Кай толчком вскакивает на ноги вместе со стулом. Он с размаху таранит спиной стену, врезаясь в него деревянной спинкой. Со второй смачной попытки ему удается разбить стул в щепки, которые опадают к нашим ногам.

В этот же момент дверь дома снова раскрывается и на пороге показывается Олег.

— Блять! — шипит он, падая на пол рядом со мной. — Сука, ты что творишь?!

— Я… я не специально, — язык заплетается, а голос дрожит, — не хотела… я не думала, что он такой острый.

Олег рывком поднимает меня на руки и несет в машину. Кидает водителю злой приказ и помогает зажимать рану. Я утыкаюсь лбом в его плечо, а он то и дело встряхивает меня, чтобы я не думала засыпать. Мужчина матерится и шумно дышит, сжимает стальные пальцы на моем запястье так больно, что я закусываю ткань его пиджака зубами. Прикусываю его плоть, словно от этого может стать легче. Он не обращает внимание и следит за раной, иногда переводит взгляд на лобовое стекло, следя за дорогой. А иногда заставляет смотреть на него.

Короткие приказы, но я начинаю терять его. Его голос, его лицо… Я засыпаю.

Не знаю, сколько времени проходит, но я долго не могу прийти в себя. Как навязанное забытье, я то ли просыпаюсь, то ли вижу слишком реалистичный сон. Вокруг серая дымка и очертания темной комнаты, я то выныриваю из сумрака, то снова погружаюсь в него. Слышу мужские голоса. Слышу голос Олега. Крепкий силуэт в дверном проеме, который тоже похож на его, он стоит на отдалении и смотрит в мою сторону. Еще слышу шаги и звуки ампул.

Когда я просыпаюсь окончательно, вокруг светлая белая палата. Точно палата, я замечаю деревянную горизонтальную полоску, как делают в частных клиниках, медицинские мониторы и подключенную капельницу.

— Влада.

Я вздрагиваю от родного голоса и вдруг вижу бледное лицо отца. Он подвигается ближе и наклоняется ко мне, касаясь пальцами моих волос.

— Слава богу, слава богу, — шепчет он, пытаясь сглотнуть слезы. — Ты очнулась, белочка…

— Папа?

— Да, я рядом. С тобой.