Глава 34

— Ты сделала аборт? — голос Артема звучит настолько глухо, что мне кажется, я слышу его сквозь толщу воды.

Почему мне так сложно сказать эти чертовы две буквы? Я готовилась, репетировала, старалась, но у меня не получается. Я вижу пустой взгляд Егора, полыхающий огнем и злой Артема, который просто не может поверить в реальность происходящего. И именно это не дает мне говорить. Мое сердце разрывается. Я ужасно поступаю с ними: скрываю беременность, но понимаю, что по-другому ни за что не поступлю. Мы не можем быть вместе.

— Ты. Убила. Ребенка? — Егор зол.

Его черты лица заостряются, а губы сжимаются в тонкую полоску. Он смотрит на меня исподлобья, прожигая взглядом насквозь.

— Да. На этом надеюсь наше общения прекратится. Мне не нужны ни вы, ни ребенок от вас.

— Сука, блять.

Егор хватает стакан в руки, а я инстинктивно закрываю лицо руками, боясь, что сейчас он полетит в меня. Мои ожидания не оправдываются, потому что я слышу звук разбиваемого окна, визг людей, а после чувствую, как морозный воздух пробирается под кофту. Я ни минуты не медлю. Поднимаюсь со стола и отхожу на безопасное расстояние.

— Что ты натворила? — рычит он, смотря на меня так, что если бы силой мысли можно было бы убивать, я бы уже лежала замертво. Мне больно от его взгляда, от того, как он сминает кулаки и едва заметно кривится.

— То, что посчитала нужным, — стойко говорю я.

Мне нельзя давать слабину. Ни на минуту нельзя сомневаться в том, что я все делаю правильно, иначе они продолжат терроризировать меня.

— Я тебе этого никогда не прощу. Ты поплатишься, сука.

Он ударяет кулаком по столу и поднимается, а я краем взгляда замечаю, как к нам уже идет охрана. Перевожу взгляд на Артема. Он сидит с сжатыми кулаками, смотрит на опустевший стол и молчит. Застывает, как восковая фигура. Внешне, как живой человек, а внутренне мумия. Подделка. И ему больно.

— Простите.

Тихо шепчу им и убегаю, как говорится, под шумок. Пока охрана будет разбираться с нанесенным ущербом, я успею уехать отсюда и обо всем забыть. На этом точно точка. Они отстанут от меня и забудут, а я продолжу жить нормальной жизнью.

Когда я выхожу на улицу, почти сразу замерзаю в мокрые от слез щеки. Я только акцентирую на этом внимание, но мне не холодно. Я ничего не чувствую кроме огромной черной дыры, застывающей глубоко внутри меня. Я лишь одиноко оборачиваюсь назад, смотрю на стены кафе, в котором мы встречались, а после разворачиваюсь, ловлю такси и сажусь в машину.

Я называю адрес Матвея, решая забрать от них вещи. Оставаться у них не буду, потому что не уверена, что братья оставят меня в покое и не станут мстить. От них все еще можно ожидать чего угодно. Достаю телефон и звоню на ресепшен отеля, в который меня переводят. Быстро бронирую номер, общаясь с милой девушкой, и немного расслабляюсь, убеждая себя в том, что все налаживается.

К дому Матвея мы приезжаем минут за двадцать. С гулко бьющимся сердцем я выхожу из машины и направляюсь в дом. Вру, что у меня все отлично, и мне просто предоставили номер в отеле. Лгу, потому что и Ника и Матвей слишком обеспокоены тем, как я себя чувствую.

— Все хорошо, — убеждаю их напоследок и беру сумку, которую Мэт тут же отбирает с указанием того, что мне нельзя носить тяжести.

— Ты уверена, что не хочешь остаться у нас? — интересуется Ника. — Ты же понимаешь, что там в отеле тебя никто не защитит.

— Спасибо, Ник, но все нормально. Защищать меня не нужно, — я улыбаюсь, как могу. Уверена, что не слишком искренне, но пока это все, на что я способна.

Они проводят меня до машины такси, и я напоследок машу им рукой, а потом не выдерживаю и таки обнимаю и Нику, и Матвея. Они подарили мне невероятные выходные и безумно помогли с решением проблемы под названием “зажравшиеся мажоры”.

В такси звонит мой телефон. Я роюсь в его поисках, поэтому когда нахожу, тут же нажимаю на кнопку ответить. На том конце провода моя начальница Маргарита Аристарховна.

— Здравствуйте, — удивленно отвечаю ей.

— Юля, у меня информация, что ты сняла номер в отеле, куда я тебя перевела. У тебя проблемы?

— Я выставила квартиру на продажу, чтобы перебраться поближе к работе, но пока состоится сделка, я хочу перебраться поближе. Квартиру, чтобы снять, пока не нашла, поэтому пока сняла номер. Я же могу это сделать? — уточняю на всякий случай, осознавая, что у нас и так слишком много запретов, может, и этого нельзя делать.

— Конечно, можешь, — говорит женщина. — Но у меня предложение получше. Как ты смотришь на то, что я закреплю за тобой служебный номер? Тебе не будет необходимости оплачивать жилье и ты сможешь остаться в номере настолько, насколько хочешь. Как ты на это смотришь?

— Положительно, — тут же говорю я, потому что к новой зарплате я еще не дошла, а старой вряд ли хватит на постоянное проживание в отеле.

Меня удивляет ее внезапная щедрость, но я не придаю ей должного внимания, радуясь, что все так хорошо сложилось. В отель я приезжаю за час. Представляю, сколько бы я добиралась, если бы пришлось ехать в час пик и понимаю, что приняла верное решение. Уже в номере раскладываю вещи и спускаюсь вниз, чтобы купить мороженого и фруктов. Поднимаюсь к себе, принимаю душ, залезаю в кровать и с наслаждением поедаю клубнику с фисташковым мороженым.

Осознаю, что так давно не баловала себя и не делала чего-то именно для себя, а не для кого-то. Думаю о том, как добиться того, чтобы развестись с Васей. И в самое ближайшее время, а то мало ли, еще узнает, что я беременная, и нам не дадут развод. Надеюсь, что он и дальше не будет появляться на рассмотрении, и нас разведут без проблем.