Глава 67

Артём                                                                                   

Что-то щелкнуло в моей груди, после слов Бэмби. После её откровения, на которое решится не каждый. Малышка вновь удивила меня. Такая нежная, ранимая, стеснительная, краснеющая от каждого моего прикосновения, она оказалась сильнее многих. В разы решительнее.

Почти две недели Соня не проявляется в школе. Краем уха слышал, что она заболела.

В среду, как обычно, отправляю сообщение с коротким текстом и жду её больше часа на лавочке у подъезда. Всматриваюсь в поворот, из-за которого должна появиться девчонка. Жду её, как преданный щенок. Выкуриваю сигарету за сигаретой, пока не начинает тошнить. Пока во рту не остаётся мерзкий привкус горечи. Не понятно от чего — от сигаретного дыма или от того, что не вижу знакомой фигуры во дворе.

Соня так и не приходит. И я чувствую чёртово отчаяние. Отчаяние от того, что я её теряю.

Набираю номер, но Бэмби не отвечает. Ни единого раза.

Бешусь. Хочу разнести всё вокруг. Десятки раз порываюсь поехать к ней, но не знаю адреса. Зачем? Что скажу? Что сделаю, когда увижу? Не имею понятия. Знаю только одно — мне просто жизненно необходимо её увидеть. Увидеть в её глазах все те чувства, о которых она мне говорила. Убедиться, увериться в том, что она не соврала.

— Бать, — обращаюсь к отцу, когда сталкиваюсь с ним на кухне, — скажи адрес Ефимовой.

— Зачем? — напрягается батя, не донося чашку кофе до рта.

— Соня болеет, хочу наведать, — даже не вру. — Мы с ней занимаемся дополнительно математикой.

— Кстати, о Соне, — батя скрещивает руки на груди. — Я говорил с Катей. Она мне рассказала о вашем разговоре.

— Кто бы сомневался, — закатываю глаза.

— Не смей играть с чувствами девочки.

Поздно, батя. Уже поздно.

Я уже причинил ей боль, но только удовольствия от этого не приносит. И я хочу с ней поговорить. Хотя понятия не имею, что ей сказать. Просто хочу увидеть.

— Ладно, не стану, — пожимаю плечами. — Скажи адрес, — прошу ещё раз.

— Нет, — батя качает головой. — Тебе не стоит ехать к ней, Артём. Адрес я тебе не дам.

— Ок, — покидаю кухню, не слушаю горячих речей отца мне в спину.

Знаю, что он мне ничего не скажет.

Адрес вычисляю элементарно, взяв батин телефон, пока он был в душе. Нашёл через навигатор  место, куда чаще всего он ездит последнее время. На следующий день поехал по этому адресу.

Обшарив три подъезда и половину почтовых ящиков, нашёл номер квартиры Бэмби.

Девчонка открывает дверь и тут же испуганно пятится, когда меня замечает.

— Ты что здесь делаешь? — тихий голосок, по которому я чертовски сильно соскучился.

— Сегодня среда. У нас сегодня занятие.

А ещё мне безумно тебя не хватало, малышка, но я тебе не готов в этом признаться. Не сейчас.

Одним взглядом пытаюсь охватить всю Бэмби. С ног в смешных шерстяных носках до головы с растрёпанными светлыми волосами. Взъерошенная и смешная, но пизд*цки милая и какая-то… родная до щемящей нежности в груди.

Соня одета в короткие синие шортики, которые подчёркивают длинные стройные ножки, и белую майку, которая облегает каждый изгиб её тела. Подчеркивает тонкую талию, идеальный животик и маленькую грудь, со сжавшимися сосочкам.

Моя идеальная Бэмби.

Настолько охр*нительная, что не верится, что настоящая.

И всё. Для меня исчезает весь окружающий мир.

Остаётся только она. Бэмби. С широко распахнутыми зелёными глазищами и быстро вздымающейся от переполнявших эмоций грудью.

Шагаю к ней, стремясь оказаться близко как можно быстрее.

Опускаю подбородок на макушку девчонки и с блаженством втягиваю запах её волос. Глаза закрываются. Бл*ть. Как же мне её не хватало. Я даже не осознавал это настолько остро.

Я не видел её двенадцать дней. Двенадцать чертовых дней, а меня сейчас трясёт. Трясёт от её близости. От запаха нежного. Неповторимого. От дыхания едва заметного в районе груди. От тепла её хрупкого тела.

— Почему ты не брала трубку? — не могу не задать этот вопрос.

— Меня отверг парень, который мне нравится. Мне нужно время, чтобы это принять, — шепчет виновато.

— Бэмби, я… — хочу оправдаться, извиниться, сказать какую-то романтичную хрень, только бы она меня не отталкивала от себя. Да я бл*ть сам не знаю чего от неё хочу. Понятия не имею. И это бл*ть бесит. Потом что с появлением этой девчонки в моей жизни я не могу разобраться в себе. В чувствах, которые меня обуревают, стоит Соне появиться в поле моего зрения. Да даже когда её рядом нет, она мне везде чудится. Её лицо, фигура, глаза и чёртов запах. Охр*нительный и неповторимый запах девчонки.

— Тем, прошу, не надо ничего говорить. Прошу… — маленькие ладошки упираются в грудную клетку и пытаются отодвинуть меня.

Бл*ть. Бэмби, прошу, не отталкивай меня. Только не сейчас.

Приподнимаю по-детски округлое личико двумя пальцами. Рассматриваю аккуратный вздернутый покрасневший носик, бледные впалые щёки, пухлые губы. Заглядываю в зелёные омуты. И меня уносит. Единственная мысль в голове — поцеловать. Вспомнить вкус этих охр*нительных, сладких губ.

Провожу пальцем по нижней, вспоминая их мягкость. Пытаясь запечатлеть в памяти их нежность.

Губами прижимаюсь к её рту. Ловлю её изумленный выдох. Бэмби всхлипывает. Чувствую её слёзы, которые градом начинают скатываться по лицу.

Девчонка отворачивается. Губами проезжаюсь по нежной шейке. Впервые пробую её кожу на вкус. Тут её запах ещё ярче. Вкуснее. Зрачки уходят под веки.

— Тёма, прекрати, — просит жалобно, будто ей противны мои прикосновения.

И я снова начинаю злиться. На себя, что стал зависим от этой девчонки. На неё, за то, что она так необходима мне.

— Прекрати играть с моим чувствами, Тём. Прошу тебя, Артём.

Громкие всхлипы, которые рвут сердце на части. Ещё хуже осознавать, что причина её слёз — я.

Мудак. Каждый чёртов раз довожу девчонку до слёз. И с каждым разом всё тяжелее переносить её тихие всхлипы.

Пальцами стираю прозрачные солёные капли с её щёк. Смотрю в зелёные глаза, полные обиды, страха и боли.

Впиваюсь в пухлые губы поцелуем. Моя Бэмби. Моя девчонка. Только моя.

Как? Как я бл*ть могу оставить тебя в покое, когда знаю вкус твоих губ? Когда узнал, как ты можешь выгибаться в моих руках, подаваясь ближе. Когда я бл*ть знаю, что ты меня любишь. Любишь так, как меня никто не любил. Просто так. Несмотря на то, что я веду с тобой как полный кретин. Конченный мудак.

Ты даже не знаешь, Бэмби, что я даже вспомнить не могу, когда слышал эти слова в последний раз в свой адрес. Если слышал.

Невозможно оставить ту, что вызывает бурю таких эмоций в груди. Не могу оставить тебя, потому что чувствую острую необходимость видеть тебя каждый день, слышать голос, чувствовать твой  запах. Потому что я влип по уши. Влюбился впервые в жизни. В тебя, моя Бэмби. И чертовски сильно боюсь этих чувств. Настолько сильно, что когда осознаю их, в этот момент, когда целую любимые губы, сбегаю. Сбегаю, даже не обувшись.

Сажусь на лестнице между третьим и четвёртым этажом и обуваюсь. Роняю голову на колени и рычу от отчаяния. Что мне бл*ть делать?