10.6

Он боялся, ментальный амулет не даст ничего сказать — поэтому старался даже не думать о том, к каким последствиям может привести его невинный вопрос. И сработало! Горло не схватило, Гай смог произнести фразу до конца — и замер, вглядываясь Валлей в глаза с мольбой: ну же, сестрёнка, давай! Ты ведь сама говорила когда-то, что узнаешь меня под любым иллюзорным амулетом! Не подведи!

— К-хм, — кашлянула Валлей, изучая лицо Гая. Одной ладонью она схватилась за кончик своей косы и принялась теребить его, как делала всегда, когда очень волновалась. — Да, кажется, был…

Гай улыбнулся, и Валлей резко выдохнула, опуская руку. Её зрачки настолько расширились, что золото глаз затопила чернота, а затем во взгляде появилась подозрительная влажность.

Одуванчиковый мёд был у Гая любимым. Они с сестрой всегда делали его первым, даже до липового, и не продавали, съедали сами. Ничего особенного, никаких прямых фраз — всего лишь маленький намёк, но Валлей, кажется, догадалась.

— Я бы купил.

— К-хм, — вновь кашлянула сестра и быстро вытерла ладонью заслезившиеся глаза. — Пойдёмте в дом. Мёд там. И… может, вы поужинаете с нами?

С нами.

Защитник, какая удача!

В доме не могло быть никого, кроме Тейки — в этом Гай был уверен, как в собственном имени.

Но всё-таки следовало спросить — мало ли, вдруг Валлей за прошедший год изменила своим привычкам и начала привечать мужчин?

— Спасибо, хозяйка, мы с удовольствием, — ответил Гай и покосился на по-прежнему молчавшего Ральфа. — Ты же не торопишься?

В этот раз кашлянул Рильо.

— Нет… не тороплюсь.

— Отлично, — кивнул Гай, делая шаг к Валлей, которая смотрела на него, будто он умер и воскрес. — Хозяйка… а вы сказали «с нами» — дома есть кто-то ещё? Ваш муж, может?

— Что? — сестра быстро заморгала, удивившись, и её щеки вспыхнули румянцем. — Защитница меня упаси, никаких мужей, ни за что, никогда!

Гай фыркнул, изо всех сил сдерживаясь, чтобы немедленно не схватить Валлей в охапку. Поднять бы её на руки и закружить, пока она не начнёт молить о пощаде, заливаясь смехом и шутливо хлопая его плечу.

Очень хотелось сказать, что она нисколько не изменилась — как была мужененавистницей, так и осталась, — но Гай молчал, зная, что амулет всё равно не позволит. Да и не надо. Валлей и так знает, что он о ней думает.

А вот Ральф, видевший его сестру впервые, явно удивился.

— Почему? — поинтересовался он, и Валлей, слегка нахмурившись, вновь обратила на него внимание. Отвечать не стала — вместо этого посмотрела на Гая и спросила:

— Друг?

Он кивнул.

— Тогда заходите оба.

Она развернулась и вошла во двор, оставив калитку гостеприимно распахнутой.

Получилось! Гай едва не заорал от счастья. Сейчас он увидит Тейку!