Глава 15

Разговор с главнокомандующим меня вымотал, так что в столовую не пошла, решив обойтись бутербродами, которые раздобыл сердобольный берг. Я же написала записки для ребят с просьбой заглянуть ко мне после ужина. Сверилась с расписанием, убедилась, что ещё есть минут пятнадцать, и очень удивилась, когда в дверь постучали.

Миранда? Тиана? Войский?

И… не угадала!

Ко мне пожаловал огненный ифрит, причём в боевой ипостаси, то есть ниже пояса – столб ревущего пламени. И отнюдь не иллюзорный! Сердцеразрывающее зрелище для видящих это чудо впервые. Я и сама едва не задействовала коронную иллюзию придорожного куста. Я кустик, тупо кустик, я вовсе не адепт… Знатно бы опозорилась!

Огненный дух низко поклонился, а потом протянул мне белую розу:

– Хозяин велел передать, что ожидает вас в столовой.

Я сложила руки на груди, давая понять, что цветок не возьму. Ифрит бросил его мне под ноги. Не иначе как и на этот случай получил чёткие инструкции.

– Если прекрасная роза его сердца не явится, то хуже будет… Не ей, – выдав уточнение, ифрит смущённо отвёл взгляд.

Да, огненные благородны, сама идея шантажа ифриту казалась крайне возмутительной, но против хозяина не попрёшь.

И всё-таки как Джереми заполучил целого ифрита? Они же вымерли! Причём не как саламандеры. Те превратились в скитальцев и угасли постепенно, а вот ифритам совсем не повезло. Они предпочли смерть изгнанию.

– Так что мне передать хозяину?

– Тому, чей меч сейчас – мечта любого садовода?

Шутку не оценили. Ифрит нахмурился и сложил руки на широкой груди, едва прикрытой куцей чёрной жилеткой. Я же с жадностью уставилась на единственный предмет туалета огненного духа, который мог бы потягаться с магически усиленными доспехами. Секрет таился в вышивке бисером. Сложнейший орнамент был аналогом рунической вязи, которую наносят на ткань артефакторы. Защитная вышивка являлась частью магического искусства ифритов, которое ныне считалось утраченным.

Эх! Создать бы копию, так сейчас ничего путного не выйдет – слишком устала, концентрация отвратная.

– Мой хозяин – Джереми Аллойд Даян, – пояснил ифрит.

Так Джереми не лорд? Неожиданно! Никогда бы не подумала, что он безродный. И всё-таки Джереми друг наследника императора. Может, боевик поэтому такой дёрганый? Из-за ощущения собственной неполноценности. Но этому психованному хватит ума прицепиться к кому-нибудь из ШИПа, просто чтобы насолить мне. Так что выбора нет.

– Скажи, чтобы жевал помедленнее – скоро буду.

Я захлопнула дверь и прислонилась к ней лбом. Придётся спуститься. Войду, получу поднос с ужином, посижу рядом с девочками, а потом мы все вместе вернёмся и обсудим наше незавидное будущее. А к Джереми даже подходить не буду. В конце концов, он от меня этого не требовал!

* * *

Когда я вошла в столовую, ужин был в самом разгаре. В зале собрались боевики с разных курсов, но я мгновенно нашла взглядом стол, занятый иллюзионистами, направилась к нему и едва не влетела в материализовавшегося на пути ифрита. В руках у огненного была арфа, он тронул струны, и по столовой разнёсся глубокий баритон духа:

– Прекрасная Динара – моя истинная пара. Если откажешь – умру, все розы для тебя соберу…

– Это после смерти, что ли?

Ифрит запнулся, не иначе как мысленно общался с хозяином, а потом уточнил:

– Сначала розы, а потом смерть…

– А может, сперва смерть, а на розы мы с ребятами, так уж и быть, сами скинемся?

Огненный дух, открывший уже рот, чтобы выдать очередной куплет, запнулся, а потом арфа исчезла в треске пламени, а в руках у ифрита появился букет белых роз. Ага, тех самых, которые раньше всучить не удалось. Без воды цветы уже подвяли, а от огня ифрита ещё местами и закоптились – в общем, делаю выводы, что ухажёр у меня экономный, если не сказать бюджетный. Я ему такую первоклассную иллюзию на меч наколдовала, а он жмотится. Обидно! Этот веник не первой свежести даже на аванс взятки не тянет.

– Динара, мой хозяин приглашает вас разделить с ним вечернюю трапезу.

Смотрю на Джереми, тот недвусмысленно тычет пальцем в свободный стул. Что ж так скромно? Он бы ещё команду «к ноге» озвучил. Ну, раз ему так хочется…

Свой фантом я создала за секунду, всё-таки опыт – штука бесценная, а нематериальные иллюзии расходуют сущие крохи силы. Так вот, моя копия зашагала к столу иллюзионистов, я же направилась к боевикам, не сводя преданного взгляда с Джереми. Вот и насколько у этого остолопа выдержки хватит? Ставлю, что не более, чем на пять секунд.

Джереми сорвался на третьей. И как сорвался! С места да в прыжок, перемахнул через стол, добежал, зло сцапал за руку – мой фантом рассыпался белоснежными лепестками.

Я вдохнула побольше воздуха и скорбно объявила:

– Я не могу встречаться с парнем, который не в силах увидеть меня настоящую. Между нами всё кончено!

– Роза моего сердца, всё приходит с опытом. Уверен, немного тактильной практики и… нам обоим понравится.

Дружный гогот и подбадривающие выкрики со стороны боевиков, удивлённые взгляды и румянец на щеках адепток ШИПа, а потом я наткнулась на взгляд Икара, и мне стало стыдно. Неужели он в самом деле поверил, что у меня с Джереми могут быть отношения? Вон как Хлыстатый руки в кулаки сжимает. Наверняка репетирует ту самую тактильную практику да мысленно к моей шее примеряется.

– Я уже всё сказала!

И я направилась обратно к столу иллюзионистов, стараясь обогнуть Джереми по широкой дуге. Куда там! Не успела сделать и шага, как он возник на моём пути и зло прошипел:

– Сейчас ты сядешь со мной за стол, и мы поведаем ребятам трогательную историю нашей взаимной симпатии. А потом ты расскажешь, как по глупости испортила мой меч и что очень сожалеешь, раз такая криворукая уродилась.

И вид упёртый, словно взаправду верит, что я подчинюсь. Вконец охамел!

Эту светлую мысль я и намеревалась озвучить, когда рядом раздалось тихое, но от этого не менее твёрдое:

– Если ты не понял, то тебя уже послали.

Икар! Вот и чем он думал?! Я в ужасе смотрела на худощавого юношу. Моего роста, Икар был Джереми по плечо. Герой-защитник выискался на мою голову! Мне же потом и спасать!

– А ты, как я вижу, жаждешь указать мне маршрут? – лениво протянул Джереми.

– Могу и проводить. Выйдем?

Нет, никого я спасать не буду! Меня прямо сейчас откачивать придётся! Икар, ты на кого нарываешься? Он же тебя как букашку прихлопнет!

Боковым зрением уловила движение – это боевики вставали с мест. Поднялся на ноги и Элмар. Хвала Мраку! Сейчас напарник пресечёт назревающее адептовредительство. И потом, где боевик Икара? У них связующая руна, отдача при физических повреждениях иллюзиониста и прочие штрафы за отвратительную заботу о напарниках предусмотрены. Может, поэтому Икар и осмелел? Рассчитывает, что бить не будут? Это он зря. Выражение лица Джереми намекало, что Икар ещё сильно пожалеет, что осмелился вмешаться.

Так, а почему это Элмар запаздывает?

Осмотрелась и обомлела. Напарник, на которого я так рассчитывала, стоял у стены, и подобное положение занял не только он. Боевики растянулись по периметру как почётный караул, а потом вдруг слаженно и одновременно упали на одно колено, приложив руки к полу. Вокруг боевиков вспыхнули руны – зелёные у Элмара и голубые у остальных, – и мебель в столовой взмыла под потолок! Вся и разом! Девочки едва успели вскочить со стульев.

Места в зале резко стало больше, а к нам подошёл один из боевиков.

– Икар, как твой напарник, рекомендую отказаться от дуэли.

Дуэли? Он прикалывается? Это будет не дуэль, а избиение младенца!

– Икар, ты же выйти хотел. Пойдём прогуляемся, арбовым туманом подышим – глядишь, и полегчает. – Я с мольбой посмотрела на Икара.

Вот и сдалась ему эта дуэль! Джереми, конечно, вёл себя как последний засранец, но я ему тоже настроение подпортила нехило. И это я только разминалась!

– С магией или без? – словно издеваясь, Джереми предложил Икару выбор.

– Без, – твёрдо отозвался Икар. – Я не вижу здесь магической защиты. Не хотелось бы испортить интерьер столовой или случайно ранить кого-то боевым заклинанием.

Как будто он такие умел создавать!

Икар совершенно спокойно вытащил из пространственных ножен два тонких стилета. Джереми быстро взглянул на меня.

– Одно твоё «да» – и я откажусь от дуэли.

В глазах боевика так и читалось: «Меч расколдуй, стерва!» И я хотела согласиться, Икар был мне дороже мести, и потом, уже завтра я могла наколдовать Джереми нечто позабористее, от чего он с нежностью вспоминал бы лепестки роз.

– Я не откажусь, – упрямо заявил чернявый самоубийца.

– Вы там решайте, дерётесь аль нет. Столы-то нелёгкие! – выкрикнул один из боевиков, занимающихся магическим подъёмом тяжестей.

– Отойди, мешать будешь. – Напарник Икара поволок меня в сторону.

– Разве ты не должен его отговорить?

– Я пытался.

– Но Икару могут навредить!

– Ничуть в этом не сомневаюсь.

– А как же руническая связь? Тебе же прилетит, если Икара ранят!

Боевик остановился и отрицательно мотнул головой:

– Дуэли не являются частью учебного процесса. Право на дуэль свято для паладина. Его даже главнокомандующий признаёт и уважает.

– Так вы же не паладины, – простонала я, уже понимая, что поединок всё-таки состоится.

– Не дрейфь, подлатают твоего иллюзиониста. В нашей академии отличные целители.

Да не ранения я боюсь, а того, что может выпустить Икар в пылу боя!

Я с тревогой уставилась на парня, принявшего боевую стойку. Из всех иллюзионистов Икар лучше всех управлялся с холодным оружием, оно и понятно, боевой опыт давал о себе знать. Так что в тех редких спаррингах, которые веселья ради устраивали одногруппники, Икар побеждал. Но то развлекательные бои в дружеской атмосфере, а не жёсткая стычка с тем, кто прямо-таки задался целью проучить меня!

Икар пострадает из-за меня!

Джереми недвусмысленно дал это понять, когда адресовал мне холодную улыбку, а потом призвал меч. Появление клинка из пространственных ножен сопровождалось лёгким хлопком, и на пол упал первый белоснежный лепесток.

Что же делать? Что делать-то?!

Я была просто обязана вмешаться!

Всему виной был злосчастный белый лепесток розы. Нет, мгновенно снять иллюзию не представлялось возможным. Всё-таки у долгосрочной магии свои законы, а я со злости задействовала ограничитель. Теперь, чтобы расколдовать меч, над ним нужно было провести специальный ритуал. Но немного изменить иллюзию я могла прямо сейчас.

И белый лепесток потемнел, превращаясь в чёрный. Сам Джереми этого не заметил, боевикам тоже не было дела до какого-то лепестка, но Войский… Георг слишком хорошо меня знал, поэтому на всю столовую раздался его зычный голос:

– Вот это злость! Вот это ярость! Неописуемая агрессия. Даже цветочки вянут!

И Войский услужливо подсветил лепесток лучом света. Иллюзорным, разумеется, но от этого не менее ярким.

Джереми медленно повернулся ко мне, я развела руками, словно говоря: «Извиняйте, что смогла…» Боевик отрицательно мотнул башкой, на мгновение приложил меч ко лбу и отсалютовал Икару.

Вот беда-беда-недоразумение!

– Противники, принять боевые стойки, – раздалось откуда-то сверху.

И я узнала этот голос, хотя и слышала его до этого всего раз! За дуэлью собирался следить Хранитель академии, а это означало, что помочь Икару я не смогу.

– Не лезь, – тихо предупредил напарник Икара. – Мухлёж приравнивается к поражению. Икару ещё и от Хранителя влетит.

И тут мне пришлось совершить подвиг. Настоящий подвиг. Молча ждать я не умела, даже задачи такой перед собой никогда не ставила. Я привыкла действовать быстро, решительно, а потом с таким же рвением разгребать последствия, ведь чем раньше ошибёшься, тем больше времени останется на исправление ошибок.

– Да постой же ты спокойно… – шёпот Войского за спиной.

– Не могу. Страшно очень, – еле слышно произнесла я и ощутила успокаивающее тепло ладони на своём плече.

Георг слегка сжал его и тихо посоветовал:

– Считай медленно до десяти.

Я честно попыталась, но на цифре «пять» Джереми атаковал Икара, и я забыла, как дышать, потому что Икар совершил невозможное: он уклонился. Не отбежал, не отпрыгнул, а именно что уклонился, так и не увеличив дистанцию между собой и Джереми.

Сначала я сочла, что Икару повезло. Джереми, видимо, тоже, потому что провёл ещё несколько ударов в том же темпе и только потом недоумённо нахмурился. Икар уклонился от всех атак, а потом, словно издеваясь, скрестил лезвия своих стилетов, и в абсолютнейшей тишине брякнула сталь, как если бы иллюзионист поаплодировал клинками своему противнику.

– Твою ж мать… – восхищение в голосе напарника Икара было неподдельным. – А что ещё этот парень умеет?

– Сам выяснишь, – буркнула я, надеясь, что Икар не станет раскрывать все возможности. – И долго им так танцевать? Пока столы на головы не упадут?

Я с опаской покосилась на коленопреклонённого Элмара. Тот жадно следил за поединком, лучше бы за руническим кругом присматривал!

– Не переживай. Элмар один из немногих, кто способен держать круг больше суток. Неоднократно проверялось.

– Подъёмом тяжестей?

– Отчего же? В первую очередь круг даёт возможность держать щит. Элмар же не совсем классический боевой маг, но щиты у него выходят на редкость классные, даже главнокомандующий с одного броска не пробивает. Вот… смотри, сейчас будут танцевать.

Осознав, что прихлопнуть Икара с наскока не выйдет, Джереми оставил меч в покое и вытащил хлыст. Я слегка вздрогнула, вспомнив ощущение беспомощности, когда Джереми пустил его в дело во время нашей первой встречи. Эх! Зря я только меч ему зачаровала, надо было ещё и хлыст изгадить, а то вон как огнём полыхает – хана моим нервам и маникюру.

Первый удар бича я встретила громким вскриком и в ужасе зажала рот ладонью. Не хватало ещё своим воплем помешать Икару. А где это он? Во, и Джереми тоже противника потерял. Не я одна такая непонимающая!

Рядом восхищённо ругнулся боевик, и только тогда я заметила блеск стали возле шеи Джереми. Щуплого Икара за ним и видно не было.

– Что ж остановился? Бить надо было!

– Ого! А иллюзионистки, оказываются, кровожадные, – коротко хохотнул напарник Икара.

– С кем поведёшься, – буркнула я.

– Так только второй день.

– Вот именно. Через неделю вы все от нашей Лэсарт взвоете, – зловеще пообещал Войский.

– Я не злая. Я просто за справедливость.

– И на охоту тебя с девчонками не взяли, – подначил Георг.

– Вот я и говорю. Я. За. Справедливость.

Пока мы выясняли, кто тут самая обиженная девушка в Карагате, Хранитель присудил победу Икару. Джереми пытался доказывать, что Икар не успел бы нанести удар, что рука у него не настолько твёрдая, а рост так вообще – позор мужчины. На что Хранитель заметил, что опозорился как раз не Икар и что подробности поединка будут предоставлены куратору Латар.

– Джереми попал, – беззлобно хмыкнул Войский.

– А тебе какая разница?

– Так я напарник Джереми. Соболезновать не надо, мне себя и так жалко.

* * *

Новости ребята слушали молча, не перебивая. Я не стала нагнетать атмосферу или грузить всех своими предположениями. Рассказывала чётко и по существу.

У нас отбирали магию с помощью серебряных чаш.

У меня – все пять лет, у остальных – четыре года, срок особой роли не играл. Важны были лишь последствия – нам не давали развиваться. Талант иллюзиониста – способность узкоспециализированная, так что никто не возмущался, что нас не пичкали знаниями, необходимыми для классических магов.

Мы изучали иллюзии в меру сил и возможностей, а теперь выяснилось, что возможности эти были ограничены. Никто из шиповцев не мечтал добиться заоблачных высот на иллюзорной стезе, но кому понравится узнать, что тебя обворовывали?

Вот и ребятам не понравилось.

Одногруппники сидели мрачные, притихшие. Нет, отчасти оно и понятно. Разгуляться в моей комнатушке они не могли, а вот пар выпустить хотелось. Первыми сдали нервы у Войского. Созданное им облако обладало грустной мордочкой и лило иллюзорные слёзы.

– Печально, господа. Я так понимаю, что госпожу Ортон мы больше не увидим?

Я покачала головой. Сообщить ещё и о гибели преподавателей ШИПа я не могла. Это было слишком чудовищно! Девочки всю ночь бы не спали, а у Арии или Миранды мог случиться нервный срыв. Пусть лучше думают, что заговорщики ответили по всей строгости закона. Знать бы ещё, что там у нас за кражу магии полагается.

– Получается, магия к нам вернётся? – тихо поинтересовался Икар.

– Переживаешь из-за кошмаров? Ребят, как он? Если опять будет грезить наяву – зовите меня немедленно!

– Да вроде норм. Так ведь? – спросил Войский. Икар подтвердил его слова молчаливым кивком. – Девочки, тут такое дело… – продолжил Георг. – Мы хотим извиниться за своё поведение в гарнизоне. Лично у меня вчера от одного вида нашего главнокомандующего что-то в мозгу щёлкнуло, и я понял, что не имею права жить как праздный паразит.

– На войну рвёшься? – спросила я.

– Кто ж меня отпустит? У меня своя война ожидается… внутриклановая. Но не будем о грустном. Я вот что хотел сказать: я намерен выжать из этих боевых учений по максимуму. Боевики – ребята толковые, своё дело знают. У них многому можно поучиться.

Остальные иллюзионисты поддержали Войского энергичными кивками. «Простите нас, малышки» смешалось с гордым «Что мы, косметички?», «Да боевики ещё узнают, кто такие иллюзионисты!».

– Вы, главное, не переусердствуйте. А то в иллюзионы запишут, и продолжите поражать боевых магов уже на границе Тёмного Альянса.

– Мы – иллюзионы? Не смеши моё облачко, – хмыкнул Войский.

Его облачко и в самом деле повеселело, перестало лить слёзы и теперь радостно скалилось, явив миру острые, как у пираньи, зубки.

– Брр! Жуть какая. – Миранду даже передёрнуло от отвращения.

– Нет, Мири, это ещё не жуть. Настоящая жуть поджидает нас на охоте, – с нездоровым предвкушением объявил адепт.

– Славно повеселимся!

– Я тоже на трофей рассчитываю!

Энтузиазм иллюзионистов – уподобиться боевикам – уже не просто настораживал, он откровенно пугал. Возникало ощущение, что кое-кто совершенно не соизмерял желания и возможности. Радовало одно – в Военной академии Карагата был отличный лазарет.

Где-то через час мальчики отправились по комнатам, а вот девочки задержались. Сосредоточенно-упрямое выражение на их лицах намекало, что меня ожидал какой-то сюрприз.

– Динара, а ведь это же настоящая дискриминация, – тихо проронила Ария.

– И незаконная, – подхватила Касмина. – В уставе ШИПа чётко сказано, что адепты школы имеют право на равноценное образование, а мы всё ещё адепты, пусть и выпускники, но адепты. Но обучение сейчас нельзя назвать одинаковым.

– Нас считают отстоем, это неправильно, – подхватила Миранда.

– Мы тоже хотим на охоту, – подытожила Тиана.

Я осмотрела девчонок, оценила решительность в их взглядах и хлопнула в ладоши:

– Раз хотите – давайте напишем!

– Что напишем? – встрепенулась Касмина.

– Протест на имя главнокомандующего. Эх, жаль под рукой нет устава Школы Иллюзий и Преображения. – Как это нет? – хитро улыбнулась внучка главы магической безопасности союзного королевства Азрот.

В объёмистом чемодане Касмины под парочкой платьев лежали книги и тетради. Самая догадливая из нас прихватила не только практикумы по созданию иллюзий, но и официальную брошюру, именуемую уставом ШИПа. Берг принёс нам письменные принадлежности, чистые свитки и… исчез до утра, наказав, чтобы мы его не беспокоили и вообще, если кто спросит, он понятия не имеет, чем же мы тут таким занимаемся.

– Всё ясно. С отправкой почты нас кинули, – пробормотала я, прикидывая, как бы нам доставить послание адресату, да так, чтобы он точно его прочитал.

А то отнесёшь в преподавательскую, секретарь сунет в ячейку и благополучно забудет на пару дней, а главнокомандующий у нас мужчина занятой. Один Мрак ведает, сколько лорд Льен в гостевом домике пробудет. Хорошо, если до сих пор там, а не отбыл по делам государственной важности.

Не проверишь – не узнаешь.

Так что час спустя, завёрнутые в плащи и окутанные слоем маскировочных иллюзий, мы начали пробираться сквозь парк, отделяющий гостевой дом от основной территории академии.