49

Услышав слово «свидание», я сначала забыла, как дышать. А потом задала вопрос, который мучил меня все последние дни. – А как же твоя невеста? – Кто? – слегка нахмурился Франц. – Ну, та принцесса из Ловарии, о которой все говорят. Легарро усмехнулся. – Нет у меня невесты. Но, если что, это государственная тайна. В голове мелькнула мысль, что он мог просто соврать в попытке добиться желаемого, но я от неё отмахнулась. Франц бывает несносным, но ещё ни разу он не повёл себя бесчестно. Скорее, наоборот. – Тогда да, – прошептала я, не веря сама себе. Голубые глаза напротив вспыхнули от радости. – Да?! – Да. Кажется, Франц тоже не верил себе. Впрочем, это длилось всего секунду. Через мгновение передо мной был уже уверенный в собственных силе и обаянии принц. – Тогда встречаемся завтра в девять. Учти, если ты опять собираешься сбежать от меня… – Не собираюсь. Я выдохнула, нервно улыбаясь, и начала медленно обходить Легарро. Очень важно было сохранять дистанцию, потому что напряжение между нами можно было резать ножом. Одно неверное движение, и мой сон воплотится прямо в этой душевой. Почувствовать себя в безопасности удалось, только закрывшись в кабинке. Следующее утро прошло в метаниях от распахнутого шкафа к зеркалу. Сора прятала усмешку, подсказывая мне, что лучше смотрится. Флип взволнованно кружил вокруг, проверяя, нет ли на одежде пятна или ещё какого непорядка. Я ожидала от подруги едких комментариев, но та лишь широко улыбнулась мне на прощание. – А ты молодец. Я сразу поняла, что ты та ещё тихоня – всю МГЛУ поставишь на уши. Мы, рассмеявшись, обнялись. Короткий стук в дверь подсказал, что меня ждут. Франц с сияющими глазами церемонно подал мне руку. – Привет, ягодка! Интересно, в какой момент это домашнее прозвище перестало быть раздражающим и превратилось в волнующее? Я взяла его под руку, чувствуя, что под пиджаком из мягкой ткани спрятаны упругие мускулы. Надо сказать, что для меня это свидание тоже было первым. С ощущением приятной и волнующей неизвестности мы прошли через портал, ведущий в ближайший городок. Франц не отпускал меня ни на секунду. Даже в кафе, пока несли наш завтрак, поглаживал кончиками пальцев мою руку, лежащую на столе. Ощущения, которые это вызывало, немного отвлекали от разговора. Мы делились тем, как пришли к мысли о поступлении во МГЛУ. Конечно, мне пришлось сослаться на интерес к аномалии в родном городе и утаить истинную причину. Впрочем, уверена, что и Легарро не просто озабочен судьбой империи, как он утверждает. У каждого из нас есть то, о чём не говорят на первом свидании. После мы зашли на осеннюю ярмарку. Смешавшись с красочной толпой, прошли по всем нехитрым развлечениям, что предлагались жителям города. Прокатились на качелях, увитых осенними цветами. Франц, конечно, не преминул крепко прижимать меня к себе, уверяя, что это для безопасности. Мне же казалось, что опасность, наоборот, возрастает с каждым часом, проведенным вместе. Но у кого хватит сил сопротивляться тягучему ощущению счастья, пересыпанному вспышками волнений и восторгов? Франц купил засыпанные ванильным сахаром орехи, которые я никогда не пробовала. Мы шли по ярмарке уже не за руку, а в полуобъятиях, когда перед нами возник зазывала. Он приглашал желающих посоревноваться в метании ножей. – Ну же! Выиграйте для дамы памятный подарок! Попадёте в центр мишени – забирайте приз! Не попадёте – кладёте монету в копилку. Усмехнувшись, Франц шагнул в его сторону. Я повисла у него на руке. – Брось! У них наверняка ножи с таким балансом, чтобы никто не попал. – Так и есть. Легарро улыбнулся уголком рта, взвешивая в руке выданный ему нож, присмотрелся к мишени, встал к ней вполоборота и перевёл взгляд на меня. Не отводя глаз, он резко выбросил руку в сторону мишени. Нож вонзился прямо в яблочко. Толпа вокруг восхищённо ахнула. А Легарро даже не повернул головы, чтобы убедиться в результате. Просто стоял и, широко улыбаясь, смотрел на меня. – Выпендрёжник, – прошептала я, сдерживая улыбку. Ошарашенный зазывала пригласил нас выбирать подарок. Франц не колеблясь забрал украшение – скромный браслет из лёгкого золотистого металла, на котором позвякивали подвески-бабочки. – Знаешь, о чём я думал вчера, когда мы читали книгу? – промурлыкал он, застёгивая браслет на моём запястье. – Тебе бы пошли стрекозиные крылья. Может ты тоже владеешь магией душ и околдовала меня? Я понимала, что это всего лишь флирт, но тело уже сковало страхом, что мою связь со мглой когда-нибудь обнаружат. – Не думаю, – я принуждённо улыбнулась. – У меня ведь даже в роду не было магов. – Так не бывает. – Франц щекочуще погладил кожу на моём запястье. – Скорее всего, были, но скрывали дар. Не все мечтают стать профессиональными магами. Меня словно парализовало. Почему я не задумывалась об этом? Мне всегда казалось, что я единственная в семье страдаю этой напастью. – Эни? Ты здесь? – А, да, – я очнулась от тяжёлых мыслей, придумывая как сменить тему. – Смотри! Неподалёку стоял небольшой шатёр. Вывеска говорила, что здесь принимают прорицатели, способные предсказать будущее. – Зайдём, раз уж мы пустились во все тяжкие? – я покрутила рукой, позвенев браслетиком. – Прорицание – псевдонаука, – сморщил нос Франц. – Но если тебе хочется, пойдем. В таинственно затенённом шатре нас приняла смуглая женщина с тёмными курчавыми волосами, сидящая перед хрустальным шаром. В предсказания я тоже не верила, а сходство прорицательницы с персонажем из детских книжек и вовсе меня развеселило. Женщина же, наоборот, долго с серьёзным видом вглядывалась в прозрачный шар. Наконец, она вздохнула и подняла взгляд на нас. – Тебя, девочка, ждёт долгая и счастливая жизнь. Рядом есть тот, с кем ты можешь быть самой собой и ничего не бояться. Как бы скептически я ни относилась к предсказаниям, сердце всё же радостно забилось. Тем более Франц, сжимавший под столом мою руку, в очередной раз нежно её погладил. Прорицательница посмотрела на него и её взгляд погрустнел. – А ты, юноша… Мне очень жаль. Ты никогда не найдешь ту, которую так ищешь. Я бросила взгляд на Франца. Его глаза расширились. Губы, обычно лукаво улыбавшиеся, приоткрылись. Рука под столом выпустила мою. Все мои радостные чувства вмиг сгорели. Чёрный пепел облепил ещё недавно радовавшееся сердце.