Эпилог

Марат

Пять минут назад Ксения Казанцева официально стала Ксенией Завьяловой.

Новоиспеченный муж с восторгом смотрит на свою жену.

Бьюсь об заклад, что в этот миг они оба искренне думают, что их жизни обнулились, и все начинается с чистого листа.

Нет.

Им только кажется.

Потому что в моих руках папка с брачным договором, в котором прописаны все нюансы их будущей совместной жизни, и я с абсолютной уверенностью могу сказать, что и муж, и жена в этой паре в ближайшие пару лет нарушат пункты, которые сами же внесли в договор.

Но кадр красивый: две подписи, влюбленные взгляды, нежные поцелуи.

Я от души желаю им продержаться в этой фазе подольше, но задерживаться здесь я больше не хочу.

Потому что меня ждет моя жизнь. Которую я не хочу обнулять, я хочу ее продолжить!

С того самого момента, на котором она прервалась.

Вежливо киваю знакомым в толпе гостей, аккуратно пробираясь к арке, служащей выходом. Ещё раз окидываю взглядом цветочные гирлянды и воздушные композиции, которыми украшено место брачной церемонии.

В груди приятно теплеет от осознания того, что я знаю, кто приложил руки к этой нереальной красоте.

И единственное, что я хочу сделать прямо сейчас - это прижаться к ним своими губами.

Поэтому на аллею, обрамленную высокими раскидистыми вязами, я уже не выхожу, а выбегаю, а когда вдалеке вижу две женских фигуры, ускоряюсь до максимума.

- Ты не опоздал на церемонию? - с улыбкой встречает меня Инна, но ее глаза по-прежнему полны тревоги. Так же, как и утром, когда я уезжал в полицейское отделение, и она специально проснулась, чтобы меня проводить, хотя очень беспокойно спала ночью, несмотря на помощь мамы с детьми.

- Нет, не опоздал. Я всё успел, - широко улыбаюсь ей в ответ, подхожу вплотную, не раздумывая, обнимаю и прижимаю к себе, зарываясь носом в мягкие распущенные волосы.

Вот так.

Правильно.

Дальше только вместе.

И по тому, как поспешно губы Инны касаются моей шеи поцелуем, я понимаю, что она полностью разделяет мое желание.

Всё моё тело заливает безумным потоком счастья, и мы на несколько мгновений зависаем в каком-то межвременном пространстве, словно давая возможность реальности подогнать всё вокруг только под нас.

И кажется… Она это делает!

Потому что первое, что я вижу с неохотой оторвавшись от Инки - это абсолютно довольную маму, с совершенно не свойственным ей умилением, разглядывающую детей в новой двухместной коляске.

- Капризничали ночью, зато сейчас на улице спят, как ангелочки, - счастливо делится она впечатлениями.

- Все в меня, - ухмыляюсь я, не выпуская Инну из объятий. - Предпочитают ночной образ жизни.

- Ну, положим, у тебя он вынужденный. Так что будешь налаживать режим вместе с детьми, - не упускает возможности наставить меня мама.

- Я не против. Поможешь мне с режимом? - перевожу взгляд на Инну и тону в её глазах, с доверием и надеждой смотрящих мне прямо в душу. Склоняюсь к ней за поцелуем, но она внезапно поднимает руку и останавливает, упирая ладонь мне в грудь.

- Помогу, - быстро соглашается и сразу же смущённо добавляет: - Марат… А ты уже был в лаборатории?

- Угу, - преодолевая её сопротивление, выдыхаю в её губы я.

- И что? - едва слышно спрашивает она, плотно сжимает губы, превращая их в тонкую полосу, чтобы не отвлекать моё внимание.

И только тут до меня доходит, какой я эгоистичный идиот! Она же ждёт подтверждения или опровержения по сыну…

- Всё правда. Он наш.

Инна шумно выдыхает, ошарашенно смотрит на меня, будто бы даже не надеялась на это, а следом со всхлипом утыкается мне в грудь и переходит на надрывный плач.

Инстинктивно стискиваю её сильнее.

- Инн, все хорошо, родная. Не плачь, - раскрываю ладонь и плавно провожу ей по вздрагивающей от конвульсий спине. - Теперь мы все вместе, милая. Обещаю, что верну тебе и детям все мгновения, когда меня не было рядом с вами.

Плач Инны не стихает, и я в бессилии бросаю взгляд на маму.

Её уверенный жест рукой предлагает мне заткнуться, потерпеть и дать Инне выплакаться.

Коротко киваю, что понял и крепко держу в объятиях мою любимую женщину и мать моих детей, позволяя выпустить со слезами всю её чертову боль.

Мне нужна эта пустота в душе Инны, чтобы заполнить ее любовью и счастьем.

Чтобы через край и с избытком.

У меня хватит.

Потому что я копил эти чувства с того момента, как впервые ее увидел. И если в нашей с ней сделке с разводом, я цедил их с опаской, то сейчас пришло время показать ей их всё.

Инна постепенно успокаивается.

- Поехали домой? - шепчу я, склоняясь к ее уху.

Шмыгает носом, поднимает на меня красные, заплаканные, но все такие же прекрасные глаза.

- А тебе можно?

- Да.

- А что с… - Инна запинается, но, собравшись, заканчивает вопрос, - с Ярцевой?

- Предъявлены обвинения. Делу дан ход. Она не отвертится.

- Спасибо, Марат! - слезы вновь срываются с ее ресниц.

- Тебе спасибо, Инн.

- За что? - непонимающе уточняет она.

- За детей. За это, - целую её в губы, и ментально кончаю, когда она расслабляется и отвечает на поцелуй. - Инка моя… - с хрипом выдыхаю ее имя, одновременно съезжая руками на ее ягодицы.

- Марат, ну ты что! - возмущённым шепотом одергивает она меня. - Тут же мама! Дети!

- Угу. И ты. Моя.

- Я. Твоя, - подтверждает она с таким же расфокусированным взглядом, как у меня. - Но потерпи, пожалуйста, до дома, хорошо? - судорожно вздыхает, пытаясь успокоить дыхание.

- Хорошо. Тем более что я все ещё жду оплаты за твой развод.

- Что?.. - ошарашенно смотрит она на меня. - Ты о деньгах?..

- Нет. Я о первой части нашего договора.

Щеки Инки мгновенно краснеют от смущения и возмущения.

- Бойцов, я уже сделала это для тебя миллион раз!

- Да, но как Смирнова, - касаюсь губами мочки ее уха, намеренно игнорируя фамилию ее бывшего мужа. - Но теперь я хочу, чтобы ты сделала это для меня, как… Бойцова.

Инна непростительно долго держит паузу. Да так, что я реально начинаю нервничать.

- И мы будем квиты? - наконец-то уточняет она, а меня ведёт от возбуждения из-за появившихся в ее глазах хитринках.

- За развод? Да.

- А за что нет? - она правильно улавливает недоговоренность в моих словах.

- За всю нашу жизнь вместе, Инн. Прости, но тебе придется кончать для меня каждый раз. Согласна?

- Бойцов, ты же понимаешь, что о таком неприличном предложении руки и сердца, я даже детям не смогу рассказать! - нервно фыркает Инна.

- И не надо. Я расскажу им сам.

- Марат!

- Я передам общий смысл. Ты же знаешь, я умею работать со словом, - расплываюсь в улыбке я. - Да? - повторяю вопрос и слышу в висках гулкие удары своего сердца.

- Да, - говорит мне теперь уже точно моя Инка.

Этим же вечером

Инна

Наблюдаю за тем, как зевают мои сытые, довольные детки, и не могу поверить, что два дня назад было не так.

Ручка Сонечки касается пальчиков Вити, и сестричка с братиком с любопытством смотрят друг на друга.

А я чувствую себя в облаке сладкой, розовой ваты. Мягкой, пушистой и окружающей со всех сторон меня и моих малышей.

Мы дома.

С умилением смотрю на две уже полностью собранные кроватки. Марат, оказывается, озадачился этим ещё вчера и на свой страх и риск, как он сам и сказал, выбрал их и заказал, не посоветовавшись со мной.

В носу щиплет от подступающих слез. Он хотел привезти нас уже в наш с детьми дом.

Оглядываюсь, пробегая взглядом по детской. Всего поровну и для девочки, и для мальчика.

- Нам здесь будет очень-очень хорошо, - я опять возвращаюсь к деткам и склонившись над ними и по очереди целую их ножки.

- Инна, можно? - приоткрыв дверь, шепотом интересуется Анна Петровна.

- Да, ещё пока не уснули.

Она подходит поближе и с улыбкой смотрит на малышей.

- Что, малышата, глазки уже слипаются? А какие довольные! Потому что дома и с мамой, да? - аккуратно поглаживает она их по животикам. - Инн, и тебе тоже нужно обязательно отдохнуть! Я уже предупредила Марата, чтобы дал тебе поспать. А то ж глаза горят, как у оборотня какого-то.

- Анна Петровна, - смущаюсь я, пытаясь не заострять внимание на ее комментарии, - со мной все в порядке. Я со всем справлюсь. У меня сейчас такой подъём, что горы свернуть могу.

- Горы не надо, Инна. Тут помощников будет достаточно. Я вот и деда своего сейчас обрадую, - говорит она об отце Марата, с которым я виделась два раза до того, как ушла. И который очень по-доброму ко мне отнесся. - Владимир все переживал, что Марат холоден к сыну. Мы серьезно рассматривали вариант, забрать пока Витю к себе. Но сейчас… - она на секунду замолкает. - Я вижу, что значит ребенок от любимой женщины… Знаешь, я чуть не расплакалась, когда увидела, как он давал распоряжения по переделке детской. Вот, как раз и успокою Вову, что наш сын не сухарь.

- Анна Петровна, Марат точно не сухарь , - со слезами на глазах смеюсь я.

- Инночка, и у меня ещё вопрос. Если не хочешь можешь не отвечать, но я хочу узнать твоё мнение.

- Да? - немного напрягаюсь я.

- Имя. Сына. Ты хочешь его поменять? У тебя же скорее всего было своё?

Душа моментально сжимается. Да, было…

- Видишь ли, Инн. Нина выбрала его не просто так. Мы же были с ней достаточно близки, и я делилась нашей семейной историей, что Марат мог быть Виктором, если бы я не уступила мужу. Она выбрала его, заранее рассчитывая на мою поддержку.

- Виктор Владимирович звучало бы хорошо, - грустно улыбаюсь я. - Но Марат Владимирович лучше. Думаю, Виктор Маратович с этим согласится, да? - переводу я взгляд на Витюшу и понимаю, что никакое это не чужое имя. Это имя моего малыша.

- Спасибо, - Анна Петровна приобнимает меня, поглаживая по плечу. - Ну и обязательно загляни в беседку в саду. Там есть то, что тебя точно порадует, - хитро подмигивает она мне и уже на выходе из детской сталкивается с Маратом.

- Ещё не уснули! Не торопись!

- Мам, ну ещё бы они уснули, если вы стоите и болтаете.

- Не болтаем, а общаемся на важные темы.

- Я слышал, - Марат показывает ей видеоняню, которая, похоже, на ближайшее время будет его постоянным девайсом наравне с телефоном. - И я тоже хочу участвовать!

- Ясно, в следующий раз мы тебя пригласим.

- Нет, мам, это мы тебя пригласим. Договорились? - Марат складывает руки на груди и отступает в сторону освобождая ей выход.

- Договорились, но если вы долго не будете меня приглашать, я оставляю за собой право приходить без приглашения к моим внукам. И, бога ради, дай Инне сначала прийти в себя! - фыркает она. - Он слышит слово нет, Инна. Не распускай его! - Анна Петровна даёт мне прощальное наставление и выходит из детской.

- Не слушай её. - Через мгновение я уже оказываюсь в объятиях Марата.

- Относительно чего? - уточняю я.

- Всего. Делай собственные выводы.

- Я уже.

- Да?

- Какие?

- Люблю тебя.

- И-и-инка…

- Но детей нужно уложить, - извиняюсь и выскальзываю из его рук.

Ни капли недовольства, наоборот, Марат реально мне помогает. Он именно такой отец, каким я его себе и представляла. И пусть пока только один день, но я верю… Нет, знаю! Он самый-самый лучший!

Детки наконец засыпают, и мы тихонько выходим из комнаты.

- Всё, теперь ты моя! - Марат в который раз повторяет фразу, от которой все плавится у меня внутри.

Он поднимает меня на руки, целует, разворачивается к спальне, но я решаюсь ещё раз нарушить его планы.

- А можно мне сначала посмотреть, что там такое в беседке?

- Женщины! Мама уже проболталась? - возмущается Марат, притворно хмуря брови.

- Ну она всего лишь сказала, что там что-то очень приятное, что мне понравится, - пытаюсь я выгородить Анну Петровну я.

- Хочешь всё и сразу? - Марат снижает голос, а на его губах появляется улыбка соблазнителя.

- Угу, - подтверждаю я. - Но тебя… больше всего!

- Мне нравится, как ты расставила приоритеты, - смеётся он, быстро целует он меня в нос, спускает с рук, подхватывает мою ладонь и тянет за собой, ни на секунду не позволяя остановиться. А когда мы выбегаем в сад, я теряю дар речи.

Здесь сохранилось всё, что я сделала год назад. Только теперь растения вошли в силу, обжились на новом месте, стали больше, ярче, сочнее!

- Красиво, - шепчу я, а голос дрожит от переполняющих эмоций.

- Подожди, Инн, это не всё, - Марат мягко подталкивает меня в дальнюю часть сада, где расположен пруд и беседка. Иду, но всё так же верчу головой по сторонам и мне все больше и больше хочется плакать от счастья.

- Марат, ты обо всем позаботился, - с запредельной благодарностью в голосе шепчу я.

На миг его взгляд мрачнеет.

- Всего лишь распорядился, чтобы садовник за всем присматривал, - нейтрально сообщает он, но я понимаю, что это не "всего лишь". И позже обязательно попрошу его все мне рассказать. Не хочу, чтобы между нами оставалась недосказанность. - А вот об этих задохликах я позаботился сам, - уже совсем другим тоном говорит Марат, а я так и останавливаюсь у входа в беседку.

Это те две моих растюшки, которые я притащила с собой из моей каморки. Все время, что я жила у Марата, я пыталась их реанимировать, получалось с переменным успехом… А сейчас это два здоровых роскошных растения! Да это они! В тех же горшках, в которые я их пересадила, и они реально шикарны!

Марат обнимает меня со спины.

- Мне стыдно признаться, но я хотел тебя ими шантажировать.

- Ч - что?.. - закашливаюсь от его неожиданного признания.

- Угу, представлял, как ты наконец-то возвращаешься, чтобы забрать документы, и тебя здесь больше ничего не держит. Они, - указывает он рукой на двух красавчиков, - были бы аргументом. Ты так самозабвенно за ними ухаживала. А я показал бы тебе, что тоже могу. Ещё лучше. И если хочешь, чтобы с ними и дальше было все хорошо, то…

Я резко поворачиваюсь к нему лицом и не знаю то ли плакать, то ли смеяться.

- Милый, ты выполнил всё, что мне обещал, - обнимаю я его и мысленно благодарю судьбу, что вернула мне того, кого я так глупо упустила в первый раз. - Теперь ты, Марат, мой навсегда!

Конец