Глава 3

Унылая, но уже почти бодрая Милдред (тяпнувшая моей особой похмельной настойки) махала мне вслед. Я сделала ей знак: уходи, не провоцируй народ. И она поплелась домой, тяжко вздыхая. У гостиницы напротив лавки уже собиралась толпа. Люди косились на башенные часы и отводили взгляд, когда встречались со мной глазами. Фра Тилатэ, и вы здесь? Я ведь почти бесплатно лечила вашу подагру! Но я понимаю: антиартритная настойка задарма гораздо привлекательнее, чем даже за такой мизер, как три медяка. Судья дал мне время до утра. Как только часы пробьют девять, я официально перестану считаться горожанкой, а стану изгнанницей. И тогда – «бей чужих». Поэтому я поспешила прочь, волоча за собой тележку с сундуком и сумкой. Над головой собирались мрачные тучи, под стать моему настроению. Воздух наполнился влагой. На город надвигался ливень. На станции меня подвели к мрачному вида черному экипажу с черными экранами, непроницаемыми, как окна прядницкого монастыря. Кучер погрузил на крышу мои чемоданы, и сердце рухнуло куда-то в пятки. Вот и все. Прощайте, Прядницы. Не могу сказать, что мне здесь было хорошо. Но там, куда я еду, вряд ли будет лучше. Однако «родной» городок не спешил со мной расставаться. Мне приказали ждать у кареты, и я ждала. К моему удивлению, провожать меня пришли сразу двое «почтенных» горожан, именно те, кого я б еще сто лет не видела: судья Тротт и виконт До Фолье. Последний забился в какую-то щель у грузового ряда и скорбно оттуда на меня поглядывал. Судья был зелен и угрюм. – Фра Филчер, вытяните руки, – велел он. На мои запястья легла «струна», магическая нить, не позволяющая магу колдовать. – За что?!! – вскричала я в левое ухо господина Тротта. Судья только поморщился. Похоже, ему бы тоже не помешала похмельная настойка. Хотя вряд ли это был алкоголь, скорее, бессонная ночь. – А как мне питаться и посещать нужник в дороге?! – продолжала верещать я. – О вас позаботятся, – брезгливо процедил господин Тротт. – Успокойтесь, фра Филчер. Это для вашего же блага. Нам не нужны… инциденты в пути. – Бла́га?! Инциденты?!!! – взревела я. – Объяснить, какие инциденты произойдут СО МНОЙ, если я не смогу…?! Но судья глянул куда-то мне за спину, и на его лице отразилось немалое облегчение. Я тоже обернулась. По улице, ведущей к станции, спускался молодой человек «утонченных наружности и облачения», как выражались столичные дамские журналы, изредка попадавшие в руки Милдред. Темноволосый, высокий, с правильными чертами и упругой походкой, свидетельствующей о хорошей форме. Правда, с небольшой кривизной на правый бок. Ногу натер, решила я. Немудрено, на прядницкой-то булыжной мостовой. За спиной незнакомца развевался охотничий плащ, абсолютно не сочетавшийся с классическим сюртуком. Интрига. И почему мне надо уезжать именно сейчас, когда в нашем городке в кои-то веки завелись интересные мужики?! Я ожидала, что мужчина поздоровается с судьей и пройдет мимо, но он двинулся прямо к нам. – Ваша честь? – молодой человек поклонился господину Тротту… и мне. – Фра Филчер, я полагаю? Я квакнула нечто невразумительное. – Инспектор? – судья криво улыбнулся. – Спасибо, что вызвались помочь. Я бесконечно вам благодарен. – Пустяки. Однако позвольте поинтересоваться, какая нужда побудила вас засобираться в столицу в надвигающуюся… непогоду? Таинственный инспектор выразительно ткнул пальцем в небо. – Досадное недоразумение, – смущенно признался господин Тротт. – Меня неожиданно вызвали на магический поединок юридического характера. В юные годы я имел неосторожность соперничать с одним взбалмошным молодым адвокатом. Я победил. Видимо, седина в волосах не изменила характер моего соперника. Ему неожиданно взбрело в голову отыграться. Честь не позволяет мне отказаться от поединка. И вот… вверяю вам фра Филчер, которую я должен был сопровождать к месту нового проживания. Фра нужно довезти до границы с Беленхеймом и передать в руки местного магистрата. Еще раз благодарю за помощь. Все дорожные расходы – за мой счет. – Не стоило волноваться, – инспектор светски тряхнул шевелюрой, но от халявы не отказался. – Нам почти по пути. Небольшой… э-э-э… крюк – это не проблема. Ну что ж, – мужчина вынул из жилетного кармана внушительный золотой магический брегет и бодро проговорил: – Мы слегка отстаем от графика. Грузимся, фра Филчер. Не успела я выразить очередной протест, как меня подхватили за талию и впихнули в карету… хм… слегка подтолкнув пониже спины. Сама я, со связанными руками, такой трюк проделать бы не смогла. Я плюхнулась на сидение и уставилась на инспектора, впорхнувшего следом. Подозрительно все это. Меня должен был сопровождать сам судья? Которого в последний момент заменили на мужика с брегетом за тысячу золотых. Перед которым лебезил сам господин Тротт. Не слишком ли много чести для провинциальной колдуньи? Экипаж, кряхтя, двинулся в сторону тракта. Вслед ему с тоской брошенного пса глядел виконт До Фолье. Я не удержалась и, прикрывшись веером, показала ему неприличный жест из окна. Раз теперь я темная ведьма – имею право. … Надо признать, рессоры у экипажа были чудо как хороши. Меня почти не потряхивало, даже когда мы выехали на колдобистый тракт. Однако «струна» на запястьях заставляла тихо, но внятно скрипеть зубами. Как назло, у меня тут же зачесалась лопатка. И нос. И пятка. В отличие от меня инспектор расположился вполне комфортно, благо кожаные сидения и подушки позволяли откинуться назад и принять вальяжную позу хищника на отдыхе. Он внимательнейшим образом изучал книгу под названием: «Магические и технические достижения королевства Беленхейм». Читал он ее, держа увесистый томик в правой руке. Кольца на длинных пальцах правой руки инспектора не наблюдались. Как и на пальцах левой. Что ж, родовые перстни – не обручальные, к пальцам не припечатываются, можно в любой момент снять. Я перевела взгляд на воротник сюртука. Другой, без вышивки. Немудрено: тот, вчерашний, сюртук был несколько подран. И кто знает, возможно, он обрел покой на помойке, а затем вторую жизнь на плечах какого-нибудь прядницкого пьянчужки. Плащ? Странный. Действительно похож на облачение охотника за нежитью. Однако в охотники обычно идут простолюдины, а этот тип – явный аристократ. И не стал бы господин Тротт заискивать перед обычным ловцом. Цвет глаз? К сожалению, в лавке было темно, а тип носил плотную маску. Теперь я понимаю, почему. – Интересно? – сладким голосом поинтересовалась я. Инспектор перевел на меня холодный взгляд: – Вполне, фра Филчер. – Беленхейм – наш враг, – сурово напомнила я. – Несомненно, – согласился инспектор, вернувшись к чтению. Все научные и технические достижения нашего соседа основывались на использовании как светлой, так и темной магии. И… сущее непотребство!… беленхеймцы имели наглость трубить на каждом углу, что два вида волшебства являются сутью одного, природного, и правильно работают лишь при гармоничном смешении. Меня никогда не затрагивала вражда двух государств, родного Димора и враждебного Беленхейма, но, глядя на изображения дирижаблей и огромных самоходных паровых карет, сухопутных и водных, я слегка завидовала жителям соседнего королевства. – У вас рука не устала? Можно ведь переложить книгу в другую, левую. – Полностью с вами согласен, фра Филчер, – мой сопроводитель сохранял невозмутимость. – Можете звать меня Сола, – проворковала я. – Зачем формальности людям, которые знают друг друга уже… м-м-м… целых восемь часов? Инспектор с вызывающим видом переложил книгу в левую руку. Я с интересом наблюдала. Минуты через две крепкая, но изящная длань мужчины задрожала, а лоб покрылся испариной. Молодой человек со вздохом опустил книгу на колени: – Ваша взяла, фра Филчер… Сола. Я же говорил, что мы еще встретимся. – Рада, что вам лучше. А что с ногой? – Простой ушиб. – Господин Тротт – ваш друг? – Упаси бо… нет, почти коллега. – Но вы знали, что будете сопровождать меня в Приграничье? – Предполагал. – Снимите с меня кандалы! – Не могу. У меня четкие инструкции. – Я вам жизнь спасла! – Я всего лишь просил продать мне настойку. – Вы же прекрасно знаете, что сами не смогли бы … – Фра Сола! – инспектор повысил голос. – Вас обвиняют в темном колдовстве. Вы должны знать, какие последствия может иметь применение черной магии. Тот вчерашний колдун, которого я обездвижил, тоже когда-то был добропорядочным магом. Сидите смирно, фра Филчер. У «струны» есть отличное свойство – она защищает как окружающих от вас, так и вас… от них. – Какая чушь! – фыркнула я, оставив за собой последнее слово. Нет, конечно, мой надсмотрщик был прав: использование темной магии приводит к перерождению в монстра. Но я-то не темная! Не темная я! Меня подставили! – Меня подставили, – буркнула я. – Я видел отчеты суда, – инспектор с укоризной покачал головой. – Обещаю, что сниму с вас «струну» на первой же станции… ненадолго. А дальше… дальше будет видно. Обнадежил, называется. Однако сил спорить и доказывать правоту у меня не осталось. Я подняла кожаный экран и устало привалилась к прохладному стеклу. За окном мелькали бесконечные поля и рощи. Говорят, темная магия проникает в Димор через линию границы из Беленхейма, и тамошние луга зарастают ценнейшей серой крупчаткой, средством от порчи и наведенного морока. Даже будучи светлым зельеваром, я знала о свойствах запретных трав почти все. Что уж скрывать, меня всему научили бабушка, мама и тетушки. Однажды я воспользовалась настойкой перерожденной крупчатки. Это было всего лишь единожды. И тот случай… – Заберем почту на станции, – предупредил меня инспектор, отложив книгу. Я кивнула, слизнув некстати скатившуюся по щеке слезинку. Покосилась на инспектора. Вроде не заметил. Знала бы, что ты за тип, не стала бы тебя спасать. С трудом потом от головной боли избавилась. И это было не похмелье, а истощение магического резерва. Вылезая из кареты, инспектор замешкался: – Вам не нужно в…? – Пока нет. – Хорошо. Попросите остановить, если что. Попрошу. Лес большой и приятно пахнет, в отличие от станционных нужников. Он вернулся с двумя пакетами. Открыв один, внимательно прочитал содержимое. Никогда не видела, чтобы у человека так быстро темнели глаза. Зеленые, кстати. – Плохие новости? – Да, – сухо ответил мужчина. Инспектор потянулся за вторым конвертом. Я же сумела прочитать обращение на отложенных в сторону листках дорогой писчей бумаги. Фо Амаль?! Этот тип – Фо Амаль?! Тот самый изверг, инициировавший контрольные закупки в моей лавке?! Однако начать скандал я не успела, потому что Фо Амаль надорвал второй конверт.