Глава 13. Возвращение

Оказалось, что техника «трамплинов» по бронебойности была эффективнее моих воронов и штырей Испанца. Обладатель этой способности создавал небольшие платформы, работающие по принципу воздушной пушки: они выстреливали мощным потоком воздуха, который запускал владельца в сторону противника.

Но был у этой техники существенный минус. Пока Мария была в полете, она никак не могла поменять траекторию своего движения. А значит, становилась предельно предсказуемой. Особенно для владельцев режима боевого транса. Ситуацию можно было бы немного поправить, если бы она пошла Путем Скорости, но девушка решила иначе и выбрала Контроль. Прям как я.

В общем Испанец с энтузиазмом принялся решать эту задачку, поэтому уже второй час после нашего показательного боя подробно расспрашивал девушку о всех тонкостях ее развития. Та, как ни странно, прилежно отвечала на каждый вопрос.

В конце концов Испанец довольно хлопнул по столу и произнес:

— Ну ничего, Контроль — это тоже хорошо. Мы просто будем делать ставку на повышенную регенерацию. Правда, предупреждаю, может быть больно…

— Боли я не боюсь! — с вызовом произнесла Фансеко.

— Мы можем вообще исключить этот фактор из уравнения, — неожиданно произнес Бенисиу.

— Это как? — теперь уже мне было интересно.

Вместо ответа Целитель поднялся со стула, отошел на несколько шагов и достал пистолет из кобуры, висящей на поясе. Я уже подумал, что он собирается стрелять в Марию, но нет. Парень приложил дуло пистолета к левой ладони и неспешно сделал несколько выстрелов. При этом на его лице не моргнул ни один мускул.

После этого он продемонстрировал дырку у себя в руке и наконец-то выпустил пыль. И в следующую же секунду рана начала затягиваться. Бенисиу оставалось только немного подождать с таким же скучающим видом.

— Вот это регенерация…. — выдохнул я.

— Обычное дело, — пожал плечами Целитель. — У меня и боль практически полностью блокирована. Точнее, вместо нее в мозг поступают сигналы о месте ранения, и только.

— И ты можешь то же самое и с другими проделывать?

— Нууу…. не совсем. Собственная регенерация у меня практически бесконечна, а вот на других надо тратить заряд. Но в целом — да. Я смогу сделать из отряда практически бессмертных бойцов, на какое-то время. Единственное, что их может выключить из сражения — это мгновенная смерть. Их или моя. В подобной ситуации даже я бессилен.

Мне тут же вспомнилось, как отряд Ратников пытался убить отшельника-Титана, выбравшего Путь Контроля. Он тоже обладал просто невероятной регенерацией. А тут, насколько я понял, ситуация еще жестче. Иными словами — хочешь убить Бенисиу, цель ему сразу в голову. От остальных ранений не будет особого толка.

— А ты и конечности отращиваешь?

Целитель сел обратно за стол и кивнул.

— Да. Руки и ноги отрастут примерно за две-три минуты. Помню, мне во время одного из опытов бок оторвало и кусок почки, вот тогда пришлось ждать целых семь минут. Со внутренними органами всегда немного сложнее. Только можно я не буду показывать? У меня после этого тело несколько часов чешется. Неприятно.

Я мысленно присвистнул. Даже проверять не хочу, как моя регенерация будет справляться с подобными ранениями. Лучше до этого вообще не доводить. Но то, с каким спокойным видом парень говорил о подобных вещах, немного впечатляло.

— Путь? — коротко спросил Испанец.

— Контроля, — выдохнул Целитель. — Знаю, что в боевом направлении лучше бы подошли Скорость или Сила, но…. тогда мне казалось, что из меня куда больше толку в поддержке. Впрочем, если сильно понадобится, я могу перераскидать статы. В Бразилии делаются подобные операции, а способность к восстановлению не даст мне умереть раньше срока.

— Я тоже об этом подумал. Но сначала мы попробуем что-то сделать с уже имеющимися данными. А твой план оставим про запас. — Испанец взял небольшую паузу, после чего продолжил: — В принципе, я уже составил приблизительную программу тренировок, так что с завтрашнего дня начнем наши занятия. Ну а сейчас… — он поднял бокал с вином, — отмечаем!

Попойки в современном мире имели свою специфику. Хотя бы потому, что человеку приходилось сдерживать трудяг нано-роботов, упорно принимающих алкоголь за разновидность яда, поэтому всеми силами старающихся нейтрализовать его действие.

Частично эта проблема решалась при вхождении в совершеннолетие. Алеся переставала блокировать действие алкоголя и бралась за дело только при употреблении слишком больших доз горячительных напитков. Ну а после получения ранга Воина достаточно было одного мысленного приказа, чтобы виртуальная помощница не вмешивалась в процесс веселья. Правда, она все равно продолжала слать уведомления.

— «Ярик, заканчивай бухать, мне уже спать хочется…» — сонным голосом произнесла Райли.

— «Так иди, кто тебя держит-то?» — немного заплетающимся голосом ответил я. Мы с Испанцем и Марией решили поиграть в игру на выпивание. И сдаваться, судя по всему, никто не собирался.

— «Ты забыл, что мне запрещено покидать пост, пока ты находишься на миссии?»

Эксперимент с подменой виртуальной помощницы прошел на ура, и теперь Манс младший настаивал на том, чтобы сестра продолжала держать прямой контакт. И если до приезда в Бразилию она проводила со мной всего по несколько часов день, то теперь практически всегда находилась на связи. В прямом смысле. Райли даже спала на работе, чтобы не отходить от рабочего пульта. Что было логично…неприятности могли навалиться на нас в любой момент.

— «Тогда терпи…и даже не вздумай меня отрезвлять!»… — я поднял еще один бокал и обратился к своим «собутыльникам»: — ну что, еще по одной?

Бразильянка с печалью посмотрела на алкоголь и покачала головой.

— Не…с меня до.. достатч… хватит, — она отодвинула бокал подальше и отрезвела по щелку пальцев. — Какое у вас там желание? Только не унижайте себя всякими пошлостями, хорошо? Выполнить — выполню, но мнение о вас испортится навсегда.

Испанец потянулся, после чего встал из-за стола.

— Музыкант, желание за тобой. Я соревновался чисто ради развлечения, а вот на получение награды оставаться не собираюсь. Эх….чего только не сделаешь ради молодых. Все, до завтра. И долго не засиживайтесь!

Густаво направился в сторону домика, выделенного нам на ночлежку, по пути насвистывая какую-то мелодию.

— Ну? — хмуро произнесла Мария. — Мне долго ждать?

Я откровенно наслаждался моментом. Красивая девушка, готовая исполнить любое твое желание — это очень заманчиво. И ведь я абсолютно уверен в том, что действительно выполнит, так как это дело чести. Правда, не исключено, что по завершении вызовет тебя на дуэль и будет драться на смерть. А мне совсем не хочется убивать такую милашку. Тем более по такому глупому поводу.

— Хорошо, — я развалился на стуле и закинул ногу на ногу. — Расскажи о себе.

— Чего? — ворчливо произнесла она.

— Ты хотела услышать желание — ты его услышала. Можешь выполнить его обнаженной, если тебе так хочется на меня обидеться. Но как по мне, глупая получится ситуация. Особенно если вспомнить, что на на сейчас смотрит не меньше пяти пар глаз.

Я кивнул в сторону охраны, расположенной по периметру.

— Что именно ты хочешь узнать? — уже спокойнее спросила она.

— Откуда ты? Как попала на службу? Или это секретная информация?

— Да нет…в общем-то, — замялась Мария. — Родилась я в местечке под название Ражашту, не так далеко отсюда. С самого детства подавала большие надежды, так как была не только талантливой, но и безбашенной. У меня есть два старших брата и маленькая сестра. На службу поступила ради возможности прокормить семью. Что-то еще?

— Ты по жизни такая дерзкая, или мы что-то не то сделали? Особенно я.

Фонсека затравленно посмотрела по сторонам, после чего уткнулась глазами в стол.

— Ничего не сделали. Просто такой характер…

Ну понятно, тут не надо быть физиогномистом, чтобы понять, что дело не чисто. Она явно что-то хочет сказать, но проблема в том, что нас «слушают».

— Какие у тебя цели на будущее?

— Стать сильнейшей представительницей своей страны, — уверенно произнесла девушка.

— Хочешь обскакать своего наставника?

— Бенисиу хороший человек и превосходный Целитель, но….. — Мария отвела взгляд, — у него слабый характер. А за таким Титаном никогда не пойдут.

— А ты, значит, хочешь, чтобы за тобой шли?

— Людям нужна надежда… и лидер!

— Ты не слишком молода, для лидера? — с ухмылкой спросил я.

— Возраст не так важен, — покачала головой Фонсека, после чего положила руку себе в районе сердца, — главное то, что у тебя здесь.

— Понятно… Ладно, давай тогда на сегодня закончим.

Я поднялся из-за стола и уже собирался уходить, как неожиданно почувствовал, как бразильянка прильнула ко мне всем телом.

— Эмм….ты чего? — спросил я, в последний момент удержав пыль от защитной реакции.

— Ничего, — ответила Мария, — просто споткнулась.

После этого она быстрым шагом направилась в противоположный от нас дом. Я же, спустя несколько минут, находясь дома, нашел в кармане записку, в которой было написано всего два слова:

«Спасите меня!»

* * *

Первоначальный план, подразумевающий незаметное прохождение границы и присоединение к армии генерала Панкратова пришлось отменить. После открытого появления Ярослава на публике Георгий точно укрепит границы и заставит агентурную сеть работать в несколько раз упорнее. Ему нельзя было допустить, чтобы наследники оказались на родной земле. Слишком много недовольных нынешней властью встанут под знамена другого Романова. Или Романовой.

Арсений прекрасно понимал страхи своего брата, но был один фактор, который он никак не мог просчитать. Это Александр, Вальтер и Лилит. Эти трое по-прежнему находились в тени, но определенно оказывали сильнейшее влияние на решения нынешнего Императора.

И именно поэтому Второй собрался пойти не совсем логичным путем — обратиться к общественности и начать набор сторонников за рубежом. Заодно воодушевит тех подданных страны, кто еще оказывает сопротивление.

— Сень, ты готов? — поинтересовалась появившаяся в комнате Лена.

Одеты она были просто и со вкусом: снизу джинсы, а сверху белая футболка с принтом черного ворона. Сделано это было специально. Малийские пиарщики настояли на том, чтобы сделать технику Абсолюта символом грядущих перемен. Никто не был против.

— Я и раньше не особо любил появляться на публике… теперь же… — он повернулся к сестре, — ты понимаешь, что после этого у нас не будет пути обратно?

— Ты боишься? — удивилась Лена.

— За тебя — да. Ведь по сути, только мы остались друг у друга.

— А как же Георгий? Александр? Вальтер в конце концов?

Арсений усмехнулся.

— Исходом войны будет смерть. Победят они, умрем мы. Ну а если удача улыбнется нам, то… никто не простит милосердия в подобной ситуации. Да и нужно ли оно? Лично я хочу расправиться с Александром. Именно он виноват в произошедшем.

— Отца убил Георгий, — напомнила Лена.

— Гера слишком эмоционален, а потому им легко управлять. Не удивлюсь, если он уже сожалеет о сделанном. Но прошлого не воротишь. — Второй встряхнулся и уверенно посмотрел в зеркало. — Ты права. Нам пора возвращаться.

Манс Девятый собрал большую пресс-конференцию, на которой должны были присутствовать представители самых крупных журналистских изданий планеты. Они пока что не знали, какой материал получат, поэтому вертелись в нетерпении. Ну еще бы…. если их собрал сам Император, значит, произойдет что-то сенсационное.

Наконец дверь открылась, и оттуда показались Романовы. В конференц зале повисла напряженная тишина. Наследников не видели шесть лет, поэтому многие были уверенны в том, что те или убиты, или в заточении.

Брат с сестрой сели за стол, где их уже ждал Манс Десятый. После короткой проверки микрофонов кронпринц взял первое слово.

— Дорогие гости, многие из вас слышали небылицы, рассказанные нынешней Российской властью якобы о том, что именно Арсений Константинович был во главе заговора, направленного на свержение его отца. Мы не поверили в эти сказки, поэтому сделали все возможное, чтобы обеспечить безопасность наследников. Которая, к слову, часто была под угрозой. Впрочем, пусть слово возьмет мой близкий друг и законный наследник Российского трона — Арсений Романов.

Зал по прежнему молчал. Большинство журналистов уже делали пометки в смартфонах, и наверняка готовили заголовки на подобии:

«Наследники вернулись! Малийцы обвиняют Георгия!»

«Манс наконец-то открыто поддержал одну из сторон. Это война?»

«Что же произошло в Российской Империи шесть лет назад?»

Арсений склонился над микрофоном и начал зачитывать подготовленную речь:

— Шесть лет назад я…. я был рядом с отцом за несколько минут до его смерти. Он отправил меня защищать один из корпусов дворца, решив, что сам сможет разобраться с нагрянувшими заговорщиками. Вы знаете, каким был Константин. Сильный и опытный воин, дух которого очень сложно победить… — Второй сделал небольшую паузу, убедившись в том, что все без исключения слушают его, затаив дыхание: — Но отец не учел одного. Того, что в самый ответственный момент его предаст близкий человек….

Он бросил короткий взгляд на сестру и неожиданно заметил катящуюся по ее щеке слезу. За все время своих скитаний они всего несколько раз говорили о произошедшем. И каждый раз лишь поверхностно.

Пауза немного затянулась.

— Речь идет о моих братьях — Георгие и Александре, — уверенно продолжил Арсений. — Третий организовал переворот, а Первый лично убил Императора, а следовательно, незаконно взошел на престол.

— Но откуда вам известно о произошедшем, если вас там не было? — неожиданно спросила девушка средних лет из передних рядов. Эта американка обладала определенной репутацией в журналистском мире и славилась тем, что всегда вгрызалась в тему, пока полностью не распутывала клубок. Именно поэтому ее и посадили в первый ряд.

— Вы Элизабет Рокс? — спросил Второй, хотя прекрасно знал ответ на этот вопрос.

— Да.

— В темной сети давно гуляет видеозапись, слитая кем-то из работников Императорского дворца. На нем Георгий разговаривает с Вальтером и сам признается, что убил отца. Только не говорите, что вы ее не видели.

— Видела…. — тихо ответила репортерша.

По ее виду было понятно, что она, скорее всего, уже собиралась схватиться за эту тему, но что-то пошло не так. Сейчас же, когда за ней будут стоять малийцы, она должна будет раскрыть это дело и осветить его на весь мир.

— Думаю, здесь все видели запись этого признания. Но побоялись сказать что-то в слух. — Арсений провел по ним взглядом. — Не подумайте, что я вас обвиняю. У вас семьи, работа…своя жизнь. Вы вправе бояться. В конце концов… и я боюсь. За сестру, за себя…. за тех, кто будет сражаться на нашей стороне. — Он немного приподнял голос, завершая свою речь. — Но знаете, что придает мне смелости? Уверенность в том, что мы сражаемся за благое дело. Что отцеубийца не будет безнаказанно сидеть на троне и убивать любого, кто скажет слово против! Что британцы перестанут вмешиваться в дела других государств и наконец оставят мир в покое! Что спустя годы каждый…. КАЖДЫЙ человек сможет сказать, что он был на правильной стороне истории! Ведь я уверен… мы вернемся в Россию. И МЫ ПОБЕДИМ!