Глава 47

Гостиная встретила их мягким светом торшера и уютным полумраком. На низком столике уже красовалась открытая бутылка вина, два бокала и большой сет роллов, от которых тянуло свежестью и соевым соусом. Ария, устроившись напротив, поднесла бокал, глядя на Руслана с игривым, но в то же время тёплым прищуром.

— Ну что, доктор Орлов, — начала она, подняв бокал. — С Днём Рождения. Пусть у тебя будет всё, что ты хочешь… хотя кое-что у тебя уже есть, — она с улыбкой кивнула на себя.

Руслан хмыкнул, но взгляд его был не насмешливым, а очень мягким, почти светящимся.

— Главное, что ты рядом, — ответил он негромко, и Ария едва заметно смутилась, прикрывая это быстрым глотком вина.

Они выпили, рассмеялись, перекинулись парой колкостей, когда Ария с явным удовольствием стащила себе самый большой ролл с лососем, а потом, словно вспомнив что-то важное, потянулась к карману куртки, лежащей на диване.

— Я ведь тоже не с пустыми руками, — сказала она, и голос её стал чуть более серьёзным.

Она достала небольшой предмет и положила на ладонь. Старинные карманные часы на цепочке блеснули в мягком свете лампы.

Руслан сначала даже не сразу поверил глазам. Его лицо мгновенно изменилось — все тени привычного контроля и врачебной сосредоточенности спали, уступив место чему-то более глубокому. Он протянул руку, осторожно принял часы, словно боялся сломать или осквернить их простым прикосновением.

Кликнуло металлическое ушко, крышка открылась, и внутри серебряной крышки нацарапанные буквы ожили в отблесках света: «Amor vincit omnia» — «Любовь всё побеждает». В горле у него пересохло. Эти часы он видел в руках матери, когда был мальчишкой. Помнил, как отец протягивал их ей, как она смеялась, прижимая их к груди. А потом… они исчезли. После её смерти он искал их, надеялся найти, но всё было тщетно. И вот теперь они были здесь, в его руках.

— Ария… — его голос прозвучал хрипло, и он поднял на неё глаза. — Как тебе удалось?

Она замерла на мгновение, задумчиво отвела взгляд, словно решая, стоит ли раскрывать секрет до конца. В её глазах мелькнуло что-то уязвимое, а потом она чуть пожала плечами:

— Чистое везение, — тихо сказала она. — Я увидела их на барахолке. Сначала даже не поверила… но помнила фотографию, ту самую, что ты когда-то показывал. И… не могла пройти мимо.

Руслан долго смотрел на неё, пальцы сжимали часы, словно он держал во власти не металл, а самую память. В груди у него теснило, будто распирало что-то, чего он не мог выразить словами.

Он закрыл крышку, шумно выдохнул и протянул руку к Арии, сжал её пальцы.

— Ты даже не представляешь, что это значит для меня, — произнёс он негромко, но в каждом слове звучала благодарность и что-то большее, почти молитвенное.

Ария, наконец, посмотрела прямо в его глаза и мягко улыбнулась.

— Представляю, — ответила она.

Руслан молча обнял её крепче, прижал к себе и опустил губы на её макушку, задержавшись там чуть дольше, чем просто лёгкий жест. Ария замерла, ловя этот момент, и тихо хмыкнула:

— Ты совсем не разговорчив, знаешь? — сказала она, подняв на него взгляд.

Руслан мягко усмехнулся, его грудь слегка дрогнула от смеха.

— Скорее привычка, — признался он. — С детства. Молчать и слушать.

Ария наклонила голову набок, хитро прищурившись:

— Ну вот, а как мы тогда ссориться будем? Как ругаться, если человек молчит?

— Неужели ты хочешь со мной ссориться? — насмешливо спросил Руслан, чуть приподняв бровь.

— А как же, — с тем же смешком ответила она. — Иногда скандалы нужны.

Они оба рассмеялись, но в этом смехе не было колкости — только лёгкость и тепло, как будто в этой комнате стало ещё уютнее. Руслан вдруг посмотрел на неё внимательнее, почти изучающе, и негромко сказал:

— У тебя удивительная фамилия.

Ария чуть отстранилась, будто собираясь сделать признание. В её глазах мелькнула смешинка.

— Хочешь секрет расскажу?

Он подался вперёд, взгляд его стал внимательным, как у человека, которому действительно интересно каждое её слово.

— Люблю секреты, — ответил он тихо.

Ария улыбнулась и произнесла, почти шепотом, будто боялась разрушить интимность момента:

— Мама была поклонницей Кипелова. И ещё Леонида… барабанщика. Вот и дала мне его фамилию. А вообще её родная фамилия была Кутяпкина.

Руслан на секунду замолчал, будто обдумывал её слова, а потом в его глазах мелькнуло что-то очень тёплое. Он чуть наклонил голову и сказал, с той особой мягкостью, которую позволял себе только рядом с ней:

— Ты удивительна даже в такой мелочи.

Ария рассмеялась, ткнув его пальцем в грудь, но смех её был светлее, чем прежде — как будто ему удалось коснуться её глубже, чем она ожидала.

Телефон зазвенел резким звуком, нарушая их тихий вечерний уют. Ария, недовольно сморщившись, лениво потянулась к диванной подушке, под которой лежал её видавший виды смартфон с паутиной трещин по экрану.

— Ну что там ещё… — пробормотала она, поднимая трубку.

— Ария, завтра светский приём, — раздался в динамике уверенный голос Леона. — Ты должна там быть. В пять я заеду за тобой.

Девушка выдохнула, прикрыв глаза.

— Хорошо, буду готова, — ответила она сухо и, не дожидаясь продолжения, сбросила вызов.

Несколько секунд в комнате стояла тишина, нарушаемая лишь их дыханием. Руслан внимательно смотрел на неё, его глаза чуть прищурились, будто он что-то обдумывал. Потом мужчина неторопливо потянулся к тумбочке у дивана, открыл ящик и достал небольшую коробочку.

— Знаешь… — его голос был низким, спокойным, но в нём чувствовалось, что он решился на что-то давно откладываемое. — Это нужно было сделать раньше.

Он протянул коробочку Арии. Та удивлённо вскинула брови и осторожно взяла её. Сняв крышку, увидела новенький смартфон — современный, последней модели, тонкий, сияющий экраном. Настоящая противоположность её потрёпанному аппарату.

Ария широко, по-настоящему красиво улыбнулась — в её глазах мелькнуло и облегчение, и трогательная благодарность.

— Рус… спасибо, — мягко сказала она, её голос звучал чуть тише обычного, будто она не хотела разрушить этот момент.

Он только слегка усмехнулся, глядя на её реакцию.

— Нечего тебе ходить с этим… древним кирпичом.

Она засмеялась, приложив новый телефон к груди, словно драгоценность. Ария поднялась, ловко достала из холодильника ещё одну бутылку вина и с хитроватой улыбкой спросила:

— Ну что, доктор, отметим? Столько поводов.

Руслан кивнул, забрал бутылку у неё из рук и деловито откупорил. Вино тихо зашипело, наполняя воздух терпким ароматом. Он налил по бокалам и, протянув ей один, глянул прямо в глаза.

— У меня самая очаровательная принцесса, — сказал он негромко, почти интимно, с той уверенностью, от которой у Арии пробежали мурашки по коже.

Она качнула бокал, разглядывая вино, и с лукавой улыбкой ответила:

— Ты мне льстишь, Орлов.

Руслан чуть склонил голову, уголки губ приподнялись в насмешливой усмешке.

— А разве я когда-нибудь говорил неправду?

Ария мягко рассмеялась, прикасаясь бокалом к его бокалу.

— Иногда правда звучит подозрительно сладко.

Руслан сделал глоток, не отрывая взгляда от неё. Его глаза словно искали подтверждения в каждом её движении — улыбке, жесте, том, как она держит бокал. Ария откинулась на спинку дивана, вытянула ноги и посмотрела на него с легким вызовом:

— Если я твоя принцесса… значит, ты — мой дракон.

— И не собираюсь это отрицать, — тихо произнёс он, пододвигаясь ближе.

Их разговор вдруг стал похож на игру — лёгкую, игривую, но с подспудным жаром, который разгорался всё сильнее.