Глава 9

Что ж, она явно поторопилась, утверждая, что всё самое плохое уже случилось. Поправочка: всё самое плохое у нее впереди.

– Очнулась? – раздался сбоку голос сёрфера.

Роул осторожно повернула голову, ожидая боли. Нет, голова не болела. Видимо, ей вкололи анестетик. Правда, пока не понятно, хороший это знак или плохой.

Она была в номере. Это, несомненно, был номер отеля. Правда, уровнем ниже того, в котором жила она. Но она была в курортной зоне. Правда, связанной на растяжку. Но не вечно же ее так будут держать?

– Чет? – она вложила в голос как можно больше удивления.

Инструктор был одет в мягкие домашние штаны. Торс был обнажен. Совершенное тело. И такой ублюдок.

– Я же говорил, что ты будешь моей, – говорил серфер, довольно оглядывая ее тело и приближаясь. Он сел на кровать и сжал обнаженную грудь. – Ты очень красивая.

– Развяжи меня, пожалуйста, – попросила Роул. – Мне нужно в туалет.

– Не обманывай меня, девочка, – Чел навис сверху, уперевшись рукой в матрас по другой сторону. – Пока ты была без сознания, я поставил тебе катетер. Не хочу, чтобы нашу встречу что-то омрачало.

В тему хотелось поинтересоваться про клизму. Но, во-первых, не хотелось стать свидетелем еще более неприятных откровений. А во-вторых, если поводу для откровений нет, на этот повод нарываться. А вообще Тайни порадовалась, что, хвала гуманизму аборигенов, ближайшие сутки перед ней эта проблема стоять не будет. И вообще, физическое состояние – это мелочи. Главное – выжить.

– Почему я? – спросила она.

– А зачем ты меня заводила? – улыбнулся он почти у ее губ, переводя взгляд с ее глаз на рот.

– Я?!

– Приходила, вертела хвостом и уходила, вся из себя такая Снежная Королева, – говорил он Тайни в губы. Было ощущение, что он под какой-то дурью.

– Остальных девушек тоже ты похитил?

– Девушек? – он немного отстранился. – Каких девушек?

– Кайсу. Лолу. Других.

– Ух, ты! Ты серьезно отнеслась к роли детектива, – усмехнулся Чет, забираясь на постель, коленями между растянутых ног, упираясь руками по бокам от груди. – Нет, тех девушек похищали черномордые. У них с бабами проблемы.

Он чувствительно прикусил сосок, и Тайни всосала воздух сквозь зубы, чтобы не вскрикнуть от боли.

– О! Живая, – обрадовался подонок. – А где ты так драться научилась? – он зализал сосок, потерся своей эрекцией между ног Роул и потянулся к ее губам.

– Я – перевозчик-одиночка. Должна уметь за себя постоять, – ответила Роул отворачиваясь.

– Опять врешь. У тебя приличный опыт реальных драк, а не тренировочных спаррингов, – сёрфер выпрямился, стоя на коленях, и стянул штаны. – Ну как, нравится?

– Чет, ты красивый, прекрасно сложен, и ниже пояса природа тебя не обделила. Зачем тебе вот это? – Тайни показала взглядом на свои, привязанные к прутьям кровати, руки.

– Скучно, – ответил он, наваливаясь сверху и дергая ногами, чтобы избавиться от штанов окончательно. – Мне скучно с этими похотливыми сучками. Ты другая. Ты вкусная. Тебя будет вкусно ломать, – он зафиксировал ладонью лицо Роул и впился в ее губы. – Это офигенно! Меня давно так не вставляло! Подожди. Я забыл.

Он слез с кровати, поднял с пола штаны и вытащил из кармана крохотный пакетик с белым порошком.

– Это нирвана. Слышала о такой?

Будь Роул в другом месте, в другой ситуации, она бы закатила глаза. Нирвана. Она чуть было не заплатила жизнью брата за то, чтобы этого порошка не существовало. И какая насмешка судьбы.

– Видишь? – он показал влево, под потолок. – Там камера. И там – показал себе за спину, – камера. Потом мы будем это смотреть. Я уверен, это будет круто!

Глаза Чета возбужденно блестели. То ли он принял наркотик раньше, то ли сам по себе был с приветом. Он поднес к лицу Тайни наркотик. Она сжала рот.

– Не упрямься. Будь хорошей девочкой, – с угрозой в голосе, произнес псих.

Тайни помотала головой.

– Не, ну так будет даже прикольней, – хмыкнул Чет, высыпая порошок себе в рот и одновременно зажимая Роул нос.

Через минуту он с силой надавил на подбородок, открывая рот и впихивая с языком и слюной сладковатое месиво. Наркотики и насилие – это лучше, чем смерть. Алекс ее спасет. Обязательно спасет. И придушит этого подонка. Всунув порошок ей в рот, Вальтер открыл китиарке нос и зажал челюсть. Через пару минут в попытке не проглотить, Роул почувствовала, как границы реальности поплыли. Видимо, нирвана всасывалась прямо во рту. Тайни пыталась выдернуть себя из состояния небытия, куда ее утягивало. Чета похоже тоже зацепило, потому что он активизировался в освоении ее тела. Но Тай это уже не волновало. Ее целовал Алекс. Страстно, жестко, словно дорвался до воды после трехдневной жажды. Его руки сжимали тело, но почему-то Тай не могла ответить ему тем же. Руки были словно залиты свинцом. Роул застонала от наслаждения, когда Алекс вошел в нее. Резко, жестко, но она заслужила. Зачем она его так мучила? Разве он заслужил? Удовольствие накатывало волнами, и каждая клеточка была так наполненная счастьем, что хотелось кричать.

– А-алекс! – простонала она.

От мощного удара по лицу реальность треснула и разлетелась на осколки. Затуманенный мозг пытался включиться. Сквозь пелену фантазии проступило обозленное лицо Чета.

– Такой приход сорвала, сучка! – выплюнул он.

Над ней нависал потолок номера. Она была привязана к кровати. Тело ныло от жесткого секса. И ее снова затянуло в круговорот галлюцинаций.

Она вновь пришла в себя от болезненного чувства распирающего мочевого пузыря.

– Чет, – негромко позвала она.

– О, ты уже пришла в себя? – послышался его удивленный голос, и он появился в поле зрения.

Он был одет, как девяносто процентов туристов: цветастые шорты, такая же рубашка, солнцезащитные очки. Подонок радостно улыбался.

– Быстро ты. Должна была еще часов пять в отключке быть. И у черномордых ты тоже пришла в себя быстрее, чем должна была, – он присел на кровать. – Ну, рассказывай свои тайны, Хэлли. Или ты не Хэлли? – он довольно скалился. – О, я понял! Ты ищешь бледную дылду, за которой бегал этот китиарец. У тебя явно есть боевой опыт. Ты перерабатываешь наркотики, как искусственная почка. Ты – его соотечественница. Китиарка?

Роул молчала, взвешивая, что в этой ситуации, признаться или нет.

– Да можешь не отвечать. – Вальтер хмыкнул. – Ну, бля, – он мотнул головой, – всегда мечтал засадить китиарке. Мечты сбываются! – он вновь ощерился. – Но ты же понимаешь, что это значит для тебя, да? – он сочувственно похлопал Роул по бедру. – В общем, нужно было меньше ломаться. И живой бы осталась. Но ничего! Зато твои последние дни будут полны секса. И я даже дам тебе возможность сопротивляться, когда буду убивать, – пообещал он. – Так будет интересней. Кстати, кто такой «Алекс»?

– Мне нужно в туалет, – сообщила Роул.

– Кто такой «Алекс»? – повторил Вальтер жестче.

– Мой любовник. Мне нужно в туалет.

– Хочешь, чтобы я тебя развязал?

– Хочу.

– Будешь вести себя хорошо?

Роул кивнула. Можно подумать, она могла ответить как-то по-другому.

– Конечно, будешь, – радостно ощерился ублюдок. – У тебя сейчас ни одна конечность нормально не работает.

Это была правда. Насколько руки и ноги затекли, Роул поняла только после того, как Чет ее отвязал. Острые иголочки возвращающейся чувствительности пронзали ватные ноги и руки. Инструктор легко поднял ее на руки, отнес в санблок и посадил под душ. Сам же и помыл, забираясь своими погаными лапищами, куда его не приглашали. К сожалению, водные процедуры закончились раньше, чем чувствительность вернулась полностью. Вальтер обтер ее полотенцем и отнес обратно. Ремни он сменил на наручники и ножные кандалы, которые протянул между прутьями кровати. То, что руки соприкасались друг с другом, было несомненным плюсом. Но, как вскоре выяснилось, бесполезным.

– Здесь хорошая звукоизоляция, – сообщил он перед уходом, вынимая из поясной сумочки упаковку со шприцами-ампулами. – Но ты же понимаешь, что я не могу тебя оставить просто так.

Игла вошла в плечо почти безболезненно. И уже через пару минут Тайни поглотил сон без сновидений.