ГЛАВА 16

Аля

– Пойдем, – Демьян пропускает меня вперед, указывая на выход.

Я покорно плетусь, куда сказали. Выпендриваться или каким-то другим образом нарываться на своего похитителя пока желания нет.

Распахиваю дверь в комнату подруги.

Глаза опускаю. Мне от стыда сгореть хочется. Не могу смотреть на этих людей, что, по моему мнению, стали свидетелями моего падения. Греховного и низкого.

Здесь, в коридоре, стоят двое мужчин и Ксюша. Предательница. Даже взглядом ее не удостаиваю. Не заслуживает. Сдала меня. Но как? Откуда знала его номер? Почему решила растоптать нашу дружбу? Есть ли хоть что-нибудь в этом мире, за что можно пожертвовать близким человеком.

– Прости… – еле слышно пищит она, когда мы проходим мимо, но я не считаю нужным хоть что-то отвечать. Хочу быстрее избавиться от омерзения, которое вызвал во мне поступок Ксю. Сейчас злюсь на нее даже больше, чем на Демьяна. От него-то я и не ждала ничего хорошего, так что все идет своим чередом, если так можно выразиться.

В холле сидят еще пара мужчин. Один стоит на входе. Полигон настоящий, а не общага для бедных студентов.

Если Демьян не ходит без охраны, то как ему удалось обдурить меня? Я ни разу не замечала за нами хвост. Да и в чужом доме мы были одни. Это точно. Я бы обратила внимание.

Мы подходим к большому внедорожнику. Демьян говорит мне садиться на пассажирское сидение, сам идет к водительскому месту.

Остальные мужчины набиваются в другую машину и стартуют даже раньше нас.

Я с облегчением выдыхаю. По крайней мере, теперь этот мужлан не будет иметь возможности передумать, и отдать меня своим верзилам.

Морды у них, конечно! Жуть! Где только Демьян подобрал таких?

Как представлю, что охранники касаются меня, так передергивает всю. Шея потеет от напряжения.

Другое дело их хозяин… Украдкой бросаю взгляд на своего идеально сложенного мужа. Каждое его движение кричит о силе, даже когда он просто управляет автомобилем.

Красивый… Этого у ублюдка не отобрать. Большие глаза, четко очерченные чувственные губы.

Я, к большому сожалению, помню, как они касались меня, были мягкими и горячими, когда Демьян целовал ими мои на ринге под рев трибун.

Несмотря на все, что случилось, этот поцелуй вызывает лишь приятные воспоминания, широкий спектр чувств, который совсем не вяжется с нашей реальностью.

В этом мужчине нет почти ничего общего с Максимом. Он суров. Брови будто стянуты на переносице от напряжения.

Нет ослепительной улыбки, что поразила меня при первой встрече. Два разных мужчины, но оба имеют на меня слишком сильное влияние.

– Куда мы едем? – нарушаю тишину, когда наша машина съезжает с трассы.

– Тебе понравится, – лишь хмыкает водитель, полагая, что такой ответ меня полностью устроит.

Была уверена, что Демьян повезет меня к себе домой. Закроет в комнате (это в лучшем случае, если сдержит слово), запретит гулять. Может, даже охрану поставит. Но он, кажется, придумал что-то пострашнее.

В груди начинает неприятно клокотать, появляется нехорошее предчувствие. Снова разглядываю черты его лица, хочу понять заранее, что же он задумал.

– Дыру только не прожги, – в какой-то момент Демьян решает одернуть меня.

Я смущенно отворачиваюсь. Скорее всего, даже краснею, потому щеки в момент начинает жечь.

Лесной массив сгущается. Чем дальше от дороги мы оказываемся, тем плотнее и темнее он становится.

Если честно, сейчас мне кажется, что я рискую выплюнуть собственное сердце!

Мозг рисует столько ужасающих картинок! И каждая следующая заведомо страшнее предыдущей.

В голове откуда-то возникают заголовки из сводок криминальных новостей. Я их сроду не читала, но представляю всякие жуткие фотографии и картинки с места происшествия так отчетливо, точно всю жизнь только этим и занималась.

– Куда мы едем? – решаю снова спросить, отгоняя мрачные мысли.

Но вряд ли Демьян ответит правду, если решил убить меня. Бррр… снова передергивает.

– Ты всегда такая приставучая? Я думал, что ты умнее.

Интересно, если он убивать меня собрался, то почему один поехал? Неужели, будет сам всю грязную работу выполнять? У него приспешников выше крыши, точно бы взял кого-нибудь с собой.

Эти мысли хоть немного успокаивают. Я уже не трясусь так, как прежде, лишь немного опасаюсь.

По безлюдной дороге мы едем еще недолго, пока не останавливаемся у домика, который кажется мне очень знакомым.

– Нет! – вскрикиваю я, когда понимаю в чем дело.

– Так и знал, что ты будешь в восторге, – скалится Демьян.

Он привез меня в тот самый дом. Даже его Гелик кажется крупнее этой развалюхи.

В чем вообще смысл? Я ничего не понимаю.

Выхожу из машины и стою, как вкопанная. Заходить туда мне совсем не хочется.

– Ты идешь? – недовольно поторапливает меня мужчина.

– Так это что, твой дом? – наконец, осеняет меня.

Демьян ничего не отвечает, просто идет дальше, открывает замок ключом. Мне казалось, что в прошлый раз он пользовался отмычкой… или я просто плохо соображала после поездки на байке?!

Мужчина скрывается в доме, оставляя меня на улице. Даже не боится, что сбегу. Думает, теперь буду его послушной комнатной собачкой.

Хотя, кого я обманываю?! В тонком платье я на полпути до трассы подохну от холода.

Да и лес так ужасает… Здесь же звери, наверное, есть. Дикие.

Новое открытие подстегивает меня быстрее последовать примеру Демьяна.

В доме почти так же холодно, как и на улице. Помню, Демьян просил затопить печь в прошлый раз, так что тепла тут, наверное, не дождаться.

Я крепко обнимаю себя за плечи, в попытках согреться.

Скорее всего, при других обстоятельствах, здесь было бы даже романтично.

Мне отчего-то представился маленький домик в горах, куда заходишь с заснеженной холодной улицы, а там тебя ждут теплые пледы, вечер у камина, глинтвейн в бокале на высокой ножке…

– На вот, накинь, – Демьян бросает в меня свою куртку, вырывая из приятных фантазий.

Я быстро кутаюсь. Она теплая. До сих пор сохраняет жар мужского тела. И она пахнет им. Особенно, если плотнее сомкнуть половинки горловины.

Я стараюсь быть незаметной. Забираюсь на диван в углу, и залезаю туда с ногами, сбросив туфли, и прячу ступни под куртку.

По-моему, обстановка в домике сменилась. Здесь стало чище. Определенно. Пол, кажется, помыли. На полках тоже не видно пыли. Точно, кто-то готовился к нашему приезду. Или, все-таки… Да нет! Демьян, при всем его богатстве и положении, не полез бы на чужую хату.

Хотя… в подпольных боях же участвует… Или это тоже сказка? Спектакль для меня?

Мужчина выходит на улицу, оставляя меня одну. Потом возвращается с охапкой дров, вызывая во мне удивление.

Я внимательно наблюдаю за всем, что он делает.

Демьян прижимает к себе поленья так, точно вовсе не боится испачкаться. Все это не вяжется в голове.

Он снимает худи прежде, чем присесть на корточки рядом с дверцей печи.

О, Господи!

Я сначала просто прячу взгляд. Не хочется озабоченно восхищаться человеком, который испортил мою жизнь. А его вид в этой белой, обтягивающей мускулы, футболке просто не даст мне шанса.

Закрываю глаза половинкой куртки. Но так становится только хуже. От этого запаха я сразу вспоминаю, как стояла перед НИМ на коленях и, с щенячьей преданностью, старалась его удовлетворить.

Ну, почему какая-то грязь вечно лезет в голову?

Я порядочная, принципиальная девушка! Я даже парню своему ни разу не позволила залезть к себе в трусики, а Демьяну, кажется, готова их в зубах принесли, если он попросит.

Это бред какой-то! Ну, не бывает так!

Меня обманули, похитили, предали, близкие не предпринимают ничего для моего спасения, а все, о чем я сейчас думаю – толстый член моего мерзавца мужа.

Я выбираюсь из своего укрытия как раз в тот момент, когда Демьян закладывает деревяшки в печь.

Плотные мышцы перекатываются под белой тканью. Даже на расстоянии можно увидеть, какие они твердые. Просто стальные.

В голове возникают приятные воспоминания о том, как этот мужчина проводил моей ладонью по своему бесподобному телу. Плотные горячие кубики пресса казались нереальными. Сама не знаю, когда потеряла рассудок – тогда, или все произошло раньше.

Когда Демьян заканчивает с печью, он выпрямляется во весь рост и поворачивается в мою сторону.

Я дергаюсь. Кажется, что меня застали за чем-то постыдным.

Мужчина кривится в усмешке. Ему нравится то, что я наблюдала за ним. Он точно чувствует в этом свою победу.

– Эти похабные туфли тебе совсем не идут, – вдруг произносит он, кивком указывая на подножие дивана.

– Это не мои, – бурчу я, будто он не в курсе.

– Знаю, – спокойно отвечает Демьян. – Когда все закончится, надо будет приодеть тебя.

– Что? – я чуть не роняю куртку со своих плечей. Он вообще меня отпускать не собирается?

– Подберем тебе одежду, когда вернемся, – поясняет он, хотя меня беспокоит вовсе не это.

– Наверное, ты плохо знаешь моего папу, – неужели, он реально думает, что я мой отец оставит все, как есть?!

– Ага, – лишь слышится от Демьяна, а потом он снова выходит на улицу.

Возвращается через пару минут с большой охапкой постельных принадлежностей. Тут подушки, одеяла, постельное белье и даже полотенца.

Их мужчина бросает на диван рядом со мной, постель несет на второй этаж.

Я только одного понять не могу, дом Демьяна – охраняемая крепость. Там безопасно, тепло, много места, вкусно кормят, а мы, зачем-то вернулись в эту халупу.

В чем его план?

Я сильнее кутаюсь в куртку. Вроде бы становится теплее, и не так колбасит от переживаний.

Максим, т.е. Демьян, пока ведет себя даже более или менее учтиво, а это дает надежду.

– На вот, – он протягивает мне темную мужскую футболку, когда спускается со второго этажа. – Душ там, – указывает на меленькую дверцу рядом со входом, хотя я и так прекрасно об этом помню. – Приведешь себя в порядок – займусь тобой, научу быть хорошей женой. И времени у нас на это предостаточно.