26

Полина

Протягиваю номерок гардеробщице и невольно снова смотрю в окно. Машина Вэла все еще здесь. Сама не понимаю, почему улыбаюсь. Осознав это, тут же прикусываю внутреннюю сторону щек и забираю куртку.

Ладонь, которой я отвесила Ярославу пощечину, до сих пор огнем горит. Не ожидала от себя такого, но за последние дни, а может, даже годы, во мне скопилось столько злости и разочарования в людях, что я совершила то, что совершила. Мне нет оправданий. Мне стыдно.

Просто перед глазами до сих пор стоит заплаканное Варино лицо. Она в отчаянии сейчас. Плачет по ночам, корит себя за то, что повелась на Леднева, а я никак ей даже помочь не могу. Разговоры никакого эффекта не дают, к сожалению.

Мне кажется, я сегодня весь день настраивалась, чтобы поговорить с Ледневым. Защитить Варю, она же меня защищала, и не раз. Настраивалась, продумывала план, несколько раз сверила расписание четвертого курса на сайте, чтобы точно не упустить Ярослава.

Варя же сегодня в универ не пошла. Ей стыдно и больно. Она до жути боится встретиться с Ледневым, боится его игнора, боится насмешек, потому что думает, что он точно кому-то уже рассказал о том, что с ней переспал.

Вот я и решила, что должна постоять за подругу. Постояла, называется. Кажется, снова нажила себе проблем…

— Да уж, — слышу где-то сбоку. — Яр этого так не оставит, — шушукаются девчонки. — Она ему прямо на парковке по роже дала. Дура. Бессмертная, что ли?

— А за что?

— Не знаю.

— Да ничего с ней не будет! Она же с Кудяковым путается. Пока дает ему, никто ее не тронет.

— Ага, конечно, Вэл ради девки будет конфликтовать с другом? Самой не смешно?

— С чего ты взяла, что он с ней спит?

— Маринка сказала. Они в одной группе учатся. Вэл в общагу даже к ним приходит. В комнату, к этой…

— Правда?

— Ага, плюс Ира тоже самое говорила.

— Наша Ирка?

— Да. Они ж вместе живут.

— А вы в курсе, что из-за нее Сурикова с Назаровым отчислили? Они над ней на паре прикольнулись, она Вэлу настучала, и пацанов вышвырнули.

— Серьезно? Ну и тварь!

— Ага, платники, а их все равно пинком под зад.

Они шепчут, но я их слышу. Бросаю взгляд на трех девчонок, и они тут же замолкают.

Отчислили? Тех двух и правда отчислили из-за меня? Но я никуда не жаловалась даже! Почему-то именно в этот момент вспоминаю слова Наташи о том, что дед Вэла — наш ректор.

Прикрываю глаза на секундочку. Универ уже переполнен слухами обо мне. Как я вообще во все это вляпалась?

Они думают, что я сплю с Кудяковым?

Нервно дергаю собачку на куртке, а пальцы будто не слушаются, не с первого раза застегиваю молнию и спешу на выход. Оказавшись на ступеньках, бросаю взгляд на машину Вэла.

Я с ним сплю. Они все здесь так решили. Ну и пусть! Пусть что хотят думают. Главное — я сама знаю, что не такая. Варя знает. И мне этого достаточно.

Быстро сбегаю по ступенькам. На лоб падает капля, и правда дождь. А ведь, пока мы сюда ехали, я его даже не заметила, так сильно ушла в себя. Анализировала свой поступок. Замкнулась.

Тяну ручку двери и быстро забираюсь в салон, укладывая сумку на свои колени. Как только пристегиваюсь, Вэл выезжает с парковки. Зачем он снова со мной возится?

Может быть, Варя тогда в столовой была права? Может быть, я и правда могу ему нравиться? Эта мысль словно выстрел в сознание. Все переворачивает.

Мельком поглядываю на Вэла, а потом вспоминаю ту девушку у бара и понимаю, что выдумываю. Ничегошеньки я ему не понравилась.

Сильно впиваюсь ногтями в ручки сумки, пока не начинают белеть костяшки.

— Это правда, что Назарова с Суриковым отчислили? — спрашиваю пару минут спустя.

Вэл отрывает взгляд от дороги. Хмурится так, словно пытается вспомнить или понять, о ком я вообще.

— Те парни, что волосы мне подожгли, — напоминаю, чтобы побыстрее получить ответ.

— Эти?! Возможно, — жмет плечами.

— Ты хочешь сказать, что не в курсе?

— В курсе чего?

— Вэл, я же серьезно.

— Если серьезно, то да, была собрана комиссия, и их отчислили. Считаешь, повода не было? Жалеешь придурков? Или, — ухмыляется, — стыдишься, что как бы из-за тебя их вышвырнули?

Отворачиваюсь, чтобы собраться с мыслями.

Я не виновата в том, что их отчислили. Не виновата! Вторю себе как мантру, правда, она почти не работает. Стыд все равно проклевывается. А вдруг я им жизнь этим отчислением сломала? Если бы молчала я и Варя, то…

— Чет ты надолго зависла, Лялька.

Резко поворачиваю голову.

— Как ты меня назвал?

— У тебя же Лялина фамилия, — улыбается, — или я путаю?

— Не путаешь, — сжимаю пальцы в кулаки и густо краснею. Все слова, что до этого были в моей голове, улетучиваются в этот же миг.

— Не дуйся, — Вэл продолжает ухмыляться. — Прикольно же.

— По-моему, ни капельки.

— Да прикольно-прикольно.

Отворачиваюсь, чтобы скрыть глупую улыбку. Пальчики на ногах поджимаются, и я чувствую тепло прямо по центру груди.

— Я же говорила, что ты за справедливость, — произношу полушепотом, чуть повернув голову, и сталкиваюсь с Вэлом глазами.

— Исключительно из хорошего настроения, — ухмыляется, чуть закатив глаза. — Ты в выходные что делаешь?

— Я? Не знаю. Ничего, наверное.

— На дачу поедешь к моим друзьям? Спать с собой не предлагаю.

Вэл смеется, а я вспыхиваю моментом.

Чувствую на себе его взгляд. Раздумываю. Это странно. Я же его почти не знаю.