19

Теоман

Я не стесняясь рассматривал Вирсавию. Она очень красивая девушка, но красивых много. Она такая честная и открытая в своих эмоциях, все на лице написаны. Они вкусные. Хочется их жрать. Ее неискушенность и невинность цепляют очень сильно. Я уже давно таких не встречал. Ее хочется защитить и радовать. Странные и забытые давно желания.

Сидит, смущается, краснеет. Маленькая она еще. Ей бы в куклы еще дома играть, а она уже жена. Моя жена. Был бы я не таким ублюдком, не тронул бы ее. Но то, что я хочу с ней делать, заставляет кровь кипеть. Хочу ее неистово. Люто. Словно женщин никогда не знал. Если бы она только знала, как меня заводит. Испугалась бы. С ней нежно надо. Осторожно, чтобы не испугалась. Она зайка.

Удивительно, что у такого ублюдка-отца такая дочка. Я когда ее впервые увидел, то меня словно кипятком ошпарило. Залип на нее. А это опасно. Любые чувства в моем мире опасны. Я уже проходил это с Сарой. Поэтому и выбрал старшую из сестер. А когда та сбежала, то я был глубоко оскорблен, как мужчина. Думал, что Вирсавия была в курсе, намеренно груб с ней был. А она даже врать не умеет. Я, конечно, охренел, что она девственница. Нет, я понимал, что опыта там немного. А оказалось, что его вообще нет. Все мое естество начало ликовать. Первым буду. Во всем. Поэтому и не хочу спешить, пусть привыкает.

Нам принесли еду, и глаза супруги загорелись, когда она рассматривала тарелки. Официант быстро и профессионально все расставил, я жестом показал, что вино разолью сам. На этот раз белое.

— Как все аппетитно выглядит, — сказала девушка, едва не потирая руки.

— Очень, — говорю, глядя на нее. Вирсавия замечает мой взгляд и краснеет. Очаровательна.

Я разлил вино по бокалам и взял в руки.

— За нас, — сказал и легонько ударил своим бокалом о бокал девушки.

— Вкусное вино и тост отличный, — улыбнулась она.

А меня словно в солнечное сплетение ударили. Нравится ее улыбка.

Мы начали ужин. Видно было, что супруга немного переживает. Она постоянно на меня поглядывала, на то, какой я вилкой ем, пользуюсь ли ножом.

— Расслабься, — сказал ей. — Если тебе удобно, то можешь есть руками, никто ничего не скажет.

— Ты что, — смотрит шокированно, а потом прищуривается. — Шутишь, да?

— Чтобы ты расслабилась, — подмигнул. — Но я серьезно. Забей и наслаждайся вечером.

— Я и правда наслаждаюсь. Ведь главное компания, — говорит искренне.

Блть, ее непосредственность меня добьет.

— Компания идеальная, — соглашаюсь.

Вирсавия улыбается и быстро утыкается взглядом в тарелку. Ее ублюдочный папаша, конечно, сломал в ней всю уверенность в себе. Но ничего, скоро она сможет смотреть мне в глаза дольше, чем пару секунд.

Мы пьем вино и едим вкусную пищу, но я вижу, как взгляд жены все время возвращается к Сергею Ивановичу с его очередной шкурой. Я кожей прямо ощущаю все невысказанные слова девушки.

— Говори, — вскидывает на меня глаза.

— Что?

— Говори о том, о чем так громко думаешь, — Вирсавия кусает нижнюю губу, а я сам нестерпимо хочу впиться в нее зубами. Желание столь сильное и яркое, что приходится сжать ладони в кулаки.

Девушка допивает вино и решается высказаться.

— Я просто хочу понять… Неужели у тебя не было женщины, с которой ты… — она не договаривает, но я с удовольствием наблюдаю, как она краснеет.

— С которой я трахался? — подсказываю намеренно грубо. Супруга морщит носик и кивает. — Конечно же, у меня была такая женщина. И да, я тоже водил ее по ресторанам.

— И почему ты не с ней? Ты сказал, что у тебя сейчас нет любовницы.

— Как я уже и сказал: любовницы нет, — это правда, я расстался с Региной несколько недель назад. Без скандалов и слез, мы оба получили что хотели. Я — секс, а она — квартиру в центре.

— Я просто хочу понять…

— Сейчас у меня есть жена, из которой я сделаю самую ох*енную любовницу.

— Но не делаешь, — сказала девушка и в ужасе закрыла рот ладонью.

Вино, точно ее напиток раскрепощает.

Я накрываю ее ладонь своей.

— Я хочу, чтобы ты получала удовольствие, а не тряслась от страха, зайка, — чувствую, как она напрягается.

В ее жизни был уебищный папаша, который запугал. А я хочу показать ей, что все может быть по-другому. Я никогда физически не обижу ее. Хочу, чтобы она перестала трястись и бояться. Хочу, чтобы она стала Имановой.

— Мне бы тоже этого хотелось, — говорит она тихо.

После ужина спускаемся вниз, водитель уже ждет. Помогаю супруге сесть в машину и сам сажусь рядом. Я снимаю пальто, девушка следует моему примеру. Смотрит в окно, а я на нее.

— Повернись ко мне, — командую я, Вирсавия подчиняется. — Поцелуй меня.

Глаза девушки расширились, и она бросает взгляд на водителя. Стесняется.

— Олег, покатай по городу, пока не скажу ехать домой, — водитель кивает, а я поднимаю перегородку, отделяющую нас от водителя. — Я жду.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Вирсавия придвигается ко мне на сиденье и смотрит, ждет дальнейших указаний.

Я хочу, чтобы сама решилась.

Она кусает губы и кладет ладони мне на лицо, чувствую, как подрагивают ее пальчики. Она аккуратно очерчивает черты лица. Ведет по бровям, скулам, губам. Ее прикосновения нереально заводят.

— Смелее, девочка, — подбадриваю ее.

Вирсавия замирает, словно что-то обдумывает, а потом удивляет меня. Он задирает платье и садится мне на колени. На ней чулки. Блть, мой член мгновенно реагирует на это зрелище. Хочу ее адово. Но заставляю себя не двигаться. Пусть сама. Это для нее.

Девушка наклоняется и целует меня. Аккуратно так. Я глаза не закрываю, наблюдаю за ней. Красивая, пздц. Проводит своим шелковым язычком по моим губам, а потом ныряет внутрь. Вкусная. Целует медленно, дразнит. Еще немного, и моей выдержке придет конец. Обнимает меня за плечи, чувствую, как ее пальчики перебирают волосы на моем затылке. Углубляет поцелуй. Он становится все откровенней и откровенней. Чувствую, как начинает ёрзать и тереться о мой стояк. Я не выдерживаю, стону. Вирсавия отрывается от моих губ и целует шею.

— Мне так хорошо… Так хорошо… С тобой, — шепчет срывающимся голосом, — а потом выдыхает в самое ухо: — Я хочу попробовать… То, что ты мне в номере предлагал.

Я беру ее за подбородок. Щеки раскраснелись, глаза горят, а губы опухли от поцелуев. Кто кого здесь соблазняет.

— Ты хочешь сделать мне минет?