Глава 5. Опять попалась

– Привет, Лисичка, – парень придвигается ко мне и собственнически кладёт руку на спинку моего стула. Чувствую, как напрягается Энния в ожидании моей реакции. Про Лючию и говорить нечего, её улыбка напоминает оскал. Поворачиваюсь к парню и смотрю прямо в глаза: – Я, кажется, просила так меня не называть? Слышу, как с облегчением выдыхает Энния. Значит, я взяла правильный тон. Вот только он не очень помогает. Тот, кого Лючия назвала Рихаром, наклоняется к самому моему уху и, почти касаясь его, шепчет: – Прекрасно выглядишь, когда сердишься. Глазищи так и сверкают. Я резко отклоняюсь, почти не падая со стула, но парень придерживает меня за плечо. И выглядит это так, словно он меня обнимает. – Адепт Рэйнарс, – раздаётся за моей спиной низкий бархатный голос, первый же звук которого вызывает вибрацию в позвоночнике. – Столовая предназначена для приёма пищи, а не для флирта с однокурсниками. Я не успеваю ни сбросить со своего плеча тяжёлую руку, ни повернуться, как Рихар, который до этого момента казался мне увальнем, моментально оказывается на ногах: – Ты кто такой, чтобы указывать моей девушке, где и как себя вести? – Похоже, адепт Волсумз, у вас начисто отсутствует инстинкт самосохранения, – сейчас в голосе явственно звучит насмешка. – Простительно для первокурсника, но едва ли позволит вам стать хорошим бойцом. На лицах Эннии и Лючии застыло выражение восхищения, и я догадываюсь, чем оно вызвано. Встаю, разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов. Боже, ну какой из него ректор? Ему в кино надо сниматься – был бы кумиром миллионов. Широко расставленные ноги в свободных чёрных штанах, чёрная рубашка, скрывающая самый великолепный торс, который я когда-либо видела. И белые волосы, небрежно рассыпанные по плечам. Мне никогда не нравились блондины… кажется. Ворот рубашки расстёгнут и открывает мощную шею, к которой хочется прикоснуться. Руки сложены за спиной. Одного взгляда на его красиво очерченные губы, изогнутые в насмешливой полуулыбке, достаточно, чтобы запустить жаркие волны по всему моему телу. Словно издалека слышу свой голос, несущий откровенную чушь: – Я всего лишь хотела позавтракать, но адепту Рихару стало плохо, и он облокотился на мой стул. Прошу прощения, господин ректор. Делаю ударение на последнем слове, чтобы окружающие поняли, с кем имеют дело. Ахает Лючия, Энния издаёт невнятный звук, похожий на икоту. А с Рихара словно ветром сдувает всю воинственность, и он бормочет извинения. Я же опрометчиво перевожу взгляд с губ ректора выше и попадаю в плен синих глаз. – Успели поесть, адепт Рэйнарс? – осведомляется ректор издевательским тоном. Я отрицательно качаю головой, но этот тип словно не замечает моего жеста. – Марш на занятия, пока я не назначил вам ещё одну отработку, – а потом обводит глазами остальных и рявкает: – Вас это тоже касается. В зале уже совсем пусто. И еда со столов исчезла. Что за невезение? Голодная и злая, я вслед за остальными иду на выход, но в спину прилетает: – Адепт Рэйнарс, задержитесь на минуту. Да он что издевается, что ли? У меня вырывается сдавленный стон. – Я подожду на улице, – Энния бросает на меня сочувственный взгляд, и тяжёлая дверь закрывается за ней. Ах, как хочется вспылить. Но не время и не место. Я разворачиваюсь, делаю шаг и еле сдерживаю крик, потому что влетаю в мощное и очень твёрдое тело. Стоявший в десятке метров от выхода ректор каким-то непостижимым образом оказывается рядом. Нормальный человек просто не в состоянии за секунду преодолеть это расстояние. Ах да, всё время забываю, что человек здесь в Академии всего один – это я. – Что с вами не так, Алисия Рэйнарс? – спрашивает мужчина Руки его упираются в стену по обе стороны от моей головы, заключив меня в своеобразный капкан. Некстати вспоминаю последнюю встречу с Антоном, когда я вот так же стояла в коридоре у стены, и невольно вздрагиваю. Словно почувствовав мой испуг, ректор выпрямляется и убирает руки. Разглядывает меня, чуть склонив голову набок: – Почему вы меня всё время искушаете? – Что? – вырывается у меня. Он, правда, это сказал? Я не ослышалась? Мужчина снова наклоняется ко мне, на этот раз держа руки за спиной. – Вы меня искушаете, – пауза, – нарушить обещание и провоцируете передать вас родственничкам, чтобы они отвезли вас к вашему престарелому жениху. – Вы знаете… – Что он старше моего умершего прадедушки? Знаю. Ваш отец, который приезжал сегодня за вами, долго мне объяснял, что я просто обязан вас отчислить. Он был чрезвычайно убедителен. – Но вы? – спрашиваю севшим голосом. – А кто за вас разберёт эти харуговы папки с документами? Нет уж, адепт Рэйнарс. Вы устроили беспорядок у меня в кабинете – вам его и ликвидировать. Назначаю вам ещё одну отработку. – Спасибо, – я пытаюсь улыбнуться. – Но, если, вместо того, чтобы учиться, вы продолжите заигрывать с парнями… – Но я не… – Идите, адепт. И постарайтесь вести себя в рамках приличий. Вот сейчас я бы очень хотела убить проклятого Рихара, из-за которого я осталась голодной да ещё заработала репутацию чуть ли не девицы лёгкого поведения. Энния ждёт меня снаружи. – Ну? Что он сказал? – Назначил мне ещё одну отработку. – У себя? – Ага. – Хотела бы я пойти на неё вместо тебя, – мечтательно говорит Энния. Но тут же приходит в себя: – Ой! Совсем ты мне голову заморочила. Бежим, профессор Эркин терпеть не может, когда опаздывают. Мы успеваем. Пара ещё не началась, и у нас хватает времени, чтобы отдышаться и даже съесть по творожнику. Как оказалось, Энния успела прихватить кое-что со стола. Мы с Эннией садимся за стол у окна, а за моей спиной ожидаемо устраивается Рихар. – Лисичка, – начинает он покаянно, – я не хотел так тебя подводить. – Адепт Волсумз, – и из моего горла вылетают звуки, похожие на рычание. – Я замечательно позавтракала. И получила дополнительную отработку. Дайте мне хотя бы магистра послушать.