Глава 51. Стася

Я не была уверена, что смогу встать. Или что смогу твердо держаться на ногах. Вообще ни в чем не была уверена.

Кроме одного.

Я была счастлива. Я была очень и очень счастлива! И…

Даже постоянный страх, который был со мной всегда, всю мою жизнь кажется отпустил.

Может это был и не страх. Может я просто не знала, как правильно назвать это чувство. Ощущение ненужности и одиночества. Пустоты, которую не заполнишь, как ни пытайся. Ты одна. Ты никому не нужна. До тебя никому нет дела. Может быть, я поэтому и старалась всю жизнь быть тихоней, чтобы оправдать этот страх? Никому нет дела — прекрасно, пусть так и будет. Ведь именно так я думала!

Я ведь даже когда танцами занималась так никогда и не участвовала в концертах! Делала это для себя. И на занятиях всегда стояла в уголке, хотя понимала, что у меня получается хорошо, получается лучше, чем у многих. Но даже руководитель кружка, которую я очень любила и уважала не смогла уговорить меня выступить. Правда, она быстро поняла, что это бессмысленно и не стала слишком настаивать.

Мне хотелось бы узнать и понять причину этого иррационального ощущения внутри меня. Я ведь помнила то время, когда его не было? Когда родители были живы… Но только ли их гибель повлияла?

Тетка… Когда я узнала, что она опаивала меня травами, стараясь подавить мою волчью ипостась я подумала — не в них ли дело?

Но от тетки я давно ушла, травы пить перестала, а страх внутри жил…

Даже когда бабушка нашла меня, и я поняла, что я больше не одна! Все равно…

Даже когда все три брата впервые признались мне в своей любви — я еще чувствовала эту тянущую, сосущую под ложечкой боль…

И вот теперь, наконец я ощутила себя свободной!

Я летала!

Я была счастлива!

И мне хотелось подарить им весь мир, хотя я могла подарить только себя.

— Ты наш мир, принцесса! Даже не сомневайся!

— Яр?

— О чем ты задумалась? У тебя вот тут появляется морщинка, когда в твоей голове дурные мысли, — он положил указательный палец на мой лоб, прямо между бровей.

— Я думала о том, что раньше была одна. Совсем одна. Чувствовала себя такой одинокой. Даже с бабушкой. А теперь… Теперь есть вы.

— И нас так много?

— О, да! И это так прекрасно, что вас много!

— А скоро будет еще больше! Клан Серых должен расти!

Я лежала на нем, прижимаясь спиной к его груди, он положил ладонь мне на живот… Я почувствовала жар, исходящий от этой ладони.

Ребенок. Мой Альфа говорил о малыше! И он… он хотел этого малыша! Они хотели!

Неужели я правда скоро буду носить его ребенка? Нет, их ребенка! Мы ведь не будем знать точно чей он? И не все ли равно?

В этот день каждый из них был во мне. И каждый оставил частичку себя. И это было волшебно.

И я поняла, что хочу этого! Хочу носить маленьких серых волчат! Буду счастлива, если это случится как можно скорее!

У меня будет малыш! А может, сразу двое? Ведь Стас и Влад близнецы. Правда, я читала, что это передается через поколение, но… а вдруг?

Мне очень хотелось тоже родить близнецов. Но сначала одного мальчика. Альфу новой стаи!

Мы провели в постели несколько часов. Я уснула утомленная, проснулась уже вечером. Влад приготовил для меня расслабляющую ванну.

Я реально думала, что не смогу встать, но тем не менее, двигаться было на удивление легко. Наверное потому, что я все-таки была волчицей. И сила волчицы помогала справиться и с тремя мужчинами в постели и с последствиями общения с ними.

Тело мое, конечно, чувствовало присутствие всех трех — побаливало в некоторых местах и снаружи и внутри. Но после ванны стало намного легче, ушла усталость. Осталось только удивительное чувство полного удовлетворения.

Вечер мы провели дома. Заказали ужин из ресторана, просто лежали у камина, разговаривали о книгах, фильмах, о музыке.

Узнавали друг друга.

Как ни странно, оказалось, что у нас много общего. Они, как и я любили и классическую музыку, и рок, и что-то современное. И фильмы — мне нравился Нолан, я обожала Лео Ди Каприо и Мэттью Макконахи. Мне нравилось гулять по выставкам, я любила зайти в какой-нибудь зал Третьяковки и зависнуть перед одной картиной. Просто смотреть — или придумывать жизнь для тех, кто написан на холсте.

Когда мы снова легли в постель была уже глубокая ночь.

Яр долго целовал меня, медленно, основательно, изучая каждый уголок моего рта, нежно, подробно.

— Принцесса, мы утомили тебя сегодня, ты должна отдохнуть. Завтра будет много важных дел.

— Почему ты говоришь мне это, Яр? Я же чувствую, что ты хочешь совсем другого?

— Я хочу этого всегда. Но я понимаю, что ты сейчас…

— Я сейчас хочу того же самого. Пожалуйста, Яр! Я скажу, когда я буду не в состоянии принять вас. Но… не сейчас! Сейчас мне так нужно это! Пожалуйста!