Коронат

Стоя под струями воды, я вспоминал разговор с отцом малышки.

– Джон, вы с женой наверняка исследовали физиологию ликанов, прежде чем проводить опыты по скрещиванию. Можешь мне объяснить, что происходит с твоей дочерью? Внешне все протекающие процессы очень похожи на половое созревание у перевертышей, но я чувствую, что что-то не так.

– Во-первых, она – полукровка, в которой длительное время лекарствами сдерживались физиологические процессы вашей расы. – У меня невольно вырвался рык, но доктор только вздохнул. – Ее тело перестраивается, но из-за человеческих тканей этот процесс замедлен. Я могу только догадываться, что происходит, потому что она отказывается разговаривать о своем самочувствии. А процессы могут быть очень болезненными. Я не знаю, о чем думала Люсия, когда решилась на это… Возможно, у нее был план по контролю полового созревания Рии, но с ее смертью все рухнуло…

Мужчина схватился за голову, понурившись.

– Джон, кем она станет, когда все закончится?

– Главное, чтобы не объектом лабораторных исследований, – тяжело вздохнул доктор. – Ты ведь понимаешь, что это первый за всю историю нашего мира ребенок, соединивший в себе гены обеих рас? Она – уникальна и, если честно, я боюсь. Пока она еще подпускала меня к результатам анализов, я обнаружил отклонения, никак не вяжущиеся с генетическими особенностями перевертышей, а тем более – людей! Если пробудить один из спящих генов, то дочка может стать идеальной машиной для убийств – сильная, быстрая, без страха и моральных устоев! А самое главное, моя девочка может дать потомство. Причем как от человека, так и от ликана.

– Это невозможно…

– Выживем – увидим.

– Ладно, с этим разберемся потом. Сейчас важнее – здоровье.

В голове невольно всплыли воспоминания, как она прижималась ко мне в одном полотенце. Красивая, сильная, здоровая. Но стоило ее усыпить, как полночи девочка пролежала, подтянув колени к животу и тихонько постанывая. И стоны были явно не от эротических снов. Ее мучили боли.

– Забери у нее свежие результаты анализов. Выкради, если не дает! И посмотри, что там и как. Ты же отец, в конце концов!

– Уже… – Тихий голос Джона не предвещал ничего хорошего. – С каждым днем ее состояние ухудшается. Она того и гляди дойдет до грани. Полагаю, ты и сам чувствуешь, насколько ее феромоны сильнее, чем у других, соответственно, и сила желания такая же. Помоги найти кого-то из ваших… Но такого, кто сможет контролировать себя и поможет ей, а не вырубится через десять минут от экстаза.

– Все опытные и «устойчивые» уже глубоко женаты. Как я им это предложу?

– Если союз удачный, то такие кандидаты нам точно не годятся. – Доктор Беннет взлохматил волосы и начал мерить шагами комнату. – У меня есть серьезные подозрения, что самец… ликан, с которым она будет в этот период, станет единственным. Организм будет в дальнейшем подстраиваться под избранника и другого мужчину просто не примет.

– И что я теперь должен делать?

Джон подскочил ко мне и схватил за рубашку, словно утопающий за соломинку, взмолившись:

– Найди ликана, который не сойдет сума от переизбытка гормонов, не навредит моей дочери и сможет позаботиться о ней!

– Доктор, ты в своем уме?

– Уже не уверен. – Джон отступил и как-то сразу сник. – Я каждую минуту боюсь, что правительство узнает про Рию. Или она сама выдаст себя…

– Ладно, я попробую помочь. Пацаны и так вокруг этажа круги нарезают.

– Спасибо. Я понимаю, что шансы невелики, но желательно, чтобы он был готов к детям.

– Что?

– Что-что. У нее сейчас такой гормональный взрыв, столько процессов за раз – никакой контрацептив не поможет. А презервативами, насколько я знаю, ваша раса категорически не пользуется.