ГЛАВА 2.1

– Эй! Куда лезешь?! – грубый мужской голос вырвал из забытья. Залюбовавшись всадниками, я не заметила, как подошла ближе и едва не попала под копыта. – С дороги, парень!

Опешив, отскочила в сторону и шустро огляделась. Никаких парней поблизости не было, солдат обращался ко мне.

– Осторожнее надо! – с укоризной добавил другой вояка. Смуглый, коренастый, с пышными усами и заплетенной в косички бородой. Придержав лошадь, он выудил из висящего на кошеле пояса монетку и бросил мне. – На, купи себе поесть, а то совсем тощий. Смотреть жалко.

– С-спасибо! – просипела, невольно изменив голос под мальчишеский. – Спасибо, добрый господин! – добавила, кланяясь и отступая от дороги. – Славных побед вам!

Я продолжала благодарить, пока он не скрылся за воротами, как и полагается попрошайке. Солдат проявил недюжинную щедрость и бросил лисий серебряник, такую монетку можно разменять аж на пятьдесят медяков!

К тому же, он подкинул шикарную идею. Среди Аспидов действовала жёсткая иерархия. Только полноценные члены банды имели право выделяться, а всех ужиков одевали и стригли одинаково. Волосы резали по-армейски коротко, чтобы не мешали во время тренировок и заданий, да и ухаживать за ними проще, чем за длинными.

Не удивительно, что с такой прической, да ещё и в просторных лохмотьях, меня приняли за парня. А это было прекрасным прикрытием! Во-первых, мальчишке проще выжить на улице. Во-вторых, Марчелло и Ви правы, в таком виде меня к генералу никто не пустит, но есть шанс прикинуться «посыльным».

Когда Змею нужно было передать письмо с угрозами или компроматом, он просто менял внешность с помощью простенькой иллюзии, ловил ближайшего попрошайку и давал тому медяк, чтобы отнёс конверт по нужному адресу. Этим пользовались и многие горожане, передавая любовные записки и прочие послания без имени.

Писать, увы, не умела, у Аспидов в почёте другие навыки. Но Ви могла нацарапать короткую записку. Её генералу точно передадут, даже если в штаб послание принесёт голодранка.

Главное, чётко изложить свои требования и предложения, чтобы дракон захотел встретиться и не принял меня за местную сумасшедшую. Ну… и неплохо бы разжиться клочком бумаги, конвертом и пером.

– Эй, парень, ходь ближе, не обидим! – едва всадники проехали, один из нищих, стоящих по ту сторону дороги, махнул мне рукой и желудок свело от дурных предчувствий.

Мне сразу не понравился алчный взгляд, с которым он посматривал на забитую травами сумку. Когда мне бросили монетку он наверняка видел и понимал, что драконий гвардеец медяками разбрасываться не будет, у него в кошеле просто не найдётся подобной мелочи.

– Эй! Глухой, что ли? – недовольно повторил бродяга, а стоящие вокруг него нищие замерли в настороженном ожидании.

Местная банда. Не столь титулованная как Аспиды, обычная шушера, но нарываться не стоит.

– Доброго вечера, добрым людям, – просипела, подходя ближе.

Судя по выжженной солнцем коже, железной серьге в ухе и татуировках на кистях и шее, главарь был из портового квартала. Возможно, раньше ходил на рыболовном судне, но после ударился в преступность. По холодному и пустому взгляду видно – ножом орудовать умеет и глотки за монеты резал не раз и не два.

– Добрым людям? – хохотнула стоящая рядом девка.

Назвать её женщиной язык не поворачивался. Развязная, дёрганая, с маслянистым задымленным взглядом, выдающим любовь к дурман-траве. В логове Аспидов было заведение с такими гадючками, его обитательниц не уважали даже мелкие карманщики, не то что воровская элита.

– Ты откуда такой смешной, а? – дамочка подошла ближе, обдавая тошнотворным парфюмом и обхватывая мой подбородок грубыми, сморщенными пальцами, выдающими в ней бывшую прачку. – Чего я тебя раньше не видела?

– Хорошенький такой, – облизнулась вторая девка. Тощая, с редкими грязными волосами и неприятным лицом.

– Отошли обе, – рявкнул главарь, и дамы тут же отскочили в сторону, – а на вопрос отвечай, – добавил, вновь покосившись на меня. – Откуда пришёл? Чей будешь?

Приплыли…

Я совершенно забыла, что улицы любого города поделены не только между крупными синдикатами типа Стальных Аспидов, Ночных фурий и Теневых гарпий, но и между мелкими падальщиками, подбирающими объедки за крупными игроками. Подобный сброд не трогали, пока они вели себя тихо и не мешались под ногами. Только я больше не Аспид, я безродная крыса, забежавшая в чужую «кормушку».

– Из деревенских я, – произнесла как можно увереннее и изображая святую простоту, – Травушки, что подле болота селение, слыхали? – дождавшись кивка, продолжила. – Мамка раньше травы да коренья на продажу носила, но слегла с лихорадкой давеча, меня отправила. Вот, – продемонстрировала полную сумку. – Мне продать надо и лекарств купить…

Травницы деревенские мало чего умели, только собрать нужные растения да высушить, ну и зелье какое простенькое сварить. А за серьезными микстурами нужно в город идти, к лекарям да алхимикам, так что легенда была хороша.

– Слышь, Вога, это не той болотной ведьмы пацан, а? – уточнил низкий мужичок со сморщенным лицом и огромной бородавкой на носу. – Ну, рыжая такая, с орущим младенцем вечно ходила и оравой пацанят… этот прям похож на неё.

– Точно мамка моя! – судорожно закивала. Коварство я чуяла хорошо и не сомневалась, мужик не пытается подловить меня. Он правда вспомнил какую-то травницу.

– Ладно, она дань за вход платила на неделю вперёд, – задумчиво протянул главарь, – живи, малёк. Монету только отдай, которую тебе вояка бросил.

Вот же… погань!

Скрипнув зубами, наощупь полезла в торбу и едва сдержала радостный писк, когда обнаружила на дне серебряного бурундучка. Похоже, выпала из кошеля, когда в лесу перекладывала торбу.

За монетку с грызуном давали двадцать медяков, и даже заплатив откуп, я всё равно оставалась в прибыли.

– В-вот… – заикаясь, протянула.

Было обидно до слёз, ведь я могла приложить главаря магией, но тогда выдам себя с головой и вместо Верхнего города попаду в тюрьму. И если вначале это казалось хорошей идеей, то чем дольше находилась на воле, тем сильнее понимала, как плохо знаю мир за пределами гильдии.

Мой первый план был слишком наивен, но реальность быстро внесла свои коррективы. Впрочем, сдаваться не собиралась. Просто теперь действовать придётся хитрее и осторожнее.

***