40

Эстер

Я стою возле высокого окна изысканного ресторана, в котором Беатрис фон Аллен празднует свой день рождения. За моей спиной играет музыка, и зал полон гостей, но я смотрю вдаль, на темнеющее озеро.

Несколько часов я изображала из себя примерную аристократку, всем улыбалась и следовала этикету. Я даже попробовала разговаривать со сверстниками, но после пары фраз просто осталась стоять в стороне и отстраненно наблюдать, как они смеются над какими-то непонятными мне шутками.

Этот вечер, кажется, никогда не закончится.

На мне длинное коктейльное платье из темно-синего шелка, волосы аккуратно убраны вверх. Старинные украшения бабушки, сережки и колье стоимостью как две «Феррари», давят на кожу. Но Беатрис так была рада их видеть и вспоминать, как моя бабушка, которую она еще помнит, их носила. А вот меня эти украшения тяготят.

Да, статус.

Да, они красивые. Но жмут и душат сильнее цепей, которые на меня иногда накидывает Хантер. Я чувствую себя гораздо лучше, когда он подвешивает меня, а не когда меня украшают драгоценными камнями, шедеврами ювелирного искусства.

Медленно выдыхаю и отпиваю глоток шампанского.

Я взмокла, только подумав о том, что Хантер сделал со мной сегодня на террасе, на лавочке, и не могу дождаться, когда смогу его увидеть.

Увы, станцевать для него сегодня не получится.

Очень жаль.

Я предпочла бы быть в совершенно другом месте… С другими людьми.

— Эстер, рад тебя видеть. — раздается за спиной знакомый голос Роба.

Выдыхаю и медленно поворачиваюсь.

Он стоит в смокинге, держит в руке бокал и разглядывает меня с загадочной улыбкой, от которой становится не по себе.

Я все же надеюсь, что его появление здесь случайно, а не запланированная встреча, организованная моими родителями.

Вежливо улыбаюсь Робу в ответ.

— Привет, Роб. — отвечаю, не в силах сказать, что тоже рада его видеть.

Я понимаю, он ни в чем не виноват, но его присутствие напрягает. Я начинаю искать подвох. А еще смотреть по сторонам, надеясь, что Беатрис скоро скажет слова благодарности всем присутствующим, и я смогу вернуться домой.

— Я вижу ты одна, и подумал, что смогу составить тебе компанию. — Роб придвигается ближе.

Настолько, что я делаю легкий шаг в сторону, как бы намекая — нам лучше держать дистанцию.

Роб это замечает и замирает, пробегаясь взглядом по моему декольте, на котором сверкает бабушкино колье, и ниже.

— Ты выглядишь сногсшибательно, Эстер. — продолжает он. — Мы можем прогуляться в саду, если ты хочешь немного проветриться.

Сад? Я и Роб?

В груди что-то начинает неприятно трепетать.

Он же видел меня с Хантером и прекрасно знает, что я его девушка. Разве это нормально — предлагать мне «прогуляться» по саду в темноте ночи?

— Спасибо, я постою здесь. Беатрис скоро будет всех благодарить, и я не хочу пропустить этот момент. — отвечаю, стараясь звучать вежливо.

Челюсть Роба напрягается. Он коротко и нервно кивает. Его пальцы так сильно сжимают бокал, что я не удивлюсь, если тот лопнет.

Роб становится рядом и молча чего-то ждет, а мне становится до жути неловко.

Я и поговорить с ним не могу, и послать тоже. Это было бы грубо. А родители просили вести себя подобающе аристократке.

— У тебя милый котенок. — внезапно произносит Роб, и я перевожу на него взгляд.

— Ньютон? — удивляюсь я. — Откуда ты о нем знаешь?

— А, мне показала его твоя мама. — говорит он, улыбаясь, и придвигается ближе. — Когда пригласила нас с родителями на чай.

На этот раз, шокированная услышанным, я не отступаю и позволяю ему приблизиться.

— Ты был у меня дома? — спрашиваю.

Почему это так… напрягает?

Роб был в моем доме?

— Да, позавчера. Я думал, что мы встретимся, но…

— Я была у Хантера. — выдыхаю с облегчением.

Если это было позавчера, то значит родители организовали это до нашего договора.

И вроде бы Робу должно было быть ясно, что я занята, но он все же задает следующий вопрос:

— Не хочешь куда-нибудь сходить на этих выходных? — уголки его губ приподнимаются в нервной улыбке, будто он прекрасно все осознает, но все же продолжает делать то, чего не должен.

— Я… занята, Роб. И у меня есть парень. Ты же знаешь. — отхожу на шаг, чтобы поставить на небольшой столик бокал.

Роб настойчиво следует за мной, и, когда я разворачиваюсь, чуть не врезаюсь в его грудь.

В его глазах вспыхивает злость, и я задерживаю дыхание, удивленная этой сменой настроения.

Он всегда такой… спокойный. Тихий. Неприметный. Но сейчас наступает скалой.

— Ты уверена, что он твой парень, Эстер? — лицо Роба бледнеет, но мускулы напрягаются. — Разве ты не знаешь, что говорят о Хантере? Что он пользуется девушками, меняет их. Ты видела, что он вытворял? Какие вечеринки устраивал? Боюсь, что он переспал с каждой из танцовщиц в «Седьмом небе». И где он сейчас? Ах да, в казино. Все там же. Он испортит тебя, Эстер. Он ненормальный. А ты… Ты ангел. Он недостоин тебя. Даже волоска. Ты как прекрасный цветок, который Хантер изомнет и выбросит. Он тебя уничтожит. — яростно выговаривает он мне в лицо, и я цепенею от неожиданности.

Роб смолкает.

Но окружающие уже заметили странную беседу, даже если мы стоим поодаль от остальных.

Мои щеки вспыхивают.

Неприятно.

Жутко неприятно.

Не могу выдавить ни слова.

Колье вообще сейчас ощущается удавкой.

Мне нечем дышать.

— Вот, смотри, если не веришь. — Роб что-то находит в своем телефоне и протягивает его мне.

Я напрягаюсь, а сердце прекращает биться. Ничего не могу с собой поделать и смотрю на видео, где Хантер на одной из вечеринок в «Седьмом небе» грубо хватает за шею и притягивает к себе полураздетую девушку. Танцовщицу. Она улыбается, выгибается в танце и трется об него.

Я забываю как дышать, потому что на видео отчетливо видно, как Хантер садится, она вскакивает на него верхом и… начинает тереться… почти так же как это делала сегодня я на террасе… он сжимает ее оголенный зад… Вокруг них танцующие друзья и другие девушки.

Смотреть на это невыносимо.

Нажимаю на видео, выложенное кем-то в соц сетях. «С днем рождения, Хант». Ник littlejoy… Тысячи просмотров…

Судя по всему этому видео три года, но все равно… сердце рвется на части.

— Видишь? — интересуется Роб.

— Это… старое видео. — мой голос дрожит.

— И ты думаешь, что он изменился? — Роб действует на нервы, но мне как-то нужно оставаться вежливой.

— Какая разница? Мы даже… не были знакомы. — произношу, убеждая себя.

— Ты знаешь, сколько есть таких видео? Тебе показать? — напирает Роб. — Он испортит тебя. У него никогда не было постоянной девушки. С чего ты решила, что между вами все серьезно?

Я пытаюсь сохранить самообладание, но ревность заставляет кровь вскипеть.

— Или ты решила, что если он лапает тебя перед всем кампусом — значит отношения? — не унимается Роб. — Или ты веришь, что станешь любовью всей его жизни?

Я возвращаю ему телефон и смотрю прямо в глаза.

Он играет на моих сомнениях. Даже если это правда, Робу не стоит разговаривать со мной так.

Я знала, что Хантер не был ангелочком. Просто… не видела его вот так.

— Не твое дело, Роб. — рычу я ему в лицо. — Будь добр, оставь меня в покое.

Роб морщится, словно сгорая от ярости. Я никогда не видела его таким. Рядом появляется какая-то из его прилизанных аристократичным глянцем подруг.

— Все в порядке? — спрашивает она, растягивая слова.

— Да, — отвечаю я за Роба и отворачиваюсь в сторону, в поисках укромного уголка, чтобы прийти в себя и унять взбесившееся сердце.

Мне хочется выть.

Я не должна была это видеть. Это прошлое. Прошлое Хантера. Оно не должно меня волновать. И тем более, я не должна желать спалить каждую, кто была с ним…

Но что, если Роб прав, и все это просто игра?

Плевать.

Я уже в этом. Уже на дне. Уже испорчена и погрязла в темноте.

И каждый раз, когда отдаюсь Хантеру — я знаю на что иду.