Глава 6

Мне снилось, что я снова в Керамзине, крадусь по темным коридорам на цыпочках и ищу Мала. Я слышала, как он зовет меня, но его голос не становился ближе. Наконец я поднялась на последний этаж и подбежала к двери в старую синюю спальню, где нам нравилось сидеть на подоконнике и смотреть на луг. Услышав оттуда смех Мала, я распахнула дверь и… закричала. Кровь была повсюду. На подоконнике сидела волькра. Когда она повернулась и раскрыла свою жуткую пасть, я увидела, что у нее были серые кварцевые глаза.

Проснувшись, я начала в панике оглядываться, сердце рвалось из груди. Несколько мгновений я даже не могла понять, где нахожусь. Затем, вспомнив, со стоном повалилась обратно на подушки. Стоило мне вновь задремать, как кто-то постучал в дверь.

– Уходите, – пробормотала я из-под одеяла.

Но стук лишь усилился. Я села в кровати, чувствуя, как все мое тело вопит в знак протеста. Голова болела, и, когда я попыталась встать, мои ноги не пожелали содействовать.

– Ладно-ладно! – прокричала я. – Уже иду!

Стук прекратился. Я проковыляла к двери и потянулась к замку, но затем замешкалась.

– Кто это?

– У меня нет на это времени, – отрезал женский голос за дверью. – Открывай. Сейчас же!

Я пожала плечами. Пусть убьют меня или похитят, или чего еще они там хотят. До тех пор, пока мне не придется вновь ехать верхом или подниматься по ступенькам, я не буду жаловаться.

Не успела я повернуть ключ, как дверь резко распахнулась и мимо меня протиснулась высокая девушка, осматривая комнату, а затем и меня критическим взглядом. Посетительницу с легкостью можно было назвать самым красивым человеком, которого я когда-либо видела: волнистые темно-каштановые волосы, большие глаза золотистого цвета, безупречно гладкая кожа, идеальные скулы, словно высеченные из мрамора. На девушке был кремовый кафтан, шитый золотом и отороченный рыжеватым мехом лисицы.

– Ради всех святых, – начала она, оглядывая меня. – Ты хоть помылась? И что случилось с твоим лицом?

Я покраснела и поднесла руку к синяку на щеке. Прошла почти неделя с того момента, как я покинула лагерь, и еще дольше, как я мылась или расчесывала волосы. Я была покрыта грязью и кровью и пахла лошадьми.

– Я…

Но девушка уже выкрикивала приказы служанкам, проследовавшим за ней в комнату.

– Принесите воду. Горячую. Мне понадобится мой набор, и вытащите ее из этой одежды.

Служанки начали напирать на меня, расстегивая пуговицы рубахи.

– Эй! – закричала я, отталкивая их руки.

Девушка-гриш закатила глаза.

– Если придется, свяжите ее.

Служанки удвоили усилия.

– Перестаньте! – выкрикнула я, пятясь от них. Они замешкали, переводя взгляд с меня на девушку. Честно говоря, ничто не звучало сейчас лучше слов «горячая ванна и новая одежда», но я не собиралась позволять какой-то рыжеволосой тиранке командовать мной. – Что происходит? Кто ты?

– У меня нет вре…

– Так найди его! – отрезала я. – Я проехала почти две сотни миль верхом, не спала нормально неделю, а еще меня дважды чуть не убили. Так что, прежде чем я что-либо сделаю, ты расскажешь мне, кто ты такая и почему тебе так важно снять с меня одежду.

Рыжеволосая сделала глубокий вдох, будто вела беседу с ребенком.

– Меня зовут Женя. Меньше чем через час ты будешь представлена королю, и в мои обязанности входит придать тебе презентабельный вид.

Моя злость испарилась. Я встречусь с королем?

– О, – кротко ответила я.

– Да, «о». Так что, приступим?

Я молча кивнула, а Женя хлопнула в ладоши. Служанки вновь активизировались, теребя мою одежду и подталкивая меня в ванную. В прошлый раз я была слишком усталой, чтобы рассмотреть комнату. Но сейчас, даже дрожа от холода и перепугавшись из-за перспективы быть представленной королю, я дивилась крошечным изразцам, покрывавшим все поверхности, и радовалась глубокой медной ванне, которую слуги наполняли горячей водой. Стена рядом была украшена мозаикой из ракушек и перламутра.

– Садись, садись! – сказала одна из служанок, подпихивая меня.

Я залезла внутрь. Вода была обжигающе горячей, но я стерпела. Военная жизнь давно отучила меня от скромности, но было что-то непривычное в том, чтобы быть единственным голым человеком в комнате, особенно когда все продолжали разглядывать меня с неподдельным любопытством.

Я вскрикнула, когда одна из служанок схватила меня за голову и начала яростно намыливать волосы. Другая склонилась над ванной и начала вычищать мои ногти. Чуть освоившись, я почувствовала, как теплая вода благотворно обволакивает мое ноющее тело. Нормальной ванны я не принимала уже год и даже не представляла, что она может быть такой роскошной. Определенно в жизни гриша были свои преимущества. Я никогда не могла позволить себе просто плескаться в воде в течение часа. Но как только меня тщательно отмыли, служанка дернула меня за руку и приказала:

– Вылезай, вылезай!

Я неохотно послушалась, позволив женщине бесцеремонно вытирать меня пушистыми полотенцами. Одна из молодых служанок выступила вперед с тяжелым бархатным халатом и увела меня в спальню. Затем она и остальные скрылись за дверью, оставляя меня наедине с Женей.

Я настороженно следила за рыжеволосой. Она распахнула шторы и передвинула деревянный стол с искусной резьбой и стул поближе к окну.

– Садись, – скомандовала она.

Я скривилась от ее тона, но подчинилась. Небольшой сундучок открылся под ее руками, его содержимое было разложено на столе: маленькие скляночки, наполненные чем-то похожим на ягоды, листья и цветную пудру. У меня не было шанса рассмотреть подробнее, поскольку Женя взяла меня за подбородок, пристально разглядывая мое лицо и поворачивая сторону с синяком к свету из окна. Девушка вздохнула и легкими касаниями пальцев заскользила по моей коже. Я почувствовала то же покалывание, которое испытала, когда целительница работала над моими ранами, полученными в Каньоне.

Минуты тянулись бесконечно, я сжала руки в кулаки, чтобы не зачесаться. Затем Женя отступила и зуд прошел. Она передала мне маленькое золотое зеркальце. Синяк полностью исчез. Я осторожно коснулась кожи, но боли не почувствовала.

– Спасибо, – я положила зеркальце и начала было вставать, но Женя вновь усадила меня на место.

– И куда это ты собралась? Мы не закончили.

– Но…

– Если бы Дарклинг просто хотел тебя исцелить, то послал бы целителя.

– А ты не целительница?

– Я, по-твоему, в красном? – резко ответила Женя, в ее голосе слышалась горечь. Она указала на себя. – Я – портниха.

Я была сбита с толку. И внезапно поняла, что никогда не видела гриша в белом кафтане.

– Ты создашь для меня платье?

Женя раздраженно фыркнула.

– Я не создаю платья! Я создаю это, – ответила она, махая длинными грациозными пальцами перед своим лицом. – Ты же не думаешь, что я родилась с такой внешностью, правда?

Я уставилась на ее гладкую мраморную кожу, идеальные черты, и меня охватило понимание, а с ним и возмущение.

– Ты хочешь изменить мое лицо?

– Не изменить. Просто… немного освежить.

Я нахмурилась. Я знала, как выглядела, и остро осознавала свои недостатки. Но не особо нуждалась в том, чтобы прекрасная женщина-гриш указывала мне на них. И хуже всего был тот факт, что ее подослал для этого Дарклинг.

– Забудь об этом, – сказала я, вскакивая на ноги. – Если Дарклингу не нравится мой внешний вид, это его проблема.

– Тебе нравится твоя внешность? – спросила Женя с искренним любопытством.

– Не особо, – отрезала я. – Но моя жизнь и так стала слишком запутанной, чтобы еще и видеть незнакомое лицо в зеркале.

– Ты все не так поняла, – сказала Женя. – Я не могу вносить больших изменений, лишь несущественные. Разгладить твою кожу. Сделать что-то с твоими тусклыми волосами. Я сделала себя идеальной, но потратила на это всю жизнь.

Я хотела поспорить, но она действительно выглядела идеально.

– Уходи.

Женя наклонила голову, изучая меня.

– Почему ты принимаешь это так близко к сердцу?

– А ты как думаешь?

– Не знаю. Я всегда была красивой.

– И скромной тоже?

Она пожала плечами.

– Ну и что, что я красивая? Среди гришей это не имеет особого значения. Дарклингу плевать, как ты выглядишь, в отличие от того, на что ты способна.

– Тогда зачем он прислал тебя?

– Потому что король любит красоту, и Дарклинг это знает. При дворе короля внешность – это все. Если ты станешь спасением всей Равки… ну, лучше, чтобы ты выглядела соответственно.

Я сложила руки на груди и посмотрела в окно. Снаружи солнце освещало небольшое озеро с маленьким островком посередине. Я понятия не имела, который час и как долго я проспала. Женя подошла ко мне.

– Знаешь, ты же не уродина.

– Спасибо, – сухо ответила я, все еще глядя на лесные просторы.

– Ты просто выглядишь немного…

– Усталой? Больной? Истощенной?

– Ну, как ты сама сказала, ты провела не один день в путешествии и…

Я вздохнула.

– Это мой обычный вид.

Я уткнулась головой в холодное оконное стекло, чувствуя, как злость и смущение покидают меня. Почему я сопротивляюсь? Если быть честной, перспективы предложения Жени меня искушали.

– Ладно. Сделай это.

– Спасибо! – вскрикнула она, хлопая в ладоши.

Я с вызовом взглянула на нее, но в ее выражении лица и голосе не было сарказма. «Она чувствует облегчение», – поняла я. Дарклинг дал ей задание, и неизвестно, что бы с ней случилось, если бы я отказалась. Я позволила ей отвести меня обратно к стулу.

– Только не увлекайся.

– Не волнуйся, – ответила рыжеволосая. – Ты все еще будешь похожа на себя, только будет казаться, что у тебя было больше времени на здоровый сон. Я очень хороша в своем деле.

– Вижу.

Я закрыла глаза.

– Все нормально. Можешь смотреть, – она передала мне золотое зеркальце. – Но больше никаких разговоров. И замри.

Я подняла зеркальце и стала наблюдать, в то время как прохладные пальцы Жени заскользили по моему лбу. Кожу покалывало, и я с растущим изумлением смотрела, как руки Жени путешествуют по коже. Каждая неровность, каждая царапина, каждый изъян исчезали под ее пальцами. Она приложила большие пальцы к коже под моими глазами.

– Ох! – удивленно вскрикнула я, когда темные круги, мучавшие меня с детства, исчезли.

– Не слишком радуйся, – сказала Женя. – Это временно.

Затем она потянулась к одной из роз на столе и оторвала бледно-розовый лепесток. Девушка поднесла его к моему лицу, и цвет перетек мне на щеку, оставляя за собой симпатичный румянец. Далее Женя поднесла еще один лепесток к моим губам и повторила процесс.

– Это всего лишь на пару дней, – проинформировала она. – Теперь волосы.

Она достала из своего сундучка длинный гребень из слоновой кости и склянку с чем-то блестящим. Потрясенная, я спросила:

– Это настоящее золото?

– Конечно, – ответила Женя, поднимая локон моих тусклых коричневых волос.

Она струсила немного золотой пыли мне на макушку и провела гребнем по волосам. Вещество растворилось, превращая мои космы в блестящие локоны. Обработав каждую прядь, Женя намотала их на пальцы, заставляя волосы завиться. Наконец, она отстранилась, блеснув самодовольной ухмылкой.

– Лучше, не правда ли?

Я изучила себя в зеркале. Мои волосы блестели. На щеках обозначился розоватый румянец. Я не стала красавицей, но и не могла отрицать явные улучшения. Интересно, что бы сказал Мал, увидев меня? Я быстро отбросила эту мысль.

– Лучше, – неохотно признала я.

Женя жалобно вздохнула.

– Это лучшее, что я могу сейчас сделать.

– Спасибо, – едко ответила я, но девушка подмигнула и улыбнулась.

– Кроме того, поверь, ты не захочешь привлекать к себе слишком много внимания короля, – ее голос был веселым, но я заметила, как по ее лицу пробежала тень, когда она пересекла комнату и открыла дверь, чтобы впустить служанок.

Они отвели меня за ширму из черного дерева, инкрустированную жемчугом, похожим на звезды на фоне ночного неба.

Спустя пару минут я оказалась облачена в чистую тунику и штаны, мягкие кожаные ботинки и серое пальто. С разочарованием я поняла, что это была просто чистая версия моей армейской формы. На правом рукаве даже имелся маленький значок картографа, изображающий компас. Должно быть, мои чувства отразились на лице.

– Не то, чего ты ожидала? – развеселилась Женя.

– Я просто думала…

Но что я думала? Вправду решила, что могу получить мантию гриша?

– Король ожидает увидеть скромную девушку, забранную из рядов его армии, – скрытое сокровище. Если ты появишься в кафтане, он подумает, что Дарклинг тебя прятал.

– Зачем Дарклингу меня прятать?

Женя пожала плечами.

– Для преимущества. Для выгоды. Кто знает? Но король… ну, ты вскоре увидишь, какой наш король.

У меня скрутило живот. Меня вот-вот представят королю! Я попыталась успокоиться, но когда Женя поторопила меня на выход в коридор, мои поджилки тряслись, а ноги, казалось, налились свинцом. У лестницы она прошептала:

– Если кто-то спросит, я просто помогала тебе одеться. Я не должна работать над гришами.

– Почему?

– Потому что глупая королева и ее еще более глупые придворные считают, что это нечестно.

Я изумленно уставилась на девушку. Оскорбление королевы могло быть расценено как измена, но Женя не выглядела встревоженной.

Когда мы зашли в огромный купольный зал, он оказался заполнен гришами в алых, фиолетовых и синих мантиях. Большинство были моего возраста, но несколько старших гришей собрались в углу. Несмотря на седину в волосах и морщины на лицах, они были поразительно привлекательными. На самом деле, все в комнате были раздражающе красивыми.

– Слова королевы не лишены правды, – пробормотала я.

– О, это не моих рук дело, – ответила Женя.

Я нахмурилась. Если она говорила правду, то это только подтверждало, что мне здесь не место. Кто-то увидел, как мы вошли в зал, и по комнате прошел шепот, каждая пара глаз сосредоточилась на мне. Высокий широкоплечий гриш в красной мантии вышел вперед. Это был загорелый мужчина, и, казалось, он источал здоровье. Он низко поклонился и представился:

– Я Сергей Безников.

– Я…

– Знаю, кто ты, конечно же, – перебил Сергей, сверкнув рядом белоснежных зубов. – Подойди, позволь тебя представить. Ты будешь идти с нами, – он взял меня под локоть и подвел к группе корпориалов.

– Она заклинательница, Сергей, – сказала девушка в синем кафтане с развевающимися коричневыми кудряшками. – Она пойдет с нами.

Послышался ропот согласия от остальных эфиреалов.

– Мария, – сказал Сергей с натянутой улыбкой, – ты же не предлагаешь ей войти в зал с гришами ниже по рангу?

Алебастровая кожа Марии внезапно покрылась красными пятнами, и несколько заклинателей вскочили на ноги.

– Напоминаю тебе, что сам Дарклинг – заклинатель.

– Так вы теперь приравниваете себя к Дарклингу?

Мария зашипела, и я вмешалась в попытке заключить мир:

– Почему бы мне просто не пойти с Женей?

Раздалась пара тихих смешков.

– С портнихой? – спросил Сергей, придя в ужас.

Я оглянулась на девушку, но та лишь улыбнулась и покачала головой.

– Ее место с нами, – возразила Мария, вызвав новую волну споров.

– Она пойдет со мной, – сказал низкий голос, и в комнате наступила тишина.