Глава 16 · Ох уж эти сказочки

На несколько секунд за столом повисла напряженная тишина. Которую нарушил Шуйский:

— Значит, чай? — растерянно уточнил он.

— Давайте, — согласился я.

Почти сразу же Фома внес в комнату большой самовар и следом за ним вплыл поднос с чашками, вазочкой с сахарными кусочками и заварником.

— У вас все серьезно, — оценил Зимин, потирая ладони.

Чтобы покорить гостей окончательно, Виноградова подала пирог с творогом и зеленым луком. Вкус у блюда был изумительный и на какое-то время за столом повисло молчание, прерываемое стуком ложечек по чашкам.

— До чего же вам повезло, Павел Филиппович, — сыто улыбнулся Дмитрий, откинувшись на спинку кресла. — Какая у вас роскошная хозяйка.

— До чего же умный парень, — умилилась Любовь Федоровна. — Особенно когда не свистит. Но дрессировке поддается, а это уже хорошо.

Я покачал головой, молчаливо осуждая призрачную даму за сказанное. Но она лишь отмахнулась, не желая оправдываться. Хорошо, что ее не слышал никто кроме меня и Фомы.

— Жаль портить такой приятный момент, — продолжил Шуйский, — но хотелось бы узнать, кто по-вашему мог захаживать в ту избушку на курьих…

— Это не изба Ягини, — вдруг подала голос Арина Родионовна и добавила, — да и нет у ее дома птичьих лап.

— Ягини? — сухо уточнил Зимин.

Девушка смутилась и посмотрела на меня, словно ожидала поддержки. Но я не знал, о чем она говорит. Потому ободряюще улыбнулся.

— Я не слышал этого имени.

— Знамо дело, — пробасил Фома и встал рядом со стулом Нечаевой. — В тех местах, откуда я родом, про эти сказки все знают. О том, что в дремучем лесу, ежели заблудится, то можно долго плутая, выйти к поляне. На ней будет стоять изба, у которой не будет двери. И войти в нее нельзя, пока хозяйка не позволит этого сделать. Можно схитрить и попросить избу повернуться дверью к гостю. И та обязательно исполнит, потому как стоит на куриных ногах.

— Я думал, что это поговорка такая, — смущенно вставил Дмитрий. — У нас работал старый следователь и частенько повторял присказку про избу на куриных ногах.

— А что за дама живет в той избе? — заинтересовался я.

— Говорят, что кличут ее Ягой… — продолжил Фома. — Она из тех, у кого нет годков.

— Это как? — удивился я.

— Она юная и древняя одновременно, — негромко поведала Арина, и глаза ее затуманились. — Яга живет долго, и никто уже не помнит времена, когда ее не было. Многие сомневаются, живет ли она или давно мертва. Одни видят ее молодой и красивой. Другие встречают старуху с костями, которые разрывают кожу.

— Еще говорят, что у нее костяная нога, — со священным ужасом прошептал мой помощник.

— Протез, — усмехнулась секретарь. — Однажды, когда ее сестрица заигралась, то поцарапала лодыжку. А рана возьми и стала дурной. Ягиня потеряла ногу, но хозяин другой стороны, который правит перекрестками миров, подарил ей костяную. Она ничем не отличается от настоящей, если не приглядываться. Но кто додумается приглядываться к ноге самой Ягини?

Я любовался лицом помощницы, которое в лучах солнца казалось светящимся. Девушка сложила руки на столе и продолжила рассказывать.

— Яга живет в чаще и порой встречает путников, которых к ней приводит судьба. Она любит гостей и если те достойны, то могут попроситься в гости. В доме их встретит кот. Настоящий, ведовской. Он кажется маленьким, если пожелает. Но стоит кому-то взглянуть недобро на его хозяйку, как кот становится огромным и негодяю несдобровать.

— Схарчит? — уточнил Фома.

— А может и того хуже, — усмехнулась Нечаева.

— Что ж может быть хуже? — с детским любопытством спросил Стас.

— Может, несчастный сумеет вырваться и убежать. Только вот уйти от дома Яги той же дорогой он не сможет. Потому как ее дом стоит не просто на лесной поляне. За ней течет река Смородина. И пройти через нее можно, да только на другой стороне живых нет. Там и находится Та сторона, куда уходят все, кто в этом мире уже не может держаться.

— Она некромантка? — спросил я, отчего-то почти шепотом.

— Она хранит границу между мирами живых и мертвых. Много ведает и владеет дарами, которые смертным и не снились. Вечно юная и не способная умереть. Она видит, как меняются времена, как мелькают эпохи, как умирают и рождаются цари. Всегда одна и никогда не пребывающая в одиночестве.

Завороженные историей, мы сидели за столом и не решались пошевелиться. Арина Родионовна говорила негромко, и голос ее журчал ручьем. Словно воочию я видел дикий лес, тропу, что выводила меня на лесную поляну. Там меня ждал бревенчатый дом, с небольшими окошками и порогом, на котором сидела девушка. На ее коленях примостился черный кот, который при виде меня выгнулся и спрыгнул в траву.

— Здравствуй, добрый молодец… — ласково протянула незнакомка. — Устал с дороги? Проходи…

— Злые языки разносят нелепые слухи, — прорвался голос Арины, покачивая марево возникшей передо мной картинки. — Говорят, что она губит героев. Что поедает детей. Да только Ягине не нужно никого убивать. Ей достаточно дать человеку время. И он сам умрет. Судьба придумает недостойному нужную кару. Или благословит на жизнь.

— Какая чудесная сказка, — произнесла Любовь Федоровна, присевшая на подлокотник моего кресла. — Давненько я не слышала подобных историй.

Я посмотрел на призрака, и морок передо мной рассеялся. Лес и поляна истаяли. Алина встретилась со мной взглядом и тепло улыбнулась.

— Чудесная сказка, — повторил я слова Виноградовой.

— Она и есть, — согласилась со мной девушка. — Я слышала ее когда-то очень давно. Кто-то из нянек рассказывал мне их, когда я была совсем маленькой.

— И в моей деревне никто не сомневается, что Яга и впрямь настоящая. Только мы знаем, что она не злая. Нас учили, что Ягиня может помочь, ежели больше не у кого просить помощи. Если собрался к Яге, то надобно ступать по лесу без суеты. Как встретишь ее, то положено поклониться. Если угощение предложит, то обязательно надобно поблагодарить за хлеб и соль, помочь, ежели она о чем попросит. А только потом самому просить об одолжении.

— А если прийти и попросить о помощи, но сделать это без уважения? — спросил Зимин.

— К чему разочаровывать такую могущественную ведунью? — уточнила Арина Родионовна и хитро усмехнулась. — Да и река Смородина рядом. В ней хама можно и остудить.

— Так если и впрямь такая Яга существует, то может и изба та на болоте…

— Нет, — я покачал головой и вдруг вспомнил историю о домике на болотах, куда однажды отправились горячие и глупые аристократы. — Если такая ведунья жила бы здесь, то явно не стала терпеть убийства в своем жилище.

— Она бы не стала, — уверенно заявил Фома.

— Мы всерьез рассуждаем о существовании этой самой Ягини в реальном мире? — осторожно уточнил Шуйский.

— Считайте, что мы рассматриваем все варианты, — со значением ответил Зимин.

— Думаю, что она на самом деле бывала в этом лесу. Когда-то моя бабушка в топях встречала кого-то подозрительно напоминающего данную особу.

Арина внезапно побледнела и даже закусила губу.

— Та женщина ушла в свою избу и пропала, — успокоил я помощницу. — То место сокрыто много лет и ходу туда нет. Вам незачем беспокоиться.

— Тут и впрямь удивительное место, — поделился размышлениями Зимин. — Мастер Морозов говорил, что на его родине есть похожий лесок. Его зовут Лукоморье.

Я понял, что он говорит о другом мире и для себя сделал выводы. Значит, в каждом и миров есть места, где обитают странные силы.

— Даже если это не Яга, о которой нам рассказала Арина Родионовна, то владелец следов может оказаться кем-то не менее опасным, — заключил Шуйский.

— Полагал, что вы рациональный человек, — удивился я.

— Если быть откровенным, то все думаю, что всему найдется простое пояснение. Но я не хочу ограничивать себя знаниями, которыми владею сейчас. Давайте мы все же будет придерживаться фактов.

Зимин кивнул:

— Итак, подведем итог сегодняшнего дня.

Он обвел нас взглядом и продолжил:

— Что имеем? Версия с селянами отработана, и результата не дала. Версия с мимиками тоже. Вернее, как предположил мастер Дмитрий Васильевич, мимик может жить на болотах. Ну, или тот, кто умеет проворачивать похожие фокусы.

— О чем это вы? — не понял жандарм.

— О том, мастер Шуйский, что здесь какая-то бесовщина творится, — вздохнул кустодий. — Тут есть странный шепот, который подчиняет своей воле. И босые люди, которые ходят по болотам. И при этом их не видят даже призраки. Кстати, о бесовщине. Что по поводу вышивки на рубахах у деревенских?

Жандарм покачал головой:

— Староста уверяет, что знаки были посланы их жрецу самим Искупителем. А дело было так: в деревне начала творится, как вы выразились, бесовщина. И стали люди по ночам пропадать. Сами сбегали, а потом, в лесах стали находить трупы. И все самоубийства. А затем, к лекарю местному повалили люди, которые стали жаловаться на шепот, который всякое дурное советует. Сначала целитель было решил, что местные умом тронулись. Но позже оказалось, что помешательство массовое. Тогда он пошел к жрецу, чтобы посоветоваться с ним, как быть. Ну, синодник начал молиться за здравие селян. И в один прекрасный день, жрецу явился слуга Искупителя, который передал тому бумагу со знаками. И велел начертать эти знаки на стенах, и на рубахах селян вышить. Ну жрец так и сделал. И шепот пропал. Такая вот история.

— Он вам так и сказал?

— К сожалению, самого жреца я сегодня не смог навестить, — признался Дмитрий. — Он заперся в своей избе на охранную молитву. Говорят, что он творит ее по особым дням и мешать ему не положено.

— И вы не смогли пройти в дом? — удивился я.

— Ну не ломать же дверь, в самом деле, — парень развел руки в стороны. — Нам полезна лояльность населения. А если я стану врываться и мешать ритуалам уважаемого жреца, то завтра мы не сможем добиться от местных даже слова.

— Ваша правда, — согласился Стас. — И сколько жрец будет творить ритуал?

— Пока самогонка не закончится, — хмуро пояснил Дмитрий.

Зимин не удержался и засмеялся. Арина Родионовна тоже не сумела сохранить на лице серьезное выражение и прыснула в кулак.

— У каждого свои методы, — проворчал Фома, но я заметил, как уголки его губ ползут вверх.

— Дня через три жрец будет готов говорить, — князь вздохнул — Больше трех суток его запой не длится.

Кустодий утер выступившие от смеха слезы и кивнул.

— Посланник Искупителя, значит, — пробормотал он. — Который явился в молитве.

Жандарм удивленно поднял брови и взглянул на Зимина:

— Вы и правда в это верите?

Криомастер пожал плечами:

— В этой местности происходит много всякого, что сложно объяснить, — ответил он. — В конце концов, в призраков в свое время тоже не верили. Да и до сих пор многие не верят. А вон как вышло. Спокойно среди нас живут. Так что рассказ старосты вполне может быть правдив. В той или иной степени.

Жандарм покачал головой, но не стал комментировать слова Зимина. А кустодий продолжил:

— Итак, никаких версий нет. Вряд ли этот слуга Искупителя снова явится перед жрецом и расскажет нам, что значат эти знаки.

— Остаются только отпечатки босых ног, — ответил я. — И улики.

Я кивнул в сторону ножа и чаши, которые были завернуты в пленку и ткань. И продолжил:

— Фома может отвезти вещи в лабораторию в соседнем городишке.

Зимин покачал головой:

— Нет, Павел Филиппович. Мы с мастером Шуйским сами съездим. Отвезем вещи, побеседуем с мастером-экспертом, чтобы отчет был сделан как можно скорее. А заодно посмотрим этот городок. Вы с нами?

Он хитро взглянул на меня. Но я покачал головой:

— Спасибо за приглашение, мастер Зимин, но я, пожалуй, останусь дома. Мне не помешает немного отдохнуть.

— Нарубить дров для камина, — буднично заметила Любовь Федоровна.

— Ну, как знаете, — ответил кустодий и встал с кресла. Взглянул на наручные часы. — А мы поехали, чтобы успеть к закрытию лаборатории. Вы многое пропускаете, мастер Чехов.

В голосе кустодия прозвучала плохо скрытое предвкушение злого веселья. И кажется, Шуйский тоже услышал их. Потому что князь как-то вдруг погрустнел и я подумал, что ехать с Зиминым он больше не желает. Но спорить с криомастером Дмитрий Васильевич не решился. Тоже встал с кресла и растерянно произнес:

— Да… Надо ехать. До встречи, Павел Филиппович.

— Ждем вас к ужину, — напомнил я.

— Постараемся успеть, — пообещал довольный Стас.

Я проводил гостей к выходу, прощался с ними и запер дверь. Взглянул в окно, наблюдая за удаляющимися кустодием и жандармом. Зимин что-то оживленно рассказывал Шуйскому, который кивал в ответ. И отчего-то мне показалось, что между этими двумя людьми зародилось начало крепкой дружбы.

— Странно, как такие разные люди нашли общий язык? — послышался за спиной голос Виноградовой.

— Не такие и уж они разные, — ответил я и отошел от окна.

— Насколько я знаю, Стас — бастард и вырос в приюте, — возразила призрачная дама и тут же нахмурилась, — а Дмитрий жил с матерью. Но то, как он говорил о зависимых от алкоголя людях, наводит на печальные мысли.

— Думаю, что кто-то из его окружения злоупотреблял дурманящими разум напитками. Вряд ли такую атмосферу можно назвать здоровой. Как знать, вдруг князь видел больше, чем ему хотелось бы.

— А я ему подзатыльник отвесила, — охнула Виноградова. — Но с другой стороны — он ведь свистел в доме.

— Любовь Федоровна, а бывает такое, что призраки не могут заметить людей? — решил я сменить тему.

Виноградова нахмурилась, раздумывая над вопросом. И я уточнил:

— Ну, например, если человек использует отвод глаз.

Призрак покачала головой:

— Такие способности придуманы людьми и для людей. Духов обмануть сложнее. Во-первых, мы питаемся эмоциями. И чувствуем их издалека, выбирая нужные. А во-вторых, призраки могут видеть людей немного… по-другому?

— Это как? — заинтересовался я.

— Вы теплые. И мы видим ваше живое тепло. Даже сквозь преграды в виде стен и пола Что-то вроде красного силуэта.

— Теперь я понимаю, как вы узнаете, что я пришел домой, — протянул я. — Не знал такой интересной детали из мира призраков.

Любовь Федоровна мягко улыбнулась:

— Просто ты никогда не спрашивал этого у них, — ответила она. И я кивнул, признавая правоту призрачной женщины.

— Так вот, — продолжила Виноградова. — это разноцветное пятно сложно не заметить.

— Вот как, — задумчиво протянул я. — Чудно выходит. Следы на полу есть, а человека нет.

Любовь Фёдоровна пожала плечами:

— Признаться, такое я тоже слышу впервые, — произнесла она.

— И это очень интересно, — заключил я. — Ладно, идемте.

Мы направились в гостиную, где нас ожидала Арина Родионовна. Девушка сидела в кресле, подобрав под себя ноги, и с интересом смотрела снимки с фотоаппарата, который Зимин оставил на столе.

— Жаль, что в нашей команде нет мастера-эксперта, — произнёс я. И девушка оторвалась от своего занятия, и взглянула на меня:

— Думаете, там могли остаться отпечатки силы этого босого гостя? — уточнила она.

Я пожал плечами:

— Нам надо поговорить со жрецом и с сыном Двушкина. И потом можно начинать осмотр ног всех женщин и подростков поселка. Хотя, кажется, мне это ничего не даст.

Арина Родионовна удивленно подняла бровь, и я пояснил:

— Любовь Федоровна рассказала мне, что призраки заметили бы человека. Так что выходит, это был не совсем человек.

— А кто тогда? — удивленно уточнила девушка.

Я сел в кресло и откинулся на спинку и пожал плечами:

— Не знаю. Может, быть русалка. Или утопица. Или еще кто-то из сказочных существ. Как правильно подметил мастер Зимин, разное здесь творится. Волей-неволей начнешь верить во всякое.

Девушка смущенно кивнула, словно подтверждая сказанное мной. Отложила фотоаппарат и встала с кресла:

— Я пойду немного отдохну. Очень уж утомительным выдался день.

Я кивнул, и девушка вышла из гостиной, оставив меня в комнате одного