Глава 44 — Ведьма

Глава 44 — Ведьма

— Ну как ты? — заглядывает Истомин. — Остаёшься у меня погостить?

— Да.

— Я уже все распоряжения на твой счёт на пост дал. Чайник могу тебе свой принести. Нужно?

— Костя… Спасибо тебе огромное. Ты очень добр.

— Да перестань. Ерунда…

— А ты почему задерживаешься так поздно? Дома ждут, наверное.

Зависает.

— Кошка. Но я думаю она не расстроится. Она у меня с придурью.

— С придурью?

— Ага. Зверюга! Я ее у подъезда подобрал. Хозяйка у нее умерла. Собак драла, как рысь. Ее местные прибить хотели. А ко мне пошла почему-то… — пожимает плечами.

Медсестра завозит капельницу. Истомин нащупывает мой пульс, продолжая рассказывать.

— Как-то не запер дверь и ушел на смену. И видимо, кто-то решил воспользоваться "приглашением". Короче, когда вернулся, вся прихожая была в кровищи, словно там труп пилой расчленяли! Кошка сидела на своем месте, невозмутимая как сфинкс, — показывает рукой верхнюю полку. — Я представляю, как удивился гость, когда на него в темноте мой хищник сорвался и все табло ему раскурочил.

— Боже… — отпускаю я нервный смешок. — Это инфаркт получить можно.

— И оба глаза потерять! Собаке одной выдрала.

— Сиамская?

— Ага… Я зову ее Ведьма

— В гости к тебе не поедем! — шучу я.

— Вы к себе приглашайте, на свадьбу, — подмигивает мне по-доброму.

И я так ему благодарна, что нет осуждения с его стороны. Как не крути, если не знать деталей, я очень бледно выгляжу во всей этой истории.

— Обязательно, Костя, — смущённо опускаю взгляд.

И ловлю себя на том, что с Робертом не могла нормально общаться с людьми. Словно в груди стоял его никогда не озвучиваемый запрет. А с Борисом… Хоть он и немножко ревнует, но мне приятно и спокойно общаться. И я в ответ чувствую человеческую поддержку.

Истомин сам ставит мне капельницу.

На подоконнике лежит мой телефон, подключенный к зарядке. Звонит.

— Подай, пожалуйста.

— Минутку…

Протягивает мне.

Роберт… Ответить или нет. Но годами отточенный рефлекс заставляет нажать на зеленую иконку.

— Да?..

— Добрый вечер, Юленька, — скрипит его голос.

— Добрый вечер.

— Включи видео, будь добра.

— Я не хочу.

— Думаю, тебе будет важно кое-что увидеть.

Растерянно жму на видео.

— Степан, поздоровайся с мамой.

— Мам?… — хлопает глазами Стёпа, несчастно глядя в камеру. — Мама, когда ты приедешь?

— Мама обязательно приедет к нам через некоторое время, — улыбается Роберт одними губами. — Мама тебя никогда не бросит. Да, Юленька?

Онемев, не моргая смотрю в экран.

— Я написал заявление на увольнение, Юленька. По собственному желанию. оформил отпуск с дальнейшим увольнением, в общем. И нашел вакансию в Таллине.

У него двойное гражданство!

И не так давно мы делали визы, чтобы посетить свекровь. Она переехала в Таллин. Но так и не поехали.

— Роберт…

— Да. Мы уезжаем, — кивает он. — Ты же с нами?

— Мам… — тянет на себя экран Стёпа. — Там бабушка Наталья совсем одна! Я папе говорю, а он…

Роберт снова перетягивает на себя экран.

— Ты не можешь его увезти без моего разрешения!

— Я его подготовил. Я всё подготовил. У меня было много времени… без тебя.

— Но я не подписывала!

— Об этом знаешь только ты. Подпись стоит.

— Ты подделал документы? Ты сошел с ума! Какой смысл?!

— Я гражданин Эстонии, а ты — нет. Когда вопрос встанет об опеке, ювеналка не решит его в твою пользу, поверь. У тебя нет там ни гражданства, ни недвижимости, ни работы. Ты приедешь жить к нам. Остынешь… Поймёшь, что я делаю это ради вас.

— Ты — маньяк!

— Я просто хочу, чтобы то, что принадлежит мне, поставили на место. Я долго и дорого за это платил.

Слышу, как на заднем плане объявляют какой-то рейс.

— Степан, нам пора.

— Я не хочу! Надо ехать к бабушке Наталье, она может потеряться! — наивно переживает Стёпа.

Вытащив иглу, подскакиваю с кровати.

— Я еду с вами! — рявкаю я.

— Не так просто, Юленька. Мы едем ближайшим рейсом, а ты следующим. Одна. Иначе, мы там не встретимся.

В палату заходит медсестра.

— Юлия Юрьевна, вам муж просил передать, — неловко опускает взгляд.

Большой конверт с документами, билет на самолёт…

— Сволочь! — срывается мой голос от паники.

Дергаюсь с места прямо босиком, не соображая, куда бежать, звонить, что предпринимать…

— Юля! — ловит меня Истомин, прижимая спиной к себе. — Успокойся, я звоню Чадову.

— Нет-нет-нет! Надо сначала в полицию! Пусть его остановят! Этот рейс…

— Ну кто ж тебе по звонку рейс остановит, Юль?

Давление от страха видимо подскавает, и я чувствую горячую кровь между бедрами.

Господи, как мне страшно!

Голова идёт кругом, в глазах темнеет.

— Ложись, — силой укладывает меня Истомин.

— Я не могу! Я должна! — задыхаюсь я.

— Ты сейчас мешаешь, Юль, — держит плечом трубку. — Горыныч! Ну наконец-то…

Они перекидываются несколькими фразами.

— Удачи.

Скидывает вызов.

— Чадов в курсе. Что могут, делают. Давай, спокойно! На таком нервяке можно и выкинуть.

— Ты не понимаешь?? Там мой ребенок…

Берет меня за руку.

— У него есть отец.

— Он его увезёт!

— Я про Чадова.

Боже… Все в курсе. Абсолютно все!

— Ну очевидно же, — пожимает он плечами.

— Мне надо ехать в полицию писать заявление.

— Ты не успеешь все равно. Эта машина разгоняется долго. Давай, Чадов займётся старшим, а мы попробуем сохранить младшего. Горыныч велел тебе лежать и не дергаться.

— Костя… — закрываю ладонью глаза, по щекам слезы. — Что мне делать?

— Ну, не знаю… Может, мне одолжить тебе Ведьму? Подкинем ему в машину…

— Мне нужна тысяча Ведьм! Боже, я сама как ведьма! Я ему собственными пальцами глаза вырву! Дай мне телефон, я позвоню ему.

Подаёт.

Крынский не берет трубку…