Глава 27

Прямо надо мной нависает огромное чёрное чудовище.

Такое, о ком в нашем мире написано множество книг!

Мощное тело покрыто крупной чешуёй, размашистые крылья с перепонками и красными прожилками, а морда выглядит как нечто среднее между ящерицей и черепахой, только намного больше и свирепее. Из ноздрей периодически выходит пар.

Я сразу узнала кто это, стоило мне лишь встретиться с ним глазами. В драконьем обличии вечная мерзлота превратилась в бушующий вулкан, а серо-голубой цвет сменился на красный, но взгляд остался таким же надменным и властным.

Рэйдан Хёртс.

Впервые я вижу его истинную натуру, драконью ипостась.

Он снова издаёт дикий рёв, отчего у меня закладывает уши.

Но пошевелиться я не могу, так как знаю, что он нас проверяет.

Провоцирует.

Меня.

Ищет повод.

Команду вольно ещё не давали, а значит, я должна стоять не двигаясь, что бы не происходило.

Рэйдан начинает нарезать круги над шеренгой, периодически опускаясь ниже и чуть ли не задевая наши головы огромными острыми когтями.

Сейчас мы все — лишь стадо овечек, среди которых кровожадный дракон выбирает себе обед.

Хотя, думается мне, он уже выбрал. Не зря же он бросил свои дела и прилетел на плац.

Рэйдан изрыгает изо рта огненный поток, демонстрируя свою мощь.

Я непроизвольно вскрикиваю.

Никакого восхищения при этом не испытываю.

Только сковывающий страх.

Ледяной ужас пронзает моё и так озябшее тело.

Кожа под меткой на руке начинает сильно чесаться и гореть. Видимо, напоминает, чтобы я не забывала, что у меня есть хозяин.

Зажмуриваю глаза.

Пытаюсь представить, что пришла в 5D кинотеатр и скоро всё закончится. Становится капельку легче.

Вдруг звуки стихают, и я перестаю чувствовать нависшее надо мной чудовище.

Понимаю — это не к добру.

Открываю глаза и прямо перед собой вижу Рэйдана в человеческом обличии.

Он в упор смотрит на меня.

Его глаза снова серо-голубого цвета, а взгляд ледяной и очень злой.

Он придирчиво осматривает мой внешний вид с головы до ног. Задерживается на спортивной обуви — мягких кедах, тонкая подошва которых совсем не предназначена для такой погоды.

— Курсантка Роуз! — неожиданно вскрикивает он. — Прими приказ! Отжаться от пола двадцать раз! Исполнять!

— Так точно, господин ректор! — отвечаю я, до боли сжимая кулаки.

Падаю на землю. Начинаю отжиматься.

Однако после десяти раз тощие руки не выдерживают, сильно дрожат. А после пятнадцатого я уже не могу их разогнуть, чтобы подняться. Так и лежу на земле.

— Твоя физическая форма никуда не годится! — негодует Рэйдан.

Да я только вчера вечером и сегодня утром впервые нормально поела!

Откуда взяться силам?!

Он ведь прекрасно это знает!

Отыгрывается?

Слышу смешки от сокурсников.

Он специально дал им этот повод?

Понятно, значит, мстит!

— Подняться! Двадцать кругов бе-гом! — снова кричит, брызжа слюной, будто огнём.

Я вскидываю на него глаза, вкладывая во взгляд всё своё разочарование!

В последние дни мне на мгновение показалось, что он не такой, как остальные в Дракарисе. Но теперь я понимаю — это был лишь любовный морок. Иллюзия.

Всё, что он делал, было только для него самого. А я в его глазах пустое место. Точно так же, как и для всех власть и деньги имеющих драконов.

Сжимаю кулаки и начинаю бежать, заранее зная, что приказ невыполним.

Чего он добивается? Хочет сильнее опозорить меня перед всеми? Или чтобы я замертво упала прямо посередине поля?

Но выбора нет.

Вижу краем глаза, что другие курсанты тоже отжимаются. Однако они справляются с этим без всяких проблем, так как имеют драконьи силы.

Через четыре круга у меня начинает колоть правый бок.

Ещё через три — сердце.

Дыхание сбивается напрочь.

Каждый раз, когда пробегаю мимо Рэйдана, вижу его тяжёлый взгляд, полный презрения.

Да, слабаков в Дракарисе не любят.

Их уничтожают.

Может, ректор вознамерился выгнать меня из Академии?

Но дракон покидает АД только после выпуска, или после смерти.

Видимо, Рэйдан решил использовать второй вариант.

По завершении десятого круга я уже не бегу, и даже не иду — скорее ползу, держась за бок.

Руки и ноги дрожат.

Рот открыт, потому что дыхание сбито напрочь.

Меня тошнит, в глазах мутно.

Ужасно хочу пить. Осознаю значение фразы «умирать от жажды».

Ледяной ветер бьёт прямо в лицо. Приходится прикладывать больше усилий, чтобы сопротивляться ещё и ему.

Всё, сил нет.

После четырнадцатого круга даже идти уже не получается.

Падаю на колени и опираюсь руками о землю.

Кожей чувствую, как на меня надвигается шторм.

— Курсантка Зейна Роуз! — ревёт грозовая туча.

— Господин ректор, — еле выдавливаю, хрипя, стоя на четвереньках в ногах Рэйдана.

Никак не могу отдышаться.

— У меня есть сомнения, дракон ли ты на самом деле или ввела всех в заблуждение? Поэтому я принял решение проверить твою кровь на наличие частиц ещё раз. В случае обнаружения обмана, ты будешь строго наказана. Пока не закончишь двадцать кругов, с поля не уходить, даже если нужно будет пропустить обед. Приказ понятен?

Мы вернулись к тому, с чего начали.

Я поднимаю голову.

Сквозь серо-голубой лёд айсберга пытаюсь пробраться в его мысли.

Что с ним случилось? Почему так резко изменился?

Чем я настолько сильно его задела, что он ТАК ненавидит меня сейчас?!

Моё тело уже остывает и становится дико холодно.

Начинаю дрожать.

Рэйдан явно упивается моим жалким видом.

Овечка на четвереньках возле своего дракона.

Опускаю пятую точку на ноги, всё ещё оставаясь перед ним на коленях.

Теперь в более покорной позе.

— Господин ректор, вы прекрасно знаете, я ничего не делала, чтобы попасть в Академию. Это ваша комиссия решила, что в моей крови есть искры и их достаточно, чтобы считать меня драконом. За что меня наказывать?

— Ты могла подмешать чью-то чужую кровь в свою во время анализа, — пожимает плечами Рэйдан.

Воспоминания Зейны о тех событиях замутнены, поэтому я не могу сказать наверняка, что такого не было. Может, эта девочка поступила так, чтобы дать себе шанс на лучшую жизнь?

Сникаю.

В Дракарисе такие, как я — зола, поэтому если ректор решит сделать из меня новую пару сапог, никто не сможет ему помешать.

Хотя, нет, не так.

Никто не захочет ему мешать.

Начинается дождь. Его тяжёлые ледяные капли скользят по моему лицу, скрывая слёзы.

— Я организую комиссию. Она состоится после праздника, — добивает меня Рэйдан.

Затем разворачивается и уходит.

Сижу какое-то время на коленях. Безнадёжность давит на плечи всей тяжестью драконьего чёрного неба.

Почему он со мной сейчас так жесток?

Когда напрочь промокаю, медленно поднимаюсь и продолжаю ковылять по кругу.

Все давно разошлись.

На поле только я, дождь и мои слёзы.

А так же осколки от разбившейся вдребезги надежды на возможное светлое будущее в ненавистном Дракарисе.