Глава 39.

Август предложил мне локоть, и так, под ручку, мы вошли в светлую обеденную залу. Небольшая комната, оформленная в довоенном стиле, с довольно большим количеством украшений, лепнины, позолоты. Посередине стол, накрытый на две персоны.

– Прошу. – Принц отодвинул для меня стул, сам же разместился напротив.

Пока нам подавали блюда, непонятно откуда выскользнули прислужники, мужчина рассказывал мне об этой комнате и странном убранстве. Когда-то давно здесь были личные покои начальника тюрьмы, которая раньше располагалась в этом замке. Тюрьму убрали – негоже ей находиться в шаговой доступности от столицы, – но комнаты оставили на всякий случай, вдруг понадобится где-то принимать гостей. В общем, помещение для представительских функций.

– Приятного аппетита, – пожелала я, когда слуги скрылись с глаз, и сосредоточилась на еде. Отчего-то было немного не по себе, даже уши запылали от непонятного смущения. И постоянно казалось, что Его Высочество смотрит на меня в упор.

Подняла глаза. И правда смотрит каким-то совершенно нечитаемым взглядом.

– Розмари. – Август слегка улыбнулся, будто его эта ситуация и мое смущение забавляли.

Я вздохнула поглубже и расправила плечи, стараясь скрыть, что чувствую себя немного не в своей тарелке. Странно, ведь я и раньше оставалась с ним наедине. Может, дело в том, что это были деловые моменты, а сейчас мне мотивация принца не ясна? Неужели ему пообедать не с кем?

– Розмари, – повторил мужчина. – Как вам сегодняшний конкурс?

– Признаться, ожидала большего, – честно ответила я.

– М-да, я тоже. Совершенно не понимаю, как пение и музицирование может помочь быть женой, матерью, Императрицей.

– А что может? – спросила я и тут же прикусила язык. Как бы он не воспринял неправильно мой совершенно праздный интерес.

– Ну, например, полезный талант показала Даниэла. Впрочем, от нее меньшего я и не ожидал. Хотя, насколько я знаю, ей подобное представление далось непросто, очень уж специфическое это умение. В принципе, неплохо себя зарекомендовала леди Фаерто со своими тенями. Конечно, ей еще учиться и учиться, но умение полезное. Надо бы Клаусу на нее внимание обратить. Но это так, к слову.

– Да, мне их номера тоже понравились, – кивнула я, когда принц замолчал.

– Рад, что мы с вами сходимся во мнении. Но больше всего, Розмари, мне понравился ваш номер. Знаете почему?

– Благодарю, Ваше... Август, – вежливо кивнула я, потом замялась на секунду и ответила на прямой вопрос: – Полагаю, дело в контроле?

– Номер у вас был красивый и впечатляющий – это без сомнений, – улыбнулся принц, – но да, все дело в контроле. Магов и магичек с уровнем сто девяносто три кванта довольно много. Даже тех, у кого уровень за двести, не так уж мало, но… чем выше сила, тем сложнее ее контролировать – извечный закон и проклятие. Показать подобный контроль на вашем уровне и в вашем возрасте – очень дорого стоит. Вы способны защитить себя и других – это бесценно.

Он что, мне сейчас работу будет предлагать? Не поняла.

– Не правда ли, это вполне себе полезные качества для жены и особенно матери? – будто в пространство спросил мужчина.

– Наверное… – проблеяла я, с трудом не уронив вилку из ослабевших рук.

Вот сейчас я и правда не поняла! Не хочет же принц сказать, что… Да нет, бред!

– У нас опасный мир, Розмари. И быть императорской семей в нем гораздо опаснее, чем быть Легионером на передовой.

– Вы поэтому такие странные конкурсы проводили? Простите, – извинилась за свою несдержанность. Кто его знает, кто их придумывал, не хотелось бы никого оскорбить.

Куда-то однозначно не туда зашел этот разговор. М-да…

– Странные? Да, наверное, со стороны это так и выглядит. Принцу делать нечего, вот он и дурит, – невесело хмыкнул мужчина. А потом враз стал каким-то взрослым, серьезным, жестким. – Я просто не хочу смотреть, как мои дети гибнут один за другим, Розмари. Я видел отца, когда ему сообщили о смерти моего старшего брата, я помню, хоть и смутно, как вытаскивал Кристу из горящего дворца. Из того самого, из которого не смог выбраться еще один мой брат. Знаешь, Рози, моя мать после смерти второго сына разом поседела. Но я думаю, что поседела она не от горя даже, а от мысли, что в тот день могла лишиться всех своих детей. И я не хочу такой судьбы своей жене и детям.

– Мне жаль, Август. – Я искренне постаралась его поддержать. Только сейчас наконец пришло настоящее осознание, что передо мной не функция, а настоящий живой человек. Мужчина, у которого есть чувства, который страдает от потери близких, который не хочет повторения.

– Знаешь, идеальным вариантом было бы жениться на светлой, как Клаус. Они хороши в защите, их так просто не убить. Почти в аналогичной ситуации сестры Пилестро выжили, хотя там все было еще страшнее и мощнее – от их дома только выжженная воронка осталась. Но я будущий Император и обязан взять в жены темную. Если проклятие не сработает на ведьму.

– А оно не сработало?

– Нет, – покачал головой принц. – Поэтому были отсеяны, пусть и таким жестким способом, самые слабые, медленно думающие и принимающие решения, не умеющие командовать и брать на себя ответственность. Чем быстрее я бы их откинул, тем меньше был бы шанс, что проклятие укажет на одну из этих, совершенно непригодных к роли Императрицы, девушек. В двадцатку попадут, за очень редким исключением, только те, кого я бы действительно мог представить рядом с собой.

– Понятно. – Отчего-то стало неприятно, появилось ощущение, что это такое своеобразное прощание.

– Эй, ты что себе там надумала? – заулыбался принц, что преобразило его из серьезного и властного мужчины в совершеннейшего мальчишку. – Ты как раз прошла дальше с наибольшим количеством очков.

– Хм… – Я растерялась. – Хм… Но я думала, что мое выступление понравилось только вам.

– О нет! Оно всем понравилось, просто на прошлом отборе как раз во время этого конкурса произошло покушение на Клауса. Вот все и напряглись, когда увидели, что ты, по сути, трансформировала боевую магию. Ведь в любой момент могла ударить своей молнией кого угодно.

– Могла, но никогда бы!..

– Да, не сделала. Я знаю. – Август опять заразительно улыбнулся. – Расскажи о себе, Розмари.

В это время я раздумывала над неожиданно пришедшей мыслью, что принц все никак не может определить звать меня на ты или на вы. Но он резко сменил тему, и я просто не успела среагировать.

– Эм… – глубокомысленно промычала, стараясь собрать в кучку разбегающиеся в панике мысли. – Что вас интересует?

– Да что угодно! Например, почему такая красивая девушка решила пойти в Легион?

– Ну, мой папа Легионер, вот и я решила, – пожала плечами я. – Поколения моей семьи служили Империи, негоже нарушать традиции.

– И тебе этого хотелось? Не танцевать на балах с блестящими кавалерами, не музицировать в лучших салонах города, а служить?

– Ну мы же не из высшей аристократии, – пожала плечами я. – Так что танцевать я могла только в обществе пары престарелых баронов, что доживали свой век поблизости, а музицировать… Боюсь, этого бы не выдержали даже они. Нам ведь не нужны напрасные смерти, верно?

– Не нужны, – рассмеялся принц. – Но сомневаюсь, что все настолько плохо. Скорее, вы просто сама скромность.

– О, плохо, Август, плохо, – тоже заулыбалась и немного расслабилась я. Вот когда он такой – веселый, спокойный, – воспринимаешь его как обычного человека, но когда собранный, жесткий, властный – чувствуешь, что перед тобой будущий Император.

– И как вы планировали дальше работать? Имею в виду, – поправился принц, – в каком направлении собирались строить карьеру?

– Мне могли оказать протекцию друзья отца, но, честно говоря, хотелось бы этого избежать. Преподаватели в Академии говорят, что я неплохой командир и аналитик, так что надеялась на должность при штабе. Не сразу, конечно.

– Хм, неплохой аналитик, говоришь? – задумчиво протянул мужчина. – Что ж, это весьма востребованное умение. И не только в Легионе. А что семья? Ты планировала выйти замуж, родить детей?

– Я думала об этом, – опять отчего-то смутилась я. Тема показалась мне щекотливой. – Но не собиралась в ближайшее время.

– Отчего же? Так бы тебя быстрее перевели на штабную должность.

– Хотелось встать на ноги, зарекомендовать себя. Мне не нужны преференции, я бы и так справилась.

– Не сомневаюсь, – серьезно кивнул принц, как будто получил ответы на очень важные вопросы.

Дальше мы какое-то время ели в молчании, потом слуги принесли десерт, и я не смогла больше думать об этом странном разговоре – все внимание было приковано к шоколадному суфле. Я пропала для внешнего мира.

– А вы сладкоежка, – неожиданно, с улыбкой в голосе, прервал мое пребывание на небесах принц.

– Ну не то чтобы… – в очередной уже за сегодня раз смутилась я. – Не особенно люблю сладкое, исключая шоколад и все, что с ним связано.

– Я об этом наслышан.

– Наслышаны? То есть это приготовили…

– Да, специально для вас. Мне хотелось сделать вам приятное, – непонятно хмыкнул Август. – Надеюсь, вам понравилось?

– Да, очень! Это великолепно!

– Это рецепт моей матушки. Когда были детьми, она нам сама такое делала, если хорошо себя вели. – Потом рассмеялся: – Как вы понимаете, делала редко.

– О, я думала, что Его Высочество всегда хорошо себя вели, отлично учились и не проказничали, как обычный ребенок.

– А принцы с принцессами не должны, да и не отличаются ничем от обычных людей, Розмари. Это накладывает определенные обязательства – да, но ведь существует много профессий, у которых обязательства не меньшие. Мы не какие-то сверхлюди. Да, сильны магически, но в остальном…

– Я не понимаю, почему вы это все мне говорите, – честно сказала я, немного подумав.

– Просто мне хочется, чтобы ты относилась ко мне не как к Его Высочеству принцу Марентино, а как к Августу.

– Но почему? Вернее, я и так…

– Почему? Не знаю, просто мне так хочется. Могут же быть у меня капризы, не так ли? Я же обычный человек, не забыла.

Я лишь улыбнулась в ответ на его улыбку, потому что не знала, что сказать. С одной стороны, мне показалось, что ему одиноко, но с другой, вряд ли он стал бы мне это так открыто демонстрировать.

– Ладно, Розмари, спасибо за компанию. Мне было очень приятно с вами поговорить и познакомиться поближе, но, боюсь, если я вас немедленно не верну подругам, они замок на кирпичики разнесут.

– Они меня ищут? Уже? – И как только ему это сообщить успели?

– Вы не пришли на обед, и они подумали, что с вами все же что-то случилось. Так что теперь терроризируют распорядителей. И поверьте, от Даниэлы Пилестро еще никто не уходил живым и здоровым, если не давал ей того, чего она хочет.

– Могу представить.

– Это вряд ли, – серьезно, без тени юмора посмотрел на меня принц. – Тем не менее кое в чем они правы – будьте предельно осторожны. Если что, коммуникатор у вас есть, сразу же пишите мне.

– Да, Август, я поняла.

– Тогда позвольте, я вас провожу.

К выходу из хозяйственного блока мы шли молча, а у самых дверей распрощались. Какой бы я ни была фавориткой отбора, но нежелательно, чтобы все видели, что я проводила обед с мужчиной наедине. Еще слухи поползут.

Когда мы расстались, я решила, что в первую очередь нужно успокоить девочек, а уж потом все обдумать и проанализировать. Какой-то странный все же вышел разговор. Совершенно непонятно, чего Август на самом деле хотел.