Глава 23

Боль была сильной, но не настолько, чтобы лишиться сознания. Моё тело за десятилетия превратилось орудие, созданное для выполнения воли Верховной сестры клана, а у орудия нет права на боль, страх и сомнения.

Я прислушался к внутренним ощущениям: рана в груди — это плохо, судя по всему, пробито лёгкое, но хуже всего было то, что в этом мире Поверхности мои способности к регенерации ослабели.

Хорошо, что ножи Кьялы сейчас не были смазаны ядом, это повышало мои шансы на выживание. Вот только избежать смерти смогу, лишь вернувшись в Подземье…

— Перель… — прошептала светлая, склоняясь ко мне, а её рыжие кудри щекотно и нежно скользнули по моему плечу, шее и руке. — Лесные духи, ты жив?

Улыбка и слёзы соседствовали на её встревоженном нежном лице. Столько эмоций сразу… Но это мне и нравилось в Лаурель — она была такой настоящей, живой, открытой. Но взгляд сам собой метнулся в другую сторону, — туда, где застыла моя сестра, неподвижная и тёмная, словно скала. Лишь разгоравшиеся ярче глаза свидетельствовали, что внутри неё ещё остались какие-то чувства.

— Беги, Лаурель! — прошептал я, сжимая руку светлой.

Кто знает, сколько ещё сестра пробудет в этом оцепенении.

— Нет! Я тебя не покину! Не для того я вытащила тебя на поверхность, чтобы оставить умирать! — решительно выдохнула упрямая рыжая, поднимаясь на ноги и закрывая меня собой от Кьялы.

— Посмотри, что ты сделала, Верховная сестра Маарх! Ты этого хотела? Неужели и впрямь готова на всё ради могущества и власти? — гневно вскрикнула она.

Тело сестры вздрогнуло и выгнулось так, что услышал хруст сухожилий.

— Что ты знаешь о могуществе, светлая девка? Ты не понимаешь, что такое настоящая сила… Это страх, боль и контроль! Поэтому я принесу столько боли, столько жертв, сколько будет нужно! — раздавшийся голос уже не принадлежал Кьяле.

— Ты сама ничего не знаешь! Настоящая сила — это дружба и любовь!

Последнее слово Лаурель произнесла смущённо и чуть запнувшись.

— Любовь⁈ Как же ты глупа!

Насмешливый хриплый хохот наполнил поляну, вспугнув стайку птиц неподалёку, сотрясая тело Кьялы, но вдруг истерический смех перешёл в рыдания, а плечи сестры опустились, словно на них легла непосильная тяжесть. Она села на траву, обхватив колени руками, и разревелась.

На секунду я даже забыл о боли, настолько был удивлён происходящим. Несгибаемая, отстранённая, насмешливая родственница никогда раньше не плакала, даже будучи маленькой.

— Я не позволю убить брата и подругу! — всхлипывала она. — Любовь и дружба сильнее страха и подчинения. Только вот ты, Верховная сестра, никогда не узнаешь, каково это, любить! А теперь убирайся из моей головы, иначе пожалеешь!

Когда Кьяла поднялась на ноги и пошатываясь двинулась в мою сторону, это была уже она настоящая, — ей удалось побороть госпожу Маарх. Какая же она сильная и храбрая! Сестра опустилась рядом со мной и положила ладонь на мой лоб. Лаурель замерла в нескольких шагах, стараясь выглядеть расслабленной, но я видел, как напряжена каждая мышца её тела.

— Как ты? — спросила сестра удивительно тепло и вдруг улыбнулась мне.

Кажется, сегодня день неожиданных проявлений.

— Я должен вернуться… — прошептал я, стараясь улыбнуться в ответ. — Мы обязаны спасти тех членов клана, кто остался, пока лиловые не нанесли удар! И в нашем мире мне удастся справиться с раной.

— Нет, я тебя не отпущу! Тебя там убьют, если поймают! — вскрикнула светлая и тоже опустилась рядом со мной, хватаю за руку.

— Лаурель права! Хоть мне и не хочется это признавать! — произнесла Кьяла. — Будет лучше, если отправлюсь я.

Никогда не позволял себе перебивать женщин, но сейчас шикнул на обеих.

— Пойду я! — сообщил непререкаемо. — Госпожа Маарх уверена, что я погиб, поэтому меня не будут ожидать! И, в конце концов, я — мужчина!