Глава 4 Андрей

Чего же ты, девочка, добиваешься?

Провокации, сарказм — к чему все это?

Да, было чертовски хорошо. Нет, немного по-другому… Было так хорошо, что даже страшно. Я потерял контроль. А сейчас его надо было вернуть. Попытка разбилась о стену язвительности.

Где-то сломался механизм. Что-то дало сбой. И не думаю, что Фрейд, Юнг или Берн мне сейчас помогут. Дина была права: иногда все разбивается о прозу жизни. И когда это происходит, хочется отправить всех психологов с их принципами и теориями в известное место.

И сейчас я делал то, что было недопустимо: пытался сбежать. Фигурально, конечно. За словами, за всеми как будто вырванными из учебника фразами я пытался спрятаться. Игнорирование было не самым лучшим моим решением. Всего-то надо было вспомнить Шейнова и психологию влияния — игнорирование бьет по самооценке, а самооценку этой девочки трогать не стоило.

Я старался быть спокойным, реагировать адекватно, но ее вопрос про виагру и секс по расписанию… А еще вкупе с хитрым взглядом…

И я, как последний дурак, повелся на эту провокацию — захотел забросить эту чертовку на плечо и показать, что после сорока жизнь тоже есть. Причем, на самом-то деле, не сильно и стариковская.

— Карина, ты перегибаешь, — я уже цедил слова сквозь зубы. — Сейчас вот в этом же полотенце ты вылетишь из квартиры, а твой рюкзак — через окно.

— Ты слишком благородный, чтобы так поступить.

— Может, ты плохо меня знаешь?

Я поднялся с кресла и подошел к Карине. Она даже не пошевелилась — только наблюдала за моим приближением.

— И что же вы, Андрей Григорьевич, сделаете?

Что я сделаю? Черт возьми, хороший вопрос.

Я просто схватил ее за лодыжку и потянул на себя. В итоге удивляться пришлось Карине. Она, не ожидая подобного, попыталась удержаться за спинку дивана, но все равно оказалась на лопатках. А чертово полотенце задралось так высоко, что больше открывало, чем скрывало.

Не знаю, кто из нас сейчас лидировал в этой схватке, но Карина быстро пришла в себя. Она так и продолжала лежать, не стесняясь ни своей наготы, ни моего, как мне казалось, давления сверху.

Нет же, эта несносная девчонка большим пальцем ноги подцепила резинку моих штанов и спросила:

— Продолжим?

Я не понимал ее, не понимал себя. Как разгадать эту блондинистую загадку? А надо ли?.. Или просто отдаться инстинктам?

Нога Карины провела дорожку от моего бока до пупка, а потом опустилась ниже. Да черт же возьми! Решила действительно проверить, не пользуюсь ли я виагрой?

Не пользуюсь, девочка, совсем не пользуюсь.

Она своей ступней уже уперлась в мой член, а я снова перехватил ее лодыжку и сказал:

— Не стоит. Я не понял, чего ты добиваешься, но все-таки не стоит.

— А если я просто добиваюсь внимания и хочу получить удовольствие?

— Тогда иди в аптеку за виагрой, — усмехнулся я.

— Если в мою ногу сейчас упирается не домкрат, спрятанный у тебя в штанах, то она тебе не понадобится.

Ну и стервочка… Я даже не знаю, восхищаться ею или послать к черту. Пожалуй, до утра сгодится первый вариант.

Только пока я снова решал уравнение — вообще-то, не самая сильная моя сторона — Карина приняла решение за нас обоих. Ловко поднявшись с дивана, она, воспользовавшись моим замешательством, толкнула меня на диван и тут же устроилась сверху. Я даже сообразить не успел, что произошло. И вот Карина уже сидит на мне, а ее хитрый взгляд намекает на продолжение банкета.

— Ты что делаешь? — спросил я, попытавшись подняться, но тут же, казалось бы, такие хрупкие ладони уперлись мне в плечи и с силой пригвоздили к дивану, а коленями она сильнее сжала мои ноги.

— Не нравится, когда женщина сверху, Андрей Григорьевич? Любите всегда держать ситуацию под контролем? — невинно поинтересовалась Карина, но нотки сарказма от моего уха не ускользнули.

— Слезь с меня.

— Боже, — закатила она глаза, — у меня такое впечатление, что в твоей голове тараканов больше, чем в моей. Может, не будем терять время, потому что ты через полчаса захочешь вернуться к этому же. Уже проходили.

Если бы ты, девочка, только знала, сколько раз за сегодняшний день мне хотелось придушить тебя. Так и быть, посмотрим, что ты сейчас покажешь.

— Ладно, — согласно кивнул я, расслабившись. — Действуй.

На секунду в глазах Карины промелькнуло недоверие, Но она все-таки потянулась ко мне. Ждет подвоха. Разочарую — его не будет.

Поцеловала не так уверенно, как раньше. А то! Говорить легко, а вот действовать… Карина шумно выдохнула, но не сдалась. Упорная. Но былого рвения поубавилось.

— Черт! — наконец-то сказала она, когда уже оставила меня без одежды. — У меня такое впечатление, что я собираюсь тебя изнасиловать.

Все равно она молодец, держалась до последнего.

— Дело не в этом, — покачал я головой.

— А в чем?

— В том, что всегда должна быть отдача. Вот ты отдачу хорошую на кухне дала.

— Я уже говорила, что ты невыносим? — повысила Карина голос, даже покраснев. Но вряд ли от смущения, скорее от злости.

— Кажется, даже несколько раз.

— Браво, Андрей Григорьевич, хоть и блефуя, но ты меня переиграл.

Теперь она попыталась подняться, но я удержал, притянув ее за талию, а второй рукой выкрутил сосок. Карина ойкнула и вцепилась ногтями в мои плечи.

— Не ожидала?

— Ты умеешь удивить.

— А кажется, еще недавно я был старым занудой.

Ответить она не успела. Я потянул ее на себя, нажав на поясницу, и Карина оказалась на мне как раз так, как и хотела. А я оказался в ней.

Черт, уложить бы ее на лопатки сейчас и трахать так, чтобы после этого она о сексе ни с кем больше думать даже не могла. Но не стоит быть эгоистом с собственническими замашками. Да и вдруг девочка еще влюбится, а ни ей, ни мне это не надо.

Ну ты, Андрей, и идиот, определился бы уже, а то желания идут вразрез со здравым смыслом.

Карина двигалась на мне. Сразу снова неуверенно, но когда я прекратил решать дерьмо, которое называется дилеммой, и подключился к процессу, началось то же безумие, что и на кухне.

Да я бы, наверное, с ней каждую деталь моего интерьера проверил на прочность!

Точно старый дурак.

Не хватало, чтобы мне еще вскружила голову какая-то девчонка…

Работы студентов я все-таки проверить успел. Карина сидела по-турецки перед телевизором спиной ко мне и молчала. Наверное, мое небольшое представление отбило у нее охоту к провокациям. Я опять поступил, скажем так, некрасиво. И придется поступить еще раз, чтобы наверняка сжечь все мосты, пока все не зашло слишком далеко.

Сложив доклады, я сказал Карине:

— Иди спать.

Она обернулась и посмотрела на меня снизу вверх, улыбнувшись одним уголком губ.

— Снова отправишь меня на диван?

— Нет, сам здесь останусь.

— Ты серьезно?

— Абсолютно, — подтвердил я.

— Ты трахался со мной!

Да, я полностью понимал ее удивление.

— Трахаться с женщиной и спать вместе — совершенно разные вещи.