Глава 6. День Великого Разлома

Открыв поутру глаза, я увидела то, к чему не привыкла: соседок по палатке. Обычно когда мы просыпались, все были на завтраке, а то и на рабочих местах, но только не сегодня. Выходной? За несколько месяцев, что мы провели в лагере, он случился впервые.Девчонки весело щебетали, передавая друг другу ручное зеркальце. Они распустили волосы, а не заплести их по привычке в хвост или косу. Некоторые подвели глаза углем от костра. Но главными их украшениями были осколки цвета. Кто-то носил осколок на кожаном ремешке на шее, кто-то повязал ремешок на руку или вокруг головы наподобие тиары. Мелкие, неограненные, с вкраплениями – эти осколки выглядели жалко. Не иначе их подобрали на свалке. Но это не мешало девушкам носить их с достоинством королевских особ.Все встреченные нами на улице рабочие – мужчины и женщины – также украсили себя осколками. Что-то назревало, и мы поторопились к Нани за новостями.– Сегодня – День Великого Разлома, – Нани помешивала воду в огромном котле и бросала туда коренья. – Этот праздник отмечают во всем королевстве.– Неужели уже заканчивается второй квартал после Нового года? – переспросил фантом и, получив в ответ кивок, вздохнул: – Время летит подобно стрекозе.– Нашел с чем сравнить, – сказала я. – Ты бы еще таракана вспомнил.– Между прочим, – начала Ксюха, и я едва удержалась от желания заткнуть уши: – Американский таракан за секунду может пробежать расстояние в пятьдесят раз превосходящее длину его тела. Для человека это сопоставимо со скоростью триста тридцать километров в час. Так что стрекоза далеко не самое быстрое насекомое в мире.Она болтала что-то еще, но я не слушала. У моей сестры вместо мозгов энциклопедия. Досталась же мне компания: сестра-заучка с фобией микробов, фантом – тонкая поэтическая натура и вообще человек в себе, лучший друг – скромный неловкий парень, краснеющий по любому поводу. Одна я – абсолютно нормальный оживленный магией камень.– Подождите-ка, – Коля, будучи сыном двух бухгалтеров, быстро произвел мысленные расчеты. – Получается сейчас в нашем мире июнь.– Ну да, – согласилась я, – мы же видели при переходе, что у нас тепло. Трава на газоне выросла и даже цветы.Нани вздохнула при упоминании газона. После путешествия на нашу сторону она была тиха и задумчива. Тосковала по краскам.– Месяц июнь близок к середине, – фантом сегодня был болтлив. – Восемнадцатое число.– Откуда такая уверенность? – поинтересовалась я.– Мне ли не знать, – фантом втянул голову в плечи, пряча обезображенное лицо в ворот нового плаща. И где он его раздобыл? Плащ, конечно, отличался от выданного ему на королевской службе, но все-таки это был плащ и он был серым.Ксюша и Коля переглядывались, не понимая, чем так важно восемнадцатое число. Обижаться на них было глупо. Одно дело, когда друзья забывают о твоем дне рождение, и другое, когда им стирают о нем память.Узнав, что у меня день рождения, они заволновались насчет подарка.– Не надо ничего, – заверила я. – У меня есть вы. Вам ничего не стоило бросить меня, ведь после стирания памяти я для вас никто. Но вы пошли со мной и во всем помогаете. Дружба и поддержка – вот ваш подарок мне!Ксюша обняла меня, потом Коля, а затем я потянула фантома за рукав, и присоединила его к нашим групповым обнимашкам. Он стоял неподвижно, руки по швам. Давненько его никто не обнимал.– Всегда везде вместе, – произнес Коля наш девиз.– Да здравствует «Манифест лучших друзей»! – поддержала его Ксюша.– Жаль я не могу подарить вам ничего взамен, – сказала я, когда с объятиями было покончено. – Я принесла вам только проблемы и несчастья.– Не говори так, – возразила Ксюша. – Очевидно же, что я и без тебя была бы тенеловом. Более того не будь тебя, я бы сошла с ума, так и не узнав, что со мной происходит.– А я бы так и остался обыкновенным мальчишкой, – произнес Коля. – И прожил бы скучную жизнь без приключений.– Я бы служил в страже ее величества, – сказал фантом, и мне послышались в его голосе мечтательные нотки. Что ж, его можно понять. Он был лишен права выбора.Вот такие мировые друзья мне достались. Даже в мелочах они думали не о себе в первую очередь, а о том, как подбодрить меня. Чем я их заслужила? Я и вполовину не так хороша, как они обо мне думают.Подготовка к празднику была в самом разгаре. Поле для игры в вышибалы откопали из-под песка. Повсюду складывали костры, но пока не зажигали, ждали вечера.Мы подвязались помогать Нани, готовить праздничный напиток. Ничего особого от нас не требовалось – стой себе, помешивай воду с травками. Разве что пар от котла доставлял неудобства.Нани очистила и нарезала кривой корень и бросила его в котел.– Что это? – Ксюша не могла упустить шанс пополнить знания о теневой стороне.– Мы называет этот корень – бирми. Чай с ним превосходный. Он бодрит и веселит.Я зачерпнула чай и принюхалась – запах терпкий с кислинкой.– Если чай хоть немного вкуснее местной каши и овощного рагу, – сказал Коля, – то он мне уже нравится.Мы как раз закончили с чаем, когда мне махнул рукой Корса, приглашая к ним в компанию. Вместе мы влились в поток рабочих, держащих путь к цветоломням. Там рядом с центральным входом под землю сложили огромный костер. Его должны зажечь первым, и все хотели посмотреть на это.Дрова для костра лежали домиком высотой по грудь взрослому человеку. Настоящий шалаш. Костер полыхнул, едва к нему поднесли факел. Серое пламя взметнулось в воздух, сыпануло белоснежными искрами. И в отсутствие красок есть своя красота.Рабочие хлопали в ладоши и улюлюкали. Кто-то танцевал. Следом зажгли маленькие костры по всему лагерю, но большинство все равно выстроилось в очередь к главному костру.– Что они делают? – спросила я у Корсы.– Бросают в огонь осколки цвета, – он тронул ремешок на запястье, к которому был привязан осколок. – Это наша жертва разлому.– Расскажи о празднике, – попросила Ксюша. – Мы ничего о нем не знаем.Мы пристроились в хвост очереди, и Корса развлекал нас разговорами:– День Великого Разлома – главный праздник королевства. Раньше в этот день в Черной крепости было торжество, на котором демонстрировали королевский рубин «Сердце ночи». Народ съезжался в крепость со всей страны. Вы слышали о рубине?– Краем уха, – я пнула открывшую рот Ксюху, пока она не наговорила лишнего.– Тогда вы знаете, какой он могущественный и какой древний.– Старушка ты наша, – прошептал Коля мне на ухо.Я кисло улыбнулась на шутку. Древней я себя не ощущала. Зато каждое напоминание о моем происхождении доставляло дискомфорт. Хотела бы я забыть, что на самом деле вовсе не человек.– Жаль, королева Тьма отменила традицию демонстрировать рубин, – говорил между тем Корса. – Я бы с удовольствием взглянул на него. Но последние восемнадцать лет его не показывают. Боятся, что рубин украдут.– Надо же, восемнадцать лет, – протянула Ксюша, косясь на меня. Ведь мне сегодня как раз столько и стукнуло. – И где теперь рубин?– Как где? В королевском хранилище. Лежит рядом с теневой короной.– Не мудрено, что отступники чуть не выкрали рубин, – проворчал фантом. – В королевстве каждый мальчишка знает, где он хранится.Вдоль очереди шла девушка с тележкой, разливая из бака всем желающим ароматный чай. Мы тоже взяли по чашке. Попробовать, что мы там сварили. Чай оказался на удивление вкусным. Разве что немного вяжущим и пощипывающим язык.– Это же имбирный чай! – воскликнула Ксюша. – А еще я чувствую лимон и какие-то ягоды.– Мы варим чай из корня бирми лишь по праздникам, – откликнулся Корса. – Он греет кровь и прочищает голову.Подошла наша очередь. Первой в костер полетел осколок цвета Лалэ. Она бросила его вместе с ремешком, и пламя жадно поглотило его.– Но ведь камни не горят, – заметил Коля, когда мы отошли от костра, уступая место другим.– З-завтра утром все, что останется, соберут и закопают в землю, – ответил Ал. – Теперь эти осколки принадлежат р-разлому.– Что это за разлом такой? – спросила я. – Он как-то связан с рубином?– Чтоб меня под завалом погребло, если не связан, – Корса наслаждался ролью гида. – Каждый раз, когда осколки цвета проходят через тень и попадают с радужной стороны на теневую, они оставляют трещины. Обычно те быстро срастаются. Но рубин такой гигантский, что после него возникла не зарастающая брешь – шрам на поверхности первородной тени. Его-то мы и зовем Великим Разломом.– Где находится разлом? – заозиралась Ксюша. – Хочу на него посмотреть.Я ни капельки не удивилась ее желанию. Это же моя сестра-заучка. Расскажи ей об интересном научном событии, и она тут же рванет на него любоваться.– Глупая, – фыркнула Лалэ. – Разлом нельзя увидеть.– Откуда вы тогда знаете, что он существует? – сощурилась Ксюша.– Так гласит легенда, – сказал Корса. – Поговаривают, что однажды разлом разрастется и поглотит обе стороны, но прежде, чем это случится, миры наводнят пожиратели, которые вырвутся из междусторонья. Чтобы этого не произошло, мы приносим осколки цвета в жертву разлому. А еще есть предупреждение насчет рубина и разлома.– Расскажи! – потребовала я.– Не могу, – развел руками Корса. – Оно такое старое, что никто его не помнит. Все лишь знают, что разлом надо задабривать раз в году, чтобы он не натворил бед.– А он на это способен? – прошептал Коля.– Конечно, – кивнул Корса, а заметив мою скептическую ухмылку, распалился: – не веришь? Да чтоб мне всю жизнь работать на шахте, если я вру!– Мы верим, – успокоила его Ксюша. – Просто любопытно, видел ли кто-нибудь разлом своими глазами или о нем только легенды слагают?– Р-разлом в междусторонье, – ответил Ал, – а оттуда еще никто не возвращался, чтобы о нем рассказать.– Но как-то же о нем узнали, – заметила Ксюша. – Ведь есть же праздник.Корса пожал плечами. Болтовня о разломе ему наскучила. Вот-вот должен был начаться матч вышибал, и он в нем участвовал. Ашим тоже играл, а Лалэ с Алом вместе с нами заняли места среди зрителей. За неимением скамеек сидели прямо на земле. Это вам не благоустроенный стадион в Черной крепости, где играет сам принц. Но хоть условия были спартанскими, матч мне понравился. Выиграла команда Корсы, и мы отметили его победу чашкой чая.Незаметно на лагерь опустилась ночь. Минуту назад было светло, а потом сразу темень. Смена дня и ночи на теневой стороне проходила как на экваторе – без всякого перехода.Рабочие группировались вокруг огня, привлеченные светом. У каждого костра что-то происходило. Где-то играла музыка, где-то рассказывали легенды о королевском рубине. В одном месте пели, в другом танцевали. Ночь пропиталась атмосферой праздника и обещала быть долгой.Мы переходили от костра к костру. Хотелось поучаствовать во всем. И в кидание камешков, и в плясках вокруг костра.Развлечения были простенькими, но от этого не менее веселыми. Ксюша хохотала до слез. Впервые с тех пор, как мы покинули дом, я видела ее счастливой. Для меня это был самый лучший подарок на день рождения.– Тебе не кажется странным, что твой день рождения выпадает на один день с праздником Великого Разлома? – спросил Коля, когда мы отошли от очередного костра.– Что тут странного? Это очередная шутка королевы Тьмы. Она, наверное, считает себя жутко остроумной, – ответила я.– Очевидно, ей это показалось символичным, – заступилась Ксюша за королеву.– Да уж, символика так и прет, – проворчала я, а уже в следующее мгновение меня и друзей подхватила толпа, следующая в сторону шахт.– Что происходит? – заволновалась Ксюша.– О, – ответил Корса, – сейчас будет нечто невероятное. Кто-нибудь из вас знает, как определить будущего теневого мага?Я вспомнила, как Вадим безошибочно установил, что Ксюша – тенелов:– Один маг видит другого.– Верно, – кивнул Корса. – Тенелов чувствует, как тени к кому-то тянутся. Но если поблизости нет тенеловов?– Для не тенелова ты слишком много о них знаешь, – заметил Коля.– Он не оставляет п-попыток им стать, – произнес Ал так, чтобы Корса не слышал. – Каждый год участвует в испытании тенью. Все н-надеется, что в нем проснется сила мага.– Зачем ему это? – поинтересовалась Ксюша.– Т-тенеловов берут на королевскую службу. Это шанс вырваться из цветоломни. Пожалуй, единственный, если не считать с-смерти, – будничным тоном пояснил Ал, как если бы речь шла о чем-то незначительном.– Что за испытание? – насторожилась я.– Не переживай, – подбодрил меня Ал. – Испытание дело д-добровольное. Все, кто хочет проверить себя на наличие магии, вызываются на бой с д-дикой тенью.– А еще, – сказал Корса, – на теле истинного тенелова есть знак – родимое пятно черного цвета – отметина первородной тени.– У меня такого нет, – произнесла Ксюша, и я кивнула, подтверждая ее слова.– Она может быть спрятана под волосами или проявиться не сразу.– К-корса в прошлом году даже обрился на лысо, – снова зашептал Ал. – Искал у себя отметину, но, конечно, ничего не нашел.Мы обогнули вход в шахту и зашли сбоку, где земляной вал образовывал отвесную стену. Напротив нее установили генератор с прожектором. Те самые, из грота. Видимо, других в цветоломнях нет.Толпа собиралась за прожектором. Мы пробились в первые ряды и встали по правую сторону.– Что такое эта дикая тень? – спросила Ксюша, пока включали генератор.– Это тень без хозяина, – сказал Корса. – Порой теням удается освободиться. Чаще всего они сбегают в момент гибели хозяина. Чтоб меня сожрали мракодлаки, если тень хочет умирать вместе с хозяином. Дикие тени, мы еще зовем их тень-сама-по-себе, опасны. Их никто не контролирует. Поэтому их отлавливают и отправляют за хмурый заслон в яростные земли. Но иногда тенеловы оставляют их себе, чтобы потом использовать. Дикую тень трудно поймать, но легко хранить. Достаточно поместить ее в непрозрачный сосуд или ящик.Зажегся прожектор. Его свет падал на стену без единой тени. И поблизости я не заметила предмета, который можно поставить в луч света для создания тени. Зато в руках у надсмотрщика-организатора испытания был ящик похожий на коробку для обуви только деревянный.– Кто желает пройти испытание тенью? – закричал надсмотрщик, подняв ящик над головой. – Сразиться с тенью-самой-по-себе? Быть может, именно в вас дремлет сила, о которой вы не подозреваете. Пройдите испытание, узнайте о своих способностях!Надсмотрщик напоминал зазывалу на ярмарочных аттракционах. Он ходил вдоль рядов и протягивал ящик, но рабочие пятились от него, словно в нем химическое оружие.Наконец, он добрался до нас. Первым стоял Ал. Он сделал шаг назад, следом отступили Аш, я и Ксюша. После нас был Коля, за ним Лалэ, последний – Корса. Судя по его лицу, он приготовился выйти вперед, принять вызов. Как Ал и говорил, он рассчитывал, что в этом году в нем уж точно проснется сила тенелова. Но до Корсы очередь не дошла. Когда мужчина с ящиком проходил мимо Коли, он шагнул вперед.– Ты с ума сошел? – зашипела я ему в спину.Коля оглянулся на меня. У него был растерянный вид. Трясущимися руками он держал ящик, который ему вручил довольный надсмотрщик. Зато Лалэ улыбалась во все тридцать два зуба. Противная девчонка толкнула Колю! Лалэ с радостью проделала бы это со мной, но позади меня стоял фантом – не подберешься. И все-таки она нашла способ мне насолить.