Глава 65. Яр

Беспомощность.

Вот что сковывает тебя всего, когда ты видишь слезы любимой женщины и не представляешь, как их остановить. И не понимаешь, что тебе делать, как вести себя, что сказать?

И чувствуешь себя полным мудаком в этот момент, потому что кем бы ты ни был, как бы высоко не поднялся по карьерной лестнице, сколько бы денег не заработал, какое бы место не занимал среди самых-самых — в тот момент, когда твоя женщина плачет из-за тебя — ты ноль.

А я понимал, что она плачет из-за меня. Из-за нас.

И мне хотелось удавить эту тварь, которая наговорила ей гадостей о нашей стае.

Диана.

Но… они виделись вчера, а вчера принцесса не была такой. Да, она тоже вела себя немного странно после ресторана, но… Почему такая запоздалая реакция?

Поглаживая ее по спине, я мучительно соображал, что же предпринять?

Разыскать Диану? Потребовать ответа? Ну, ок, я вполне мог это сделать. Но…

Я понимал, что именно сейчас не должен оставлять Стасю одну. Мы не должны оставлять ее одну. Нам нужно быть с ней. Сейчас. Именно в этот момент. А что там будет завтра — решим завтра.

— Милая, скажи, ты чего-нибудь хочешь? Может быть поужинаем? Или… сделать тебе ванну? Массаж?

— Ванну… наверное. Я хочу просто полежать в теплой ванной.

— Милая, ваниль, шоколад, может быть цитрус? Соль, пена? — Стас, сжимал ее хрупкую ладошку, пытаясь заглянуть в глаза.

— Что-нибудь… успокаивающее, хорошо, Стас?

— Конечно, любимая, тогда мандарин — аромат спокойствия и неги, как скажет Влад.

Стас поднялся, вышел из комнаты. Влад гладил Стасю по плечам.

— Родная, может заварить тебе чай с травами?

— Да, Влад, пожалуйста.

Он тоже вышел. Мы остались наедине.

— Принцесса, скажи, что тебя мучает? Ответь?

— Прости, Яр… я… наверное просто все сразу навалилось. У меня еще никогда не было такой насыщенной недели в жизни.

Да, удивительно, ведь, по сути, мы знакомы чуть больше семи дней! И каждый день этой недели для нее был стресс! Аукцион. Я. Наша ночь, во время которой я чуть не взял то, что, как я думал, не должно мне принадлежать. Потом ее побег с братьями. Поездка в Сочи — безумное мероприятие. Похищение, во время которого она открыла для себя ипостась волчицы. То, что она чуть не убила человека — хотя, назвать Харина человеком, конечно, можно было с трудом. Возвращение домой… Была парочка спокойный дней после. Ну, как спокойных — мы с братьями устроили ей секс-марафон, который и опытная женщина выдержала бы с трудом. А эта невинная девочка…

Я понимал, что мы долбанные придурки. Конечно! Набросились на нее так, словно все трое годами были на воздержании! Нет, я, конечно, вел более спокойный образ жизни чем мои братья, но…

— Бедная моя малышка. Мы тебя совсем заездили?

Я взял ее личико в ладони. Какая же она была… хрупкая, нежная, ранимая. В глазах пряталась затаенная боль и… страх. Опять страх. Меня это просто убивало.

— Стася, я люблю тебя! Я не чудовище, поверь мне!

Глаза ее стремительно наполнились слезами.

— Я верю…

— Не веришь. Не знаю кто и что тебе наговорил, но, я скажу тебе правду. Если я и поступал не по закону — я всегда был на стороне добра. Ты сама знаешь, что иногда со злом нельзя бороться иначе. Только их же методами.

— Да. Прости меня, Яр. Я… я правда не могу сейчас говорить и думать об этом.

— Что тебе рассказали? Что?

— Ничего, просто…

— Стася!

— Не надо, Яр…

Я чувствовал, как она закрывается, ставит барьеры так, чтобы я не мог прочитать ее мысли. Она и это научилась делать! Быстро же эта малышка познавала суть оборотницы, суть истинной. Она могла скрывать от меня то, что думает. И я, Альфа, не мог с этим бороться…

— Стася, я не буду пытаться влезть в твою голову, я просто хочу понять…

— Прошу тебя, не сейчас. Я устала. Я… Ладно, я скажу. Я просто случайно услышала разговоры этих женщин, которые убирали дом. Они… они судачили о том, что вы слишком богатые и только убийцы могут иметь столько денег.

Она лгала. Я чувствовал.

— А Диана?

— Диана?

— Что тебе сказала Диана о нас?

Стася опустила голову, чтобы я не мог видеть ее глаза.

— Я не стала слушать ее. Зачем? Я ведь прекрасно понимаю, что ничего хорошего она не скажет…

— Значит, это не Ди внушила тебе, что я убийца?

Стася покачала головой. Я готов был растерзать Диану. Ясно, что именно она была причастна к состоянию моей принцессы!

— Яр, Стася, ванна готова. И чай, — в руках у Влада был поднос с прозрачным чайничком, аромат трав заполнил комнату. — ты можешь выпить чай прямо в ванной комнате.

— Да, спасибо…

Я поднял ее на руки.

— Яр, я могу сама…

— Принцесса, позволь мне хотя бы это!

Она обняла меня, прижавшись щекой к груди. Может, поняла, что действительно слегка перегнула палку? Мне хотелось в это верить.

Я опустил ее в теплую, оранжевую от соли и ароматических масел воду.

— Спасибо, Стас! Очень красиво и приятно пахнет.

— Мы можем побыть с тобой?

— Я… я не знаю…

Она хотела остаться одна.

— Если что, принцесса, мы рядом, — Влад налил чаю в чашку и подал ей.

Она лежала в воде, видны были только плечи, и немного холмики груди. Такая прекрасная, такая желанная и… такая далекая!

Мы вышли в гостиную. Я поднял кулак — так хотелось что-то разбить! Ударить со всей дури в стену! Заорать во всю глотку!

— Яр, спокойно, — Влад схватил меня за предплечье, сдерживая, — ты только сильнее напугаешь ее.

— Почему? Почему?

— Мы разберемся во всем. Пока нужно просто дать ей немного времени. Она… она тоже должна разобраться. И в себе, и в том что узнала о нас.

— Что она могла такого узнать? Ты видел ее глаза, Влад? Она боится меня! Боится нас! Снова!

— Это просто запоздалая реакция на стресс. На то, что случилось в новогоднюю ночь и там, в Красной поляне. И… возможно еще предсвадебная лихорадка, мандраж. Она ведь понимает, что свадьба — это серьезно. Что после свадьбы ее жизнь изменится.

— Я надеялся, что мы меняем ее жизнь в лучшую сторону и она это оценит!

— Это как посмотреть. С одной стороны — да. Мы опора и защита. Плюс — финансовой благополучие, естественно.

— Одни плюсы, брат, не так ли?

— Не скажи. Зависимость от нас? Полная зависимость. И материально, и морально. А ведь она привыкла сама за все отвечать!

— Разве любовь — это зависимость?

— Ты вчера запретил им с Ликой покидать магазин и идти куда они захотят — только в твой ресторан. Ты приставил к ней водителя и охрану.

— Чтобы защитить!

— Да! Но пока у нее не было нас она и не нуждалась в защите! Жила себе спокойно.

— Все, Влад, остановись. У меня голова пухнет. Я ничего не понимаю. Ты хочешь сказать, что я задавил ее своей… любовью?

— Не любовью, нет, не в этом дело. И вообще, я о другом хочу сказать. Согласись, ее жизнь поменялась! И в лучшую сторону. Но ведь и в этом тоже опасность? Ей тоже надо нести ответственность за нас. Плюс — страх привыкнуть к хорошему, а потом все это потерять. В общем, если раскладывать все по полочкам…

— Не надо, правда. Я не способен соображать сейчас.

— Я тоже, — поддакнул мне Стас. — Лучше скажи, Фрейд, что нам теперь делать?

— Любить. Вот и все. Мы должны быть с ней нежными, осторожными, и любить. Стараться не давить, не указывать, не учить, не подчинять. А вообще… надо скорее уже сыграть эту свадьбу и увезти ее обратно в дом, в лес. Там все будет иначе.

— Тут ты прав.

Я скорее почувствовал, чем услышал — Стася звала меня.

Мне нужно было постараться расслабиться. Забыть о том страхе, что я видел в ее глазах. Любить…