39

– Как ты? – шёпотом спросил Франц. Он сел рядом, обеспокоенно вглядываясь в моё лицо. – Хорошо, завтра уже отпустят. Что ты тут делаешь? Отбой уже был. Легарро усмехнулся уголком рта. – Рейтинг восстановится после первого же рейда. Я хотел убедиться, что с тобой всё в порядке. Значит, заверений медиков ему недостаточно? Я постаралась сохранить серьёзное выражение лица, надеясь, что полумрак спрячет румянец на щеках. Невольно залюбовалась на губы в лукавой полуулыбке. Пауза затянулась. – Эни, – прошептал Франц, – тебя вообще можно оставить без присмотра? Такая маленькая и тихая, но стоит отвернуться, как ты попадаешь в неприятности. Я смущённо пожала плечами. В его глазах мелькнул огонёк. – Мы это исправим. Я просто больше не буду отворачиваться. Франц накрыл мои пальцы своими. Дыхание сразу участилось, мысли спутались. Я усердно пыталась припомнить, почему собиралась вести себя с ним холодно. Но всё, что он говорил и делал, сбивало с толку. – Больше никаких семейных дел, пошли они к инсектам под хвост. Вот оно! Меня окатило холодом. Франц скоро женится, и все эти красивые слова ничего не значат. Сделав над собой усилие, я отобрала руку. – Не нужно за мной присматривать. Я справлюсь сама. Легарро улыбнулся. – Чуть не забыл, что ты у нас гордая, ягодка. – Хватит меня так называть. Ты знаешь моё имя. Франц несомненно готовился ответить что-нибудь дерзкое, но не успел. Дверь скрипнула. В палату вошла медсестра. – Что вы здесь делаете? Немедленно покиньте палату, адепт! Легарро не торопясь поднялся. – Эни, – сказал он, не отводя взгляда, – скоро бал. Я хочу, чтобы ты была моей парой. – Вы что не слышали? Немедленно уходите! – бушевала медсестра. Я поджала губы. Ещё вчера приглашение было бы принято, а я стала бы самой счастливой студенткой на свете. Но не теперь. – Уходи, Франц. Я утомлённо сползла обратно под одеяло и прикрыла глаза. Но ещё долго после того, как дверь захлопнулась, уговаривала себя, что всё сделала правильно. Когда медики наконец удостоверились, что со мной всё в порядке, первым делом пришлось навёрстывать упущенные занятия. Это было даже неплохо. Обложившись учебниками, можно было не думать о том, от чего неприятно саднило в груди. МГЛА тем временем готовилась к приёму в честь столетия академии. Впрочем, после недавнего воздействия артефакта всё и так было готово в лучшем виде. Гости прибывали, адепты разбежались по комнатам наряжаться. Я без особого энтузиазма повертелась перед зеркалом в пышном платье под цвет глаз, присланном из дома. Проверила, чтобы полупрозрачные рюши в вырезе прикрывали родимое пятно в форме бабочки. Вздохнула. Вечер обещал быть скучным. – Ты точно не пойдёшь, Сора? Подруга валялась на кровати с книжкой и даже не подняла головы. – Точно. Просто представь себе меня в бальном платье и с такой причёской. В комнату заглянул Дэниел в костюме. – Сора решила не идти, – пожаловалась я. – Я бы тоже не пошёл, – пожал он плечами. – И что тебя заставило? Спаркс стушевался. – Слушай, Эни, у тебя ведь тоже нет пары на вечер? – Да, – вздохнула я. – Можем пойти вместе. – Отлично. Дэн подошёл и предложил мне согнутую руку. Уже в зале, где собирались гости, я оглядела нас в большое зеркало. Мы вместе смотрелись замечательно. Правда, каждый из нас вертел головой, разыскивая в толпе кого-то другого. Спаркс нашёл первым. Как только зазвучала музыка, он повёл меня в танце в дальний угол зала, где собралась аристократия и золотая молодёжь. Краем глаза я приметила, как при виде нас негодующе вспыхнула и отвернулась Лорейн. Лукавая улыбка сама расползлась по лицу. Что за игра идёт между этими двумя? Но спросила я о другом. – Танцевать ты тоже в интернате учился? У тебя хорошо получается. Дэниел покачал головой. – Моя семья могла позволить себе учителя. – Странно. Ты говоришь и двигаешься, как аристократ. Но дети аристократов не попадают в интернаты, так ведь? Лицо Спаркса приобрело непроницаемое выражение. Сначала я подумала, что он не хочет отвечать на вопрос, но через пару тактов увидела, в чём причина. Уверенно огибая танцующие пары, к нам пробирался Франц. Его взгляд метал молнии. В этот момент музыка окончилась. Дэн хотел увести меня, но Легарро встал у него на пути. – Уйди по-хорошему, Спаркс, если не хочешь повторить наш спарринг прямо сейчас, – процедил он сквозь зубы. Дэниел твёрдо посмотрел ему в глаза, не выпуская мою руку. Затем повернул голову ко мне. – Эни? – Иди, – кивнула я ему, не в силах оторвать взгляда от глаз Франца, вспыхивающих в глубине золотыми искрами. Дэн растворился в толпе. Снова заиграла музыка, и Легарро завладел моей рукой, другую положил на талию, прижимая меня к себе. – Вот так это должно быть, – прошептал он. – Только так и больше никак.