Глава 40

Дуэйн Торсинор

Как только гвардеец, приставленный к Камилле, сообщил, что та покинула свои покои, мы трое, король и его охрана, стараясь не привлекать лишнего внимания, направились в личное крыло монарха, обсуждая по пути приготовления к свадьбе. Радмир особенно настойчиво приглашал нас всех остаться на торжества, мы делали вид, что пытаемся отказаться от этой сомнительной чести, уповая на то, что сначала обязаны найти Оливию. Охрана привычно следовала немного позади. С трудом сдерживались, чтобы не перейти на бег. Лишь когда двери святая святых дворца захлопнулись, отрезая нас от остального мира, ринулись вперед.

- Голубая гостиная? – удивленно выдохнул правитель. - Не думал, что она рискнет воспользоваться именно этим входом. Сюда нет доступа никому, кроме весьма узкого круга лиц, - рассуждал Радмир, ощупывая раму картины в указанном месте.

Цветок щелкнул, полотно открыло проход. Не медля ни секунды, бросились дальше. Я безошибочно находил путь по собственным маячкам. Из реальности они выглядели для меня как красные сигнальные огни. Вот и нижний уровень, все тот же каменный, слабо освещенный коридор, в конце которого находилась заветная дверь. Именно туда шагнул Анворд Максон. Где же Камилла?

- Не двигаться, - приказал король, применяя магию рода.

Весомость монаршего приказа упала на плечи тяжелым грузом. Спохватившись, Радмир ослабил давление, и мы смогли войти в камеру. Там на каменном полу, вжавшись в угол, с расширенными от страха янтарными глазами сидела моя Ливи.

- Оливия! – бросился к ней, но грозный окрик Рагора остановил меня.

- Где она? – в ярости рыкнул он.

- Гор, что с тобой? - медленно обходил побратима Дамир, пытаясь закрыть собой фею.

Оскалившись, генерал взревел:

- Говори, куда ты ее спрятала, тварь! – в одно мгновение поднял хрупкую девушку за шею и прижал к стене.

Мы пытались оттащить его, опасаясь задеть малышку, да и магию применять было опасно. Мало того, что она быстро утекала из источника благодаря леораксу, так еще и не известно, как может обернуться эффект от заклинаний. Король стоял чуть в стороне, задумчиво глядя куда-то в пустоту. Тем временем, Оливия пришла в себя от шока и закричала:

- Немедленно отпусти меня! Что ты творишь? Да я сгною тебя в темнице за такое! Женщина в Дэлении неприкосновенна!

Мы растеряно отошли от оборотня и непонимающе переглянулись.

- Браво, дорогая! – захлопал в ладоши монарх. – А я все гадал, как тебе удалось отвести от себя подозрения? Оказалось, все дело в особой магии, что ты тщательно скрывала ото всех. Действительно, зачем открывать такую тайну, если можно пользоваться себе во благо. Рагор, пожалуй, стоит надавить на леди Данаус посильнее, чтобы она открыла нам местоположение вашей супруги.

- Остановитесь, - крикнул Анворд, пытаясь вырваться из крепкой хватки гвардейцев, правитель лишь заинтересованно поднял бровь. – Камилла, отдай им фею, прошу тебя! – умолял он фаворитку, что была под иллюзией Оливии.

- Слабак! – зашипела она. – Жалкий слизняк! Ты все испортил! А вы не получите ее! – яростно сверкая безумными глазами, хрипела лживая тварь. – Без подпитки она сдохнет через несколько часов, и вы никогда не найдете даже тело!

- Я сломаю тебе шею так, что ты еще какое-то время будешь жить и ощутишь на своей шкуре весь спектр боли, пока я по одному переломаю каждый твой палец. В конце концов, у тебя не останется ни одной целой кости, и только тогда я повторю свой вопрос, - с холодным блеском в глазах тихо говорил Гор.

- Ты не посмеешь, - испугано пискнула магиня.

- Хочешь проверить? Даже Его Величество не спешит защитить тебя, разве что глупый Максон.

- Ками, умоляю, сними заклинание! – дергался в тщетных попытках вырваться Анворд.

Девушка прикрыла глаза, признавая собственное поражение, и в то же мгновение наведенные чары спали, являя нашему взору скрытый ранее угол тесной камеры, где на простой лавке лежала наша Ливи. Гор разжал когтистую лапу, и Камилла со стоном сползла на пол, сам медведь бросился к фее. Одним движение острейших когтей он разорвал ожерелье, сковывающее ее магию. Князь Анри Корвэйл мечтал нацепить на нее такое же. Он бережно подхватил невесомую фигурку на руки и бросился прочь из этого проклятого места. Я ринулся следом, указывая дорогу, Дамир же несколько отстал, и до меня долетела его просьба, высказанная королю:

- Надеюсь, леди Данаус надолго составит компанию своей подруге – леди Виолетте Лерон, да и остальные виновные будут наказаны. Как только наша супруга придет в себя, мы покинем город.

- Не сомневайтесь, господин Даленсвон, - ответил правитель.

За следующим поворотом Мир догнал нас, и уже вместе мы вышли в голубой гостиной. Как только действие леоракса прекратилось, Оливии постепенно становилось лучше. Бледные щеки немного порозовели, а поверхностное хриплое дыхание выровнялось и стало глубоким. Тщательно пряча наше сокровище от любопытных глаз, наконец, добрались до покоев. Надеюсь, она не выгонит меня, но даже в этом случае буду ждать возле двери, как преданный пес. Ожидаемо, дальше общей комнаты меня не пустили, но я решил использовать время с пользой и заказал ужин. Несколько раз заходил Мирвэн, которому я сообщил, что герцогиня спасена и сейчас отдыхает, а еще через пару часов из спальни вышел Рагор в одних домашних штанах и молча уселся напротив меня в кресло, задумчиво вглядываясь в глаза:

- Я хочу, чтобы ты рассказал мне о своих планах, честно и открыто. Тогда и подумаю, стоит ли вообще допускать тебя к Ливи или лучше попросить Радмира организовать тебе недельку–другую отпуска в местных казематах.

- Как поступать со мной – решать не тебе, а ей, - огрызнулся я.

- Не дерзи, ты не в том положении. Слушаю, - и откинулся на спинку.

Рагор Леонсивт

Каждая секунда, проведенная вдали от моей девочки, сжимала тоской сердце. Я злился в первую очередь на себя, что допустил такое, не предвидел, подверг супругу опасности. Мы – мужчины должны в первую очередь оберегать нашу главную драгоценность, но не справились. Когда благодаря Дуэйну удалось выйти на след, внутри вновь поселилась надежда. Спускаясь все ниже по каменным катакомбам, я чувствовал безысходность и отчаяние, намертво пропитавшие древние стены, а в той самой камере из леоракса инстинкты просто взбесились. Я вижу ее, мою любимую, радостно тянусь навстречу, но инстинкты зверя кричат: не она, чужая, не та. Аккуратно потянул носом и едва не скривился: душный, сладкий аромат, вместо легкого, свежего, словно дуновение ветерка, с тонкой цветочной ноткой. Зарычав, обхватил хрупкую шею руками и хорошенько встряхнул гадину. Побратим вместе с Торсинором пытались оттащить меня, но безрезультатно. Лишь страх за собственную жизнь заставил преступницу выдать себя, еще и Анворд, бесконечно влюбленный в нее, неосознанно помог вывести магиню на чистую воду. Не устану благодарить богиню, что Радмир сумел довериться мне - своему старому другу и не вмешиваться. Теперь я был уверен, что все виновные понесут заслуженное наказание, моя же задача была как можно скорее вынести любимую из этого жуткого места наверх, где она самостоятельно сможет пополнить резерв и прийти в себя. Очень надеюсь, что Камилла больше ничего не сделала ей. Но прежде избавился от этого жуткого драгоценного ошейника, сдерживающего магию феи. Точно такой же мечтал застегнуть на тонкой нежной шее младший Корвэйл. Теперь наверх. Не видел никого и ничего, лишь спину Дуэйна, указывающего путь, и постепенно расслабляющееся личико любимой. Дойдя до покоев, временно оставил Торсинора в гостиной, мы же с Дамиром унесли наше сокровище в спальню. Аккуратно распутали и расчесали волосы, раздели. В просторной ванне вымыли до сих пор спящую супругу, обтерли и завернули в пушистый халат. По очереди освежились, чтобы больше ни на секунду не покидать феечку. Оставил Мира с женой, а меня ожидал серьезный разговор с поисковиком.

- Я хочу, чтобы ты рассказал мне о своих планах, честно и открыто. Тогда и подумаю, стоит ли вообще допускать тебя к Ливи или лучше попросить Радмира организовать тебе недельку–другую отпуска в местных казематах, – сказал я, располагаясь в удобном кресле напротив.

- Как поступать со мной – решать не тебе, а ей, - неправильное начало, мальчик.

- Не дерзи, ты не в том положении. Слушаю, - маг обреченно вздохнул и опустил плечи.

- Я совершил ужасную ошибку, Гор. Еще там, в замке Виолетты, когда она начала угрожать мне, шантажируя жизнью любимой, мне нужно было прийти и все рассказать вам, вместе мы бы нашли выход. Но страх, дикий страх за ее жизнь отключил мои мозги и логику. Я никогда ничего так не боялся, как потерять ее. Веришь? – с надеждой спросил он.

- Верю.

- Она сказала, что ламорт уже вселился в Ливи, один маленький приказ, и любимую ждет мгновенная смерть. Именно поэтому я согласился на ее условия, поэтому позволил устроить тот абсурдный спектакль в спальне, причинил малышке боль, унизил, растоптал ее чувства и доверие. Я до сих пор помню слова, что Оливия не прощает предательства.

- Что же ты хочешь сейчас? – устало спросил Дуэйна. – Не будешь и пытаться заслужить прощение, право вновь находиться рядом с ней?

- Я не прекращу попыток, а потом надеюсь со временем завоевать симпатию. Но если нет, то все равно буду рядом, как бы она ни гнала меня прочь.

- Мешать не станем, но и помощи не жди, - задумчиво выдал в конце, чем вызвал немалое удивление на лице Торсинора, - ты почти уничтожил ее, но она до сих пор тоскует, думая, что мы не замечаем. Можешь остаться. За ночь Ливи должна восстановиться, и на рассвете мы уедем. Не желаю находиться здесь ни одной лишней секунды дольше, чем это необходимо, к тому же обстановка на границе не спокойная, нужно спешить, - и поднялся, забирая поднос с ужином и благодаря за заботу кивком головы. – Да, когда в очередной раз заглянет Мирвэн, передай ему, чтобы ранним утром был готов двигаться дальше, - вернулся в спальню, чтобы застать там самую притягательную картину на свете: побратим осыпал легкими поцелуями лицо нашей смеющейся жены.