86

Платье, которое я выбрала на этот раз, было темно-фиолетовым, закрытым, с расклешенными - до кончиков пальцев - рукавами, пышными юбками-колоколами, корсетом и поясным турнюром из тонкой металлической сетки. Застежка спереди - дань последней имперской моде - начиналась от самой горловины и спускалась до подола, пуговицами служил редкий темный морской жемчуг, красиво переливающийся перламутром, чуть шероховатый и неровный. Лиф, часть рукавов и подол были расшиты изящными морскими цветами и кружевами, имитирующими волны. Одев его, я ощутила себя русалкой, случайно попавшей в чужие сети и поежилась от внезапно пришедшего в голову сравнения. Мгновенно накатило дурное предчувствие, впечатление что сегодня что-то пойдет не так, испортив все планы. Платье тут же захотелось снять, но времени переодеваться уже не было, да и второго такого же длинного, пышного, с застежкой спереди и закрытого - позволяющего спрятать под одеждой многое - у меня не было.

Нетти помогла заплести мне волосы в косы и уложить их изящным пучком, и сейчас сосредоточенно крепила к прическе маленькую алую шляпку с золотой розой и вуалью.

- Леди Лейлин, вы уверены насчет цвета? Может лучше попробуем другую шляпку? - она закончила работу и отошла на пару шагов, оглядывая меня. - Та, с фиолетовыми цветами под тон платья, смотрелась бы лучше.

- Я уверена. И не переживай, Нетти, я добавлю к этому платью пояс, сделаю свой образ более контрастным.

Служанка чуть нахмурилась, явно не совсем понимая, что я имею в виду. Она сама была уже практически готова, надев тот же наряд, что был на ней вчера.

- У меня есть кое-что для тебя, - я кивнула в сторону кровати, на которой лежало три моих платья для прогулок. Почти новых, достаточно модных и милых. - Подарок. Если хочешь, можешь переодеться и поехать в одном из них. Я подожду. Они, конечно, тебе длинноваты, но их легко подшить, а фигуры у нас почти одинаковы.

Нетти вскрикнула от радости и поспешила рассмотреть обновки. Ее руки аккуратно погладили дорогую плотную ткань, задержавшись на кружевах, бисере и самоцветах, украшавших ее.

- Леди Лейлин, спасибо вам, - девушка сгребла платья и прижала к груди, смотря на меня восторженными глазами. - Но они явно дорогие, я точно могу их взять?

- Конечно. Я ведь и раньше отдавала тебе свои вещи, - напомнила я служанке. Правда те платья были домашними и не такими новыми. - К тому же, я заказала их поддавшись моде, советам матушки и швеи. И, будем честны, они мне не очень идут - цвет больше подходит блондинкам. А вот тебе будут в самый раз. Иди, переодевайся. Я буду ждать тебя внизу через полчаса.

Служанка еще раз пробормотала слова благодарности, низко поклонилась и убежала прочь.

Выждав с минуту, я заперла дверь изнутри и, проклиная пышное платье, неудобный корсет и турнюр, принялась снимать с себя обувь, панталоны с рюшами и несколько нижних юбок. Вместо них кое-как нацепила специальное белье и свои тренировочных брюки, тут же ощутив тяжесть зашитых в пояс драконитов. На смену изящных туфелек - мои удобнейшие сапожки. Легкие, крепкие, не раз проверенные на тренировках и занятиях с мастером Бернаром. На оба запястья - ножи и дротики в специальных ножнах.

Всю снятую одежду я аккуратно положила на место, слуги ее и не заметят среди прочего белья, а вот приметные туфли быстро отнесла в комнату Рико. Там запихнула их в самую глубину его шкафа, похоронив в вечном бардаке брата и надеясь, что здесь их не скоро обнаружат. А после вернулась обратно.

Покрутившись на месте, убедилась, что ни сапожек, ни штанов не видно. Осталось только повязать на пояс шарф-кашне, нацепить побольше драгоценностей, перчатки и я буду готова.

В зеркале отразилась красивая юная девушка, пожалуй, слишком бледная и хрупкая на фоне пышного темного платья, ранимая и беззащитная. Увидев такую, сразу захочется помочь и защитить и уж точно ее не будешь подозревать в темных помыслах и преступных намереньях.

Напоследок, я прошлась по комнате и чуть-чуть попрыгала, убеждаясь, что вшитые монеты и дракониты не зазвенят и не выпадут в самый неподходящий момент, выдавая меня. Передвигаться с дополнительным грузом было тяжело, да и само платье изрядно замедляло мои легкие движения, но выбора не было.

Я еще раз проверила сумочку, убеждаясь, что монография, документы и деньги на месте, а еще заколка-бабочка Анжелы, статуэтка тэгу и плотный платок. Корзина с вещами, поверх которых лежало рукоделие, стояла на столе, крошечный пузырек с летучим снотворным газом и парочка тонких шпилек-иголок, смазанных парализующем зельем (на всякий случай), лежали в карманах длинного темного плаща с капюшоном, сшитого из зачарованной мягкой ткани, хорошо защищающей и от ветра, и от зноя, и от дождя. В таком даже можно было ходить в легкие заморозки, не боясь замерзнуть.

Все было готово к побегу.

И время, отведенное Нетти на переодевание, вышло.

Не возможно описать то чувство, которое возникло, когда я в последний раз выходила из своих покоев, окинув их прощальным взглядом, заглянула в лабораторию, прошлась по комнатам первого этажа и остановилась в холле.

Моей служанки внизу еще не было, как и никого из обслуги. Где-то в глубине особняка раздавался голос экономки, отчитывающей кого-то, было чуть слышно звон посуды и пересуды из кухни. Обычный день, ничем не отличающийся от прочих. Никто еще не знал, что за потрясение ждет их всех довольно скоро.

Я присела на один из диванчиков, поставив тяжеленую корзину на пол и стараясь не о чем не думать. Но в голове беспрестанно билась мысль, что больше я сюда не вернусь. Не увижу родителей, братьев, племянниц, не прогуляюсь по заброшенным дорожкам старого парка. Внутри все буквально рвалось на клочья, но внешне невероятными усилиями удавалось держать маску спокойствия.

Через минуту в холл вбежала Нетти, а следом появился и дворецкий, доложивший, что магмобиль подан к самому парадному крыльцу из-за непогоды.

И вот мы уже выезжаем из поместья.

Бросив прощальный взгляд на особняк в котором прошла вся моя жизнь, я чуть не приказала водителю поворачивать обратно, но сдержалась. Лишь до боли прикусила щеку с внутренней стороны, чтоб сдержать свой порыв. И не заметила, как одинокая слезинка скатилась по щеке.

- Леди Лейлин, с вами все в порядке? - голос Нетти был взволнован.

- Резко разболелась голова, - прошептала я, так как голос не слушался. Откашлялась и продолжила. - Я приняла обезболивающее снадобье перед дорогой, скоро все пройдет. Но, пожалуйста, давай помолчим.

Нетти понятливо кивнула и отвернулась к окну.

А я закрыла глаза, постаралась расслабиться и успокоить свой источник, который чувствуя мое ужасное состояние, тревожно пульсировал.

Дорога до Академии сегодня казалась мне бесконечно долгой, а когда мы, наконец, затормозили, я испытала настоящую встряску.

Около парадной лестницы меня ожидал вовсе не Мариус Тис.