ГЛАВА 3 · The good, the bad and the dirty
Из общежития нас выпустили только на следующее утро. Хорошо хотя бы, доставили из столовой еды, а не заставили принудительно поститься, чтобы искупить все наши грехи разом. А ведь грехов накопилось ну очень много.
— И ведь не спросить даже… — расстроенно пробормотала я. — Хотя… Может, в новостных сводках что-то такое мелькнуло… Надо бы Сеть проверить…
Увы, ни один новостной ресурс ничего о нашем любимом университете не писал… Хотя вообще об универе не писали даже тогда, когда у алхимиков однажды обвалились межэтажные перекрытия. Не пострадал никто тогда только чудом, а общественное мнение постановило, что сами идиоты. Алхимики вообще часто зарывались со своими экспериментами, портя имущество учебного заведения и нервы администрации, а также тех, кто алхимиком не являлся.
— Может, произошло убийство? — азартно предположила Хельга на следующее утро. Подруга обожала мрачные и жуткие истории.
Я тоже обожала… Но не в реальности.
Из комнат нас уже готовы были выпустить, а вот из кампуса выход был все еще закрыт. И объяснять никто ничего не спешил. Чертовски подозрительно.
— Ну тебя, Хель. Вечно ты чего-то такое придумываешь, — вздохнула Натали. — Не надо нам этих ужастиков. И вообще, я хочу по магазинам. И в кино. А нельзя! Безобразие!
О да, это была большая потеря для нашего досуга… Вот только не для моего. Одна стипендия уже закончилась, следующую еще не выдали. Да и вообще, после всученных мне Полозом туфель все остальное уже казалось чем-то настолько незначительным, что и упоминать не стоило… Вообще, эти лодочку впору было не носить, а хранить в стеклянной витрине, учитывая, сколько они на самом деле стоят… А я ведь посмотрела в Сети… На свою голову.
Если Кассиусу Фелтону приходило в голову размазать кого-то по полу тонким слоем, он не мелочился… В такие моменты я особенно сильно ощущала, что принадлежу к среднему классу, сравняться с кем-то вроде Скотт или Фелтона мне не удастся при всем моем желании.
— Я тоже хочу в кино, — тихо вздохнула Стейси. — Сейчас как раз такие премьеры интересные… Жизнь чертовски несправедлива! Зачем было закрывать кампус?
Я пожала плечами и предположила:
— Возможно, чтобы подозреваемые не покинули территорию…
Стейси и Нат переглянулись и закатили глаза.
— Одна помешана на ужасах, вторая — на детективах… С кем мы только живем?! Так и рехнуться недолго.
Учитывая, что увлечение Стейси и Натали было куда опасней, то могли бы и не жаловаться. Девочки были помешаны на здоровом питании. Как по мне, так это было куда хуже для окружающих. Меня вот уже начинало тошнить даже от вида вареной куриной грудки и мюсли… Каждая секта пытается заполучить себе как можно больше последователей, в том числе секта здорового образа жизни.
Для меня получить возможность побродить по территории университета уже и так само по себе стало подарком. Хоть какое-то подобие свободы — это определенно лучше полного ее отсутствия. Так что первым делом я отправилась разведывать, что же произошло в университете такого, что пришлось запирать студентов в комнатах.
Девочки только покрутили пальцем у виска и втроем ушли в наш местный продуктовый, как они сказали, «запасаться на случай бомбежки». Что имелось в виду под бомбежкой, я так и не поняла особо.
Народ на улицу не спешил, даже получив официальное разрешение на выход из общежитий, и это казалось мне чертовски странным. Я заметила только Ребекку Скотт, что прогуливалась по аллеям под руку с какой-то невыразительной брюнеткой, которую и раньше доводилось видеть рядом с Луной. Вероятно, какая-нибудь «фрейлина», не иначе.
Заметив меня, Скотт зачем-то помахала рукой и двинулась навстречу, чем поставила меня в тупик. Я не могла с ходу назвать ни одной причины, по которой бы Ребекке пришло в голову со мной пообщаться. Ее спутница наморщила нос, развернулась и пошла прочь, будто я могла заразить ее чем-то.
— Эшли! — обратилась ко мне Ребекка с ясной улыбкой. — Ты ведь Эшли, я не ошибаюсь?
Я растерянно кивнула, плохо понимая, каким чудом эта девушка могла знать мое имя. Вряд ли у нас с ней имелись общие друзья.
— Верно. Эшли. Тебе что-то понадобилось? — спросила я, слабо понимая, что тут происходит.
Мы учились в одном университете, но жили словно бы в разных мирах, ничего общего.
— Я видела то объявление об аукционе, — рассмеялась девушка. — Никогда не видела, чтобы Касс так сильно бесился. Ты можешь с гордостью говорить, что добилась ярости самого Полоза. Сильно, нужно сказать.
Мне оставалось только моргать. Неужели Ребекка Скотт одобрила мою выходку в отношении своего первого и главного поклонника?
— Не стоит так сильно удивляться, — покачала головой целительница. — Подчас Кассиусу полезно получать щелчки по самолюбию. Это его мобилизует. Да и вообще, смотреть, как Касс злится, — это так забавно.
Вот уж действительно странные отношения…
— Он меня не убьет? — осторожно осведомилась я, надеясь воспользоваться тем, что Скотт так доброжелательно настроена по отношению ко мне. Надо же, в конце концов, разведать ситуацию…
Ребекка рассмеялась, прикрывая рот изящной ладошкой. О стоимости маникюра я могла только догадываться. Хотя и так было понятно, что Скотт — девушка не из дешевых.
— Кассиус? Что ты, — улыбнулась она. — Кассиус в жизни не поднимет руку на женщину. Он джентльмен. Хотя… Кассиус невероятно злопамятен… Думаю, что испортить тебе жизнь он все-таки постарается.
А я-то надеялась, что он все быстро и легко забудет. Он ведь джентльмен… Вроде как. Ну или мы по-разному воспринимаем это понятие.
— Слушай, а ты не в курсе, что такого случилось, что вчера нас всех заперли по комнатам? — наугад спросила я у целительницы.
Та, к моему удивлению, со вздохом сказала:
— Произошло нападение на одного из преподавателей.
Да уж, это точно куда серьезней того странного дыма на студенческой вечеринке. И даже серьезней попыток вломиться в музей. Вот только…
— Но… кто?
Ребекка тихо вздохнула и ответила:
— Профессор Харрис, демонолог. Так печально… Он ведь одинокий совсем. Так и живет в университете…
Про профессора Харриса мне слышать доводилось. Он действительно предпочел поселиться прямо в кампусе, в общежитии для преподавателей. Так немногие делали, все-таки собственное жилье всегда уютней.
В голосе целительницы звучало столько грусти, что я поневоле заподозрила самое худшее.
— Он что, умер?
Скотт охнула и замотала головой:
— Нет-нет! Он жив и даже в относительном порядке! Только ожог на запястье, но это, право, мелочи! Могло быть куда хуже!
Надо же… Столько подробностей! И откуда только такая осведомленность у прилежной студентки четвертого курса? Ну, ладно еще я со своим патологическим любопытством, но Скотт-то точно не имела привычки лезть везде без мыла!
— А тебе это откуда известно? — с подозрением спросила я у подружки Полоза.
Девушка улыбнулась:
— Кассиус сказал.
Замечательно.
— А он-то откуда знает?
Сомневаюсь, что на досуге Полоз раскладывает карты Таро, чтобы открыть себе тайны прошлого и будущего.
— Ну… Кассиус откуда-то всегда все знает, — развела руками Скотт. — Иначе бы его не называли Королем. Я сама порой не понимаю, как он получает все новости до того, как они доходят до простых смертных.
После этого мы с Ребеккой чинно распрощались, и я отправилась к себе переваривать услышанное. Чтобы у нас еще и на преподавателей нападали?.. Почему же никому ничего не известно, а Полоз уже в курсе произошедшего? Кто ему так лихо сливает информацию? Он ведь всего-навсего студент, пусть и из очень состоятельной и уважаемой семьи…
Странно все как-то…
Словом, в комнату я вернулась в самых расстроенных чувствах. Казалось, что рядом назревает что-то действительно интересное, но — вот незадача! — я даже не знала, в какую сторону копать.
— Эшли, у тебя взгляд как у маньяка, — радостно сообщила мне Хельга, как только увидела.
Она в тот момент, явно назло остальным девчонкам, готовила что-то экзотическое и дико острое в нашей общей на четверых мультиварке. Подчас Хель устраивала кулинарные эксперименты, которые смущали даже меня.
Стейси и Натали смотрели на процесс готовки с явным подозрением.
— Это комплимент? — осторожно уточнила я у подруги.
— Это констатация факта, — фыркнула она, вытаскивая мешочек с какими-то специями, от которых у меня тут же засвербело в носу.
Натали вздохнула и сообщила, что сегодня явно будет есть только йогурт. Стейси чихнула, но выразила полную готовность съесть приготовленное Хельгой блюдо.
— До чего ты докопалась? — с интересом спросила Животное.
Мои губы растянулись в довольной улыбке.
— Скотт сказала, что напали на профессора Харриса. Именно поэтому нас и запирали.
После такой новости последовала немая сцена.
Первой слова подобрала Натали.
— А ей-то откуда известно?
Я фыркнула.
— От Фелтона.
— А этот змей откуда узнал? — совершенно растерялась Нат. — Он у нас пророком местным заделался, что ли?
Ага. Пророк. Святой Кассиус Всезнающий…
— Откуда сам Полоз все это знает — загадка даже для Скотт, но она намекает на тайные источники.
Мы переглянулись. Думаю, не мне одной осведомленность Фелтона показалась очень уж подозрительной.
— Как-то все навалилось сразу… Тот случай на вечеринке, потом музей… Теперь вот на преподавателя напали, — принялась загибать пальцы Натали. — И все это подряд. Очень странно.
Мне тоже так казалось.
— Может, в музее и правда замурован какой-то древний колдун? — со смешком предположила Стейси.
Ага. Колдун, его посох и еще парочка гримуаров до кучи…
— Да ну тебя, — махнула я рукой. У меня была бурная фантазия, но не настолько. — Да музей сгорел дотла лет тридцать назад. Его полностью перестраивать пришлось. Так что всех замурованных колдунов, если они были, уже давным-давно раскопали.
Как гласят университетские легенды, в тот год выпустился какой-то особо чокнутый алхимик, который во время выпускного решил в состоянии подпития еще раз повторить опыт, благодаря которому получил диплом о высшем образовании. Почему ему пришло в голову делать это рядом с музеем — тайна, покрытая мраком, но в результате ему якобы приходится по сей день выплачивать компенсацию родному учебному заведению.
Хель, продолжая помешивать что-то неизвестное в мультиварке, произнесла:
— Ну, оно, конечно, так… Но ведь строили-то все равно на старых фундаментах. У нас много чего горело, но восстанавливают все всегда на том же месте.
Хельга любила покопаться в истории, особенно в истории университета, поэтому ее слова под сомнение ставить никому и в голову не пришло.
Тут все призадумались.
— То есть если здание и переделывалось по двадцать раз, то подвалы могли сохраниться еще со стародавних времен? — озвучила общую мысль Стейси.
Хельга попробовала результат своего эксперимента, удовлетворенно хмыкнула и сказала:
— Ну, в целом да. Так что вот там как раз и может быть замурован труп древнего колдуна. Как-то так.
Я начала нервно хохотать первой, девчонки подключились следом. Хель неодобрительно вздохнула.
— Ну почему же именно колдун? — спросила я, немного успокоившись. — Может, там какая-то книжка спрятана со всеми тайнами мира?
Хельга вытащила из тумбочки тарелки и принялась накрывать стол на четверых. Я едва удерживалась от счастливых воплей, предвкушая поедание вкусной, но совершенно нездоровой пищи.
— Ну, потому что книга — это точно не так интересно.
О да, с этим не поспоришь.
После сытной трапезы (да, пища нездоровая, но после куриных грудок и прочей диетической прелести почему-то уминали за обе щеки все четверо) Натали предложила сходить к профессору Харрису. Основы демонологии нам год назад он читал, следовательно, причина навестить пострадавшего в лазарете как бы имелась. А любопытство мучило всех без исключения, как оказалось.
Уж у кого, у кого, а у меня даже мысли не возникло отказаться.
Собравшись наскоро, мы отправились к больному, чтобы, уже войдя в больничный корпус, услышать возмущенное шипение.
— Профессор, быть может, вы измените свое решение и сделаете, как я прошу?
Мы замерли на месте, изумленно переглядываясь.
Первой сообразила я, поманив остальных в сторону ниши, где можно было спрятаться и немного… подслушать. Потому что если уж Фелтон тут, в лазарете, да еще и разговаривает с кем-то таким тоном, то творится нечто интригующее.
Когда же Полозу ответили, у нас и вовсе глаза из орбит вылезли.
— Вы пытаетесь угрожать беззащитному калеке? — с долей иронии произнес… наш декан. — Ну как же, молодое дарование, талант в области боевой магии, который, кажется, поступил на некромантию, только чтобы эпатировать публику…
Уж узнать голос профессора Бхатия с его характерным акцентом труда не составило. Полоз и Бхатия говорят о чем-то… Тут точно можно было призадуматься. И Фелтон… Ну какой из него боевой маг? Я этих ребят видела, они его как минимум в полтора раза больше.
— Профессор, уж мне-то можете не рассказывать про собственную беззащитность, — протянул крайне невежливо некромант. — Это ведь вас вызывали на задержание той банды, захватившей аэропорт. Очевидцы говорили, что вас впору супергероем называть. Куда мне, недоучке, с моими скромными возможностями. И разве я прошу у вас слишком многого?
Черт… Как же жаль, что мы пропустили ту часть, где Полоз что-то просит…
У Стейси лисьи уши отросли от любопытства.
— Ваша наглость переходит все возможные границы, мистер Фелтон, — произнес декан с еле сдерживаемым возмущением. — И думаю, на этом наш разговор можно считать законченным, молодой человек.
Первым к выходу прошел профессор, причем на удивление быстро… И непонятно было, как еще после его трости дырки в полу не остались.
Следом прошел и Полоз, причем ссутулившись и засунув руки в карманы брюк, чего за ним раньше никогда не водилось. Король всегда сохранял королевскую осанку… Да и на лице у него было довольно-таки злобное выражение, вместо привычной снисходительности и пресыщенности. Какие метаморфозы… И всего-то за одни сутки!
Заговорить мы с подругами решились только спустя минут пять, когда стало ясно, что Полоз назад не явится.
— Что это было? — обалдело спросила Стейси. — Фелтон хамил преподавателю! Мы что, все еще спим?! Ущипните меня!
Я тут же выполнила просьбу оборотнихи.
— Эй, Эш, ну не так же сильно! — возмутилась она, потирая пострадавшую руку. — Ну, по крайней мере, точно не спим.
Ну, или спим, но слишком крепко…
— Что только ползучему гаду могло понадобиться от нашего декана? — тихо пробормотала Хельга. — Вряд ли у них так много общих дел…
Натали криво усмехнулась и заявила:
— Но диплома с отличием Полозу не видать как своих ушей. После такой выходки декан его точно на государственном экзамене завалит. И будет абсолютно прав.
С этим все были полностью согласны: не то чтобы наш декан отличался какой-то особенной мстительностью, но неподобающего отношения к себе не терпел и никому не спускал.
— Ладно, пошли уже к Харрису, — вздохнула Хельга. — Происходящее становится все более и более странным…
На том и порешили.
Профессор Харрис выглядел вполне бодро для жертвы нападения: все тот же цветущий, чуть полноватый мужчина, чья светлая шевелюра едва начала редеть. О нападении профессор не помнил ничего.
— Наверное, кто-то из студентов пошутил неудачно, — с неуверенной улыбкой сказал преподаватель, разводя руками. Повязка на левом запястье сразу привлекла мое внимание. — Ничего такого и не произошло. Завтра уже меня выпустят отсюда.
Что-то все-таки произошло… Потому что, уверяя нас в обыденности случившегося, профессор Харрис постоянно норовил отвести взгляд. Интересно почему?
— Я очень рад, что вы меня навестили. Хотя у меня сегодня так много посетителей, что даже странно… И профессор Бхатия, и мистер Фелтон…
То есть они оба зачем-то приходили к пострадавшему от чьей-то выходки преподавателю?
В общежитие мы возвращались в гробовом молчании, каждый размышлял над тем, что нам удалось разузнать.
— Фелтон и наш декан точно знают что-то о произошедшем, — подвела итог я. — И, кажется, нападение на профессора Харриса, происшествие в музее и беспорядок на вечеринке действительно как-то связаны.
С моими выводами подруги были полностью согласны.
— И не знаю, как насчет профессора Бхатия, — вздохнула Натали, — а Полоз вроде бы даже… паникует. Сам на себя не похож…
Хельга пожала плечами.
— Словно бы мы так уж хорошо знаем Фелтона…
Верно. Никому из нас не доводилось прежде общаться с Полозом. Не того круга, не того факультета… У нас не было ни одной причины, чтобы водить с ним знакомство, а для самого Фелтона я и мои подруги не существовали до той злосчастной вечеринки, которую я закончила в компании некромантов.
— Ладно, — вздохнула я. — Все равно нам ничего не добиться ни от Полоза, ни от декана Бхатия.
Тут подала голос Стейси, которая первым делом после возвращения полезла в Сеть.
— Девчонки, два дня назад было совершено нападение на министерство магического развития, — озадаченно произнесла она. — Список похищенного прессе не сообщили, но говорят, что украдено много…
Прозвучало все очень даже многозначительно.
— Ну и что? — пожала плечами Нат. — Нет, конечно, все это очень удручает, и я понятия не имею, куда смотрела наша доблестная полиция… Но…
Животное раздраженно рыкнула.
— Два дня назад! И вся чертовщина в универе началась после этого! Вам не кажется, что все связано?
Уж на что я любила все эти таинственные истории, и то посчитала, что все шито белыми нитками. Где министерство — и где наш университет? Небо и земля.
Но все-таки что такого могли скрывать в нашем музее?.. Может, порыться в библиотеке? Там же должны быть какие-то записи, которые касаются музея… Девочки идти уже никуда не хотели, так что пришлось топать в гордом одиночестве. Не очень весело, учитывая, что во время каникул библиотека больше всего напоминала склеп. Ни одной живой или мертвой души. Хорошо, хотя бы не заперли до начала следующего семестра…
Правда, к своему удивлению, побродив немного между полок, я услышала стук каблуков.
Ну и кому еще приспичило почитать в такое неподходящее время? Двинувшись на звук, я в конце концов столкнулась с Ребеккой Скотт и, бросив взгляд на корешки книг, поняла, что ее тоже интересовала история университета.
— Эшли? — удивилась она, заметив меня. — Что ты тут делаешь?
— А ты? — с иронией спросила я, подозревая, по какой именно причине Луна, признанная первая красавица университета, решила расширить свои знания.
Скотт неуверенно улыбнулась.
— Я… Хочу кое-то узнать, — произнесла она.
О да… И я даже подозревала, что именно.
— Интересуешься историей университета? — спросила я, косясь на полки с книгами.
Ребекка пожала плечами.
— Почему бы и нет? Все равно из кампуса нас не выпускают, так почему бы не обогатить себя знаниями? Лишними они точно не будут.
Ох, неспроста Ребекка Скотт пожелала почитать… Я уже готова была допрашивать ее по полной программе, но тут выяснилось, что почему-то библиотека стала самым популярным местом этого дня.
— Ребекка, душа моя, ты здесь? — окликнул Фелтон.
Девушка тяжело вздохнула и велела мне спрятаться и пробираться к выходу. Да я и сама предпочитала пока не отсвечивать и тут же скрылась за ближайшим стеллажом. Вот только уходить у меня не было ни малейшего желания.
— Да, сердце мое! — отозвалась Ребекка, убедившись, что меня не видно.
От этих нежностей у меня даже зубы заболели: слишком уж сладко.
Судя по шагам, к своей ненаглядной Фелтон не шел — бежал.
— Луна моя, я же просил тебя, — со вздохом мягко укорил девушку Полоз.
В этот момент мне ужасно не хватало попкорна и места в первом ряду, чтобы иметь возможность с максимальным комфортом наблюдать за разворачивающейся сценой.
— Просил. Но что это меняет, Кассиус? — тихо вздохнула Скотт. — Кажется, я уже высказывалась по этому поводу, не так ли?
— Ты знаешь, что твое упрямство превосходит только твоя красота?
В этот момент меня накрыло двумя прямо противоположными чувствами: с одной стороны, от сладости затошнило, с другой… я бы не возражала, если бы мне сказали что-то подобное. Ну, или хотя бы с похожей интонацией отвесили дежурный комплимент.
Но… Ребекка Скотт и правда редкостная красавица и истинная леди… С ней равняться — занятие изначально безнадежное.
— Льстец, — рассмеялась целительница, не скрывая удовольствия от слов Полоза. — Прошу, расскажи мне, что происходит. Ты никогда не волнуешься по пустякам, я же знаю.
Вздох Фелтона оказался достаточно тяжелым, чтобы я его услышала из своего убежища.
— Душа моя, не все стоит знать, поверь, — произнес он. — Не стоит брать пример с девиц, у которых интеллект был побежден патологическим любопытством.
Стоп. Это был камень в мой огород, что ли? Вот же зараза… И что я ему только успела сделать?.. Хотя… пила на брудершафт по пьяни, потребовала туфли, выставила на аукцион рубашку… Наверное, по меркам Кассиуса Фелтона, этого уже достаточно, чтобы вызвать его высочайшее неодобрение.
— Мне казалось, я имею право знать, что происходит с тобою… Я ведь не чужой человек, сердце мое… — с досадой произнесла Скотт. — И вот у тебя появились секреты… Ты меня расстраиваешь.
Интересно, кто пишет им реплики? Таким всем из себя утонченным и возвышенным… И как они успевают выучить сценарий для каждого дня?
— Ребекка, я просто пытаюсь позаботиться о тебе в меру своих скромных сил… Прошу… — практически умолял свою подружку почти что всемогущий Король университета.
Да я во сне не могла увидеть, чтобы Полоз так с кем-то разговаривал! И это тот самый парень, который выставил меня идиоткой при куче народа!
— Ты же знаешь меня достаточно, чтобы понимать, я не испугаюсь. И постоять за себя смогу. Что происходит, Кассиус?
— Тебе лучше провести остаток каникул дома, душа моя. Я позвонил родителям, они устроят так, что тебя выпустят из кампуса и доставят домой, не волнуйся. Ты и так из-за меня ни разу не покидала территорию кампуса с самого поступления… Думаю, стоит изменить этой традиции, дорогая.
Скотт ответила не сразу, а когда заговорила, от привычного нежного голоска не осталось и следа. В ее словах было столько стали, что впору на корабельные тросы пускать.
— Я не покину кампус, Кассиус, — отчеканила Ребекка Скот. — Тебе не удастся ни уговорить меня, ни заставить. Неужели ты думаешь, я настолько труслива, что брошу тебя, когда у тебя возникли затруднения?
И снова тяжелый вздох Полоза.
— Нет, Луна моя, ты храбрей львицы и опасней змеи. Это я трус. И я до дрожи боюсь, что с тобой может случиться что-то дурное. Поэтому смилостивься и вернись домой на время каникул, если не хочешь, чтобы я умер от сердечного приступа в двадцать два года.
— У тебя идеальное здоровье. Ты еще всех переживешь, — и не подумала сдаваться Ребекка, продолжая стоять на своем. — Я могу за себя постоять, тебе ли не знать. И я остаюсь. Не желаю больше от тебя слышать хоть что-то о моем возможном отъезде!
А я бы на ее месте все-таки уехала. Если история действительно серьезная, то ни к чему рисковать собой, пусть даже из-за парня. Можно подумать, такая, как Ребекка Скотт, не найдет себе кого-то получше.
— Как скажешь, несравненная… Как скажешь… Но что же я скажу Эндрю? — обреченно пробормотал Фелтон и, судя по звукам шагов, принялся ходить туда-сюда.
— Зачем вообще что-то говорить Эндрю? Мне кажется, ни ему, ни моим родителям ни к чему лишний повод для волнения, не так ли? Это будет только между тобой и мной. Как всегда.
Так… А Эндрю-то кто?
— Ты предлагаешь мне солгать? — возмутился Полоз.
— Я предлагаю тебе промолчать, — мягко поправила некроманта Ребекка. — Идем, у меня есть прекрасный чай, который мне хотелось бы выпить с тобой.
Когда сладкая парочка наконец покинула библиотеку, я выдохнула с облегчением. Нашли где обсуждать свои проблемы! И хотя бы что-то толком рассказали! Столько словесной патоки — а толку ноль. И все-таки что именно искала здесь Скотт? Она ведь явно если не знала, то хотя бы догадывалась, в чем именно дело…
И тут мне в глаза бросилась книга, которая была поставлена небрежно, словно бы впопыхах. «История и легенды университета магии». Может, именно ее хотела прочитать Ребекка? Хотела искать ответ в легендах?..
Том был издан пятнадцать лет назад, но выглядел слишком уж новым. Стало быть, не так уж много желающих было приобщиться к его знаниям. Маги — существа практичные до крайности и предпочитают не тратить драгоценное время на то, чтобы копаться во всяческом старье… Этот подход постоянно расстраивает нашего декана, который, кажется, единственный считает, будто история магии — это нечто действительно важное.
— Даже в карточку некому книгу записать, — расстроенно вздохнула я. А потом махнула рукой. Ну, нарушать правила — так уж по полной программе. Тем более вряд ли кого-то еще, помимо Скотт, заинтересует история университета.
Еще бы понять, где именно стоит искать… А то книга большая… Нет, я обожала читать, но пока этот кирпич закончится, новый семестр наступит. Это меня точно не устраивало…
Я тяжело вздохнула и пошла обратно, молясь про себя, чтобы Полоз и его девушка уже пили чай в общежитии целителей и мне не пришлось бы увидеть обоих. Ребекку мне не хотелось встретить едва ли не больше, чем Фелтона: Скотт определенно понимала мою самооценку. Когда я долго ее не встречала — то сама себе нравилась на все сто процентов. Но после встречи с Луной сразу казалось, что я некрасивая, ужасно одеваюсь и веду себя… словом, не так, как должна себя вести воспитанная вежливая девушка.
Девчонок уже на месте не было, наверное, решили прогуляться по парку, раз уж все равно никаких развлечений больше нет. Я хотела позвонить кому-нибудь из них, а потом махнула рукой. Лучше расслабиться и почитать.
К сожалению, главы под названием «Подвал музея» не обнаружилось. Поэтому пришлось начинать с самого начала, хотя, к примеру, знание, что на территории кампуса может водиться от двадцати до пятидесяти призраков разной степени злобности, явно было лишним, как и тот факт, что университет изначально строился просто вокруг какого-то артефакта.
Призраков мне встречать не доводилось, а любые магические предметы за такое время попросту разрядились бы… Словом, чтение попалось увлекательное, но малополезное. Что же нашла Ребекка Скотт? Хоть самой иди к ней и вытряхивай правду!
Вот только тогда уже Полоз меня точно закопает… К его ненаглядной подступаться запросто было никак нельзя, если не хочешь получить очень большие неприятности. А я и так уже попала в черный список.
День прошел муторно и бесцельно… Совершенно бестолково. После долгого сидения взаперти в голове появилось такое странное чувство, словно по ней долго били чем-то тяжелым. Не помогло даже зелье против головной боли. Так что я встряхнулась и отправилась лечиться самым надежным способом — делать пробежку. Заставить себя делать это постоянно мне никак не удавалось по причине патологической лени, но время от времени все-таки вспоминала о том, что о теле тоже надо заботиться, а не просто готовиться к зачетам по физподготовке и фехтованию.
— Ты точно заболела, — с иронией констатировала Натали, наблюдая, как я натягиваю на себя спортивную форму.
Она, в отличие от меня, никогда не забрасывала тренировки. Натали была в нашей компании единственной девушкой с пышными формами и всю жизнь с ними боролась. В результате был подписан сепаратный мир: формы не перерестали допустимую норму, а Нат не забывала о том, что за телом нужно следить постоянно, а не тогда, когда пляжный сезон на носу.
— Наверное, заболела, — не стала спорить я.
Стейси хмыкнула и велела:
— Возьми с собой мобильный, а то мало ли что.
Я послушалась. Действительно, мало ли что. Хотя… Ну, я не очень боялась встречи с кем-то нежелательным: все-таки огонь — это одна из самых травмоопасных стихий, поэтому связываться с магами моей стихии никто особенно не рвался: даже первокурсник мог как следует изувечить нападавших. Притом совершенно не желая этого.
Ко мне даже в самых криминальных районах хулиганы предпочитали не приставать: волосы тонко намекали на то, что при необходимости я как следует могу поджарить зад.
Чтобы дойти до нашего стадиона, нужно было пройти через пару парковых аллей, и именно там произошло то, что в корне изменило мои планы: я услышала женский крик. Нормальная девушка, наверное, побежала бы за помощью… А я вот понеслась спасать сама, ломясь через кусты с грацией медведя после спячки.
Сперва я заметила Ребекку Скотт, стоящую явно в боевой стойке, а затем удалось разглядеть и фигуру в темной одежде, которая надвигалась на целительницу. Не знаю, может, Полозу Луна и сказала правду, что способна позаботиться о собственном благополучии, но я решила не проверять ее слова на практике и залепила по нападавшему хорошим качественным сгустком плазмы.
Подожженный враг заорал и пошатнулся. Я с боевым воплем бросилась вперед, намереваясь, если что, еще и ногами добавить: пламени я не боялась, как и все огненные.
Вот только преступник не стал дожидаться, когда ему еще наподдают, и сбежал, похоже, открыв портал. Было ощущение, будто он просто растворился в темноте: вот есть — а вот уже и нет. И только мы с Ребеккой остались стоять посреди темного парка.
— Надо сказать… ты появилась крайне своевременно, — выдавила Скотт, глядя на меня все еще круглыми от страха глазами.
Не знаю, как насчет «постоять за себя», но хотя бы слезы не льет — и то хлеб, как говорится.
Вот же Полоз… Словно накаркал… Днем упрашивал свою девушку уехать домой, а вечером на нее уже нападают.
— Кто это был? — осторожно спросила я, подходя к Скотт и поддерживая ее под локоть. Мне почему-то казалось, что она на своих каблуках просто свалится от навалившегося шока. — Ты его знаешь?
На предложенную руку Ребекка оперлась с благодарной улыбкой, но мне сразу стало ясно, что идти она в состоянии и без посторонней помощи. Да и бледной она мне не показалась.
— Признаться честно, понятия не имею. Даже разглядеть не удалось… Кажется, тот человек накинул на себя какой-то морок… Эшли, мне ужасно неудобно просить тебя о такой услуге, но не могла бы ты проводить меня к общежитию некромантов? Мне необходимо поговорить с Кассиусом.
Шляться поздним вечером после такого происшествия меня не тянуло, но Скотт смотрела так умоляюще… Что же, теперь я понимаю, почему парни никогда и ни в чем не могут ей отказать. Еще бы. Даже на меня этот взгляд трепетной лани подействовал.
— Но приходить в чужое общежитие, да еще в комнату парня, не самая лучшая идея, — заметила я.
Если нас заметят преподаватели, то ничего хорошего наверняка не выйдет. Профессор Бхатия тогда с меня живой точно не слезет… Замучает до смерти рассказами, что прилично, а что неприлично делать молодой девушке.
— Ты права, идея определенно не лучшая, — согласилась со мной Ребекка. — Но мне действительно необходимо встретиться с Кассиусом…
На кой черт ей понадобился Полоз именно сейчас, мне оставалось только догадываться. Как по мне, так лучше было бы вызвать кого-то из администрации и рассказать все.
— Но смысл идти к Фелтону? — спросила я напрямую.
Скотт довольно странно улыбнулась и заверила, что смысл как раз таки есть.
В общем… Я пошла с ней, хотя, кажется, еще совсем недавно готова была клясться всем подряд, что никогда больше ноги моей не будет в общежитии некромантов.
— Мне почему-то кажется, Полоз мне будет не рад… — пробормотала я обреченно, плетясь следом за целеустремленно идущей к цели Луной.
— Это зависит от множества факторов… И у меня почему-то есть подозрения, что и меня видеть Кассиус тоже будет не рад, — отозвалась целительница.
Несмотря на мои закономерные опасения, мы не привлекли ничьего внимания, пока шли к некромантам. Вот же странное дело: в кампусе творится черт знает что, но почему-то никому и в голову не пришло патрулировать территорию! Дивное головотяпство.
Когда мы оказались у нужного здания, мне в голову пришла гениальная по своей простоте мысль: совершенно необязательно идти на растерзание к Фелтону вместе с его подружкой. Пускай сладкая парочка разберется без меня: что бы там ни задумала Ребекка, я им в любом случае только помешаю…
Но стоило мне только озвучить свои размышления Скотт, как та тут же заверила, что вот как раз мое присутствие жизненно необходимо.
— Зачем? — удивилась я.
— Узнаешь, — покачала головой девушка, взяла меня за руку и повела за собой.
Возникло ощущение, что избавиться так уж легко от хватки Луны мне бы не удалось при всем желании, держала она достаточно крепко. Наверное, с фехтованием у этой трепетной девы не имелось вообще никаких проблем.
Вырываться я как-то постеснялась., и пошла следом за Скотт внутрь общежития, где я не так давно пала ниже некуда.
У некромантов было тихо. Как в могиле, честное слово. И никакого следа недавнего разгула.
— Ребята хорошо умеют прибираться… Еще бы не научиться: Кассиус так мотивирует…
Бить угрожает, что ли? Черт его знает, какие в этом сугубо мужском коллективе обыкновения… Полоз явно не напоминает добрую нянюшку, которая станет упрашивать.
— Говорят, ты уже успела здесь побывать? — с легкой иронией осведомилась Ребекка.
Я помялась немного, но все-таки подтвердила, что да, появляться здесь мне определенно приходилось. Пусть вспомнить толком свои подвиги так и не удалось.
— Практически завидую… Мальчики очень веселые… Но мне не дозволяется появляться в их компании. Кассиус костьми ляжет, но не позволит мне такого… — отозвалась Скотт.
Тоже мне, местный поборник нравственности…
Ребекка Скотт появлялась в общежитии некромантов явно в лучшем состоянии, чем я, потому что шла уверенно и комнату Фелтона нашла с первой попытки.
— Может, я все-таки пойду, а? — взмолилась я, когда девушка уже готова была постучать.
— Нет, — решительно заявила целительница.
Полоз открыл сразу, и меня постигло большое разочарование. Надо же, он и в свободное время предпочитал классические брюки и рубашки, а не переодевался в джинсы и футболки, как все нормальные здравомыслящие люди.
— Что ты здесь делаешь, Луна моя? — первым делом осведомился он, растерянно моргая.
Появление подружки в такое неподходящее время явно озадачило Короля.
Ребекка решительно вошла в комнату, втянула меня следом за собой, а потом захлопнула дверь одним изящным пассом.
Поняв, что вместо одной девушки на него свалились две, Фелтон изрядно озадачился.
— А ее ты зачем привела? — спросил он.
— Я тоже ничего не понимаю, — поспешно открестилась я.
Еще больше неприятностей с Полозом мне точно было не нужно.
Ребекка отпустила мою руку и решительно двинулась на парня.
— Кассиус Бенедикт Фелтон, не кажется ли тебе, что ты взял на себя слишком много? — спросила она довольно сухо.
Означенный Кассиус Бенедикт Фелтон, казалось, совсем растерялся.
— Душа моя, чем я вызвал твое недовольство?
Ребекка тяжело вздохнула и отступила на шаг.
— Это ведь ты организовал сегодня нападение на меня? — спросила она.
Судя по тону, девушка ни капли не сомневалась, что в случившемся повинен именно ее ненаглядный. Фелтон… Ну не знаю… Вообще-то, того типа в парке я подожгла, а это довольно серьезно. Полоз же бодр и здоров, судя по всему. Или попросил кого другого подобраться к Скотт?
— На тебя напали?.. — упавшим голосом произнес Полоз. — Душа моя, ты цела? Все в порядке? Сильно испугалась?
Плюс сто баллов за актерское мастерство. Даже в такой ситуации не сбиться с высокопарного слога — это, пожалуй, сильно.
— Кассиус, не паясничай! Это твоих рук дело?
Фелтон в этот момент выглядел оскорбленным до глубины души.
— Ты так дурно обо мне думаешь?
— Я так хорошо тебя знаю. Ты обожаешь добиваться своего всеми возможными и невозможными способами. Я отказалась уехать — так почему бы не напугать так, чтобы мне пришлось изменить свое решение? Кем рискнул? Александром? Лесли? Быть может, Лео? Имей в виду, Эшли била так, будто это действительно был преступник.
Так это был дурацкий розыгрыш?
Полоз посмотрел на меня как-то странно и произнес:
— Душа моя, все студенты моего факультета, которые остались в кампусе, сейчас находятся в общежитии, и все они живы и здоровы. Мне больно думать, что ты такого дурного мнения обо мне, но я действительно ни при чем…
Понять, говорил Фелтон искренне или нет, лично мне не удалось. Кажется, Ребекке тоже, потому что она спросила:
— А что, если я пойду и осведомлюсь о здоровье каждого из твоих друзей лично?
Не знаю, на какую именно реакцию рассчитывала целительница, но явно не на ту, которую выдал Кассиус Фелтон.
— Думаю, моим друзьям будет крайне лестно знать, что ты заботишься об их самочувствии, — произнес он с полным спокойствием. — Разумеется, ты можешь переговорить с каждым. Только, умоляю, не проси проводить осмотр, иначе они смутятся.
Ага. Смутятся они, как же… Кажется, он говорит не о тех людях, которые в непотребном виде катали меня по кампусу в продуктовой тележке.
— Рыжая, — обратился внезапно ко мне парень, — спасибо, что вступилась за Ребекку. Я этого не забуду.
В последнем даже сомневаться не приходилось: у меня уже была возможность уяснить, что Полоз никогда и ничего не забывает.
— Но я не желаю, чтобы ты разгуливала поздно вечером по кампусу, — внезапно добавил Фелтон, глядя на меня прямо как папа, когда после возвращения домой от меня пахло алкоголем.
Отчитывать меня, словно ребенка, у некроманта права точно не было, учитывая, что я ему была не друг, не родственница и не подружка, так что я только скривилась в ответ. Но отвечать не стала. Так, на всякий случай.
— Кассиус, то есть это точно не часть твоего хитроумного плана? — еще раз на всякий случай уточнила Ребекка Скотт, прикоснувшись к щеке своего парня. — Поклянись.
Тот вздохнул и закатил глаза, демонстрируя, как сильно утомил его этот разговор.
— Нет, Луна моя, я не приложил к этому руку. Могу хоть своей магией поклясться в невиновности, — снова повернулся к Ребекке Фелтон. — Это не попытка отправить тебя домой. Но, надеюсь, теперь ты понимаешь, что уехать действительно следует?
Скотт упрямо сжала губы. Я бы на месте Короля не надеялась, что к его девушке внезапно вернулось благоразумие.
— Я уеду, только если ты уедешь, Кассиус.
Как же мне мучительно не хватало попкорна… Вообще, я уже для себя точно решила: лучше всего наблюдать за отношениями Скотт и Короля, сидя в кресле с попкорном.
— Господи ты боже мой, — тяжело вздохнул Фелтон. — Душа моя, но я попросту не могу уехать. И говорил тебе это не единожды.
В глазах Ребекки был настоящий вызов.
— Тогда не требуй этого и от меня. Я не оставлю тебя.
— О, женщины… — простонал Полоз, понимая, что все равно ничего не добьется.
Почему говорил он во множественном числе, я не очень-то поняла.
Если Фелтон надеялся, будто Луна поверит ему на слово, то он жестоко ошибался: она лично отправилась проверять, все ли оставшиеся в университете некроманты на месте и нет ли среди них тех, кто мучается от ожогов. К ее огромному разочарованию, Полоз сказал абсолютную правду: никто из студентов этого факультета не исчез и никак не пострадал.
Я же получила возможность посмотреть, как проводят свободное время некроманты, когда не упиваются до состояния дров. Оказалось, читают, играют на рояле, играют в покер и шахматы и в целом ведут себя вполне благопристойно. То ли действительно белая кость, то ли просто старательно копируют своего лидера.
— Довольна, душа моя? — осведомился Фелтон, когда обход был завершен.
Ребекка с разочарованием ответила:
— Довольна, сердце мое. Хотя, признаться, была бы куда более рада, если бы оказалась права.
Однако что-то тут все равно нечисто, если уж целительница в первую очередь начала подозревать именно своего парня, а не кого-то другого.
— Замечательно, — вздохнула я, — раз уж все разъяснилось. А теперь я могу уйти, наконец, к себе?
Хотелось уже оказаться у себя, рассказать все девчонкам и лечь спать. И желательно, чтобы и снов никаких не было.
— Одной? — ужаснулась моим словам Ребекка. — Как можно? Кассиус?..
Тот кивнул.
— Разумеется, рыжая никуда одна не пойдет. Попрошу кого-нибудь из парней сопроводить ее. А тебя отведу в общежитие сам. И больше никаких самоубийственных фокусов.
В любой другой ситуации меня бы возмутило такое посягательство на свободу… Но не после того, как на моих глазах пытались напасть на Ребекку Скотт. Тут уж не до борьбы за равноправие, честное слово… Пожалуй, я была даже рада тому, что у меня будет сопровождающий.
— Считай, что про рубашку я уже забыл, — шепнул мне на прощание Полоз, когда Ребекка отвлеклась.
Я не сдержалась и съязвила:
— Наверное, сейчас я должна была умереть от счастья.
— Никаких манер, — украдкой вздохнул Фелтон и отправился за тем, кто должен был меня сопровождать.
Надо сказать, что парень мне понравился. Вот чисто внешне — очень даже ничего: на полторы головы выше самого Полоза, светловолосый, светлоглазый, с обаятельной улыбкой… И в простом свитере с оленями, что разом приравнивало его к прочим простым смертным. Для меня все это было очевидными плюсами.
— Это Френсис Блэквуд, — представил мне своего приятеля Король. — Рекомендую его как достойного молодого человека, заслуживающего полного доверия.
Как у меня глаза из орбит после такого не вылезли, понятия не имею.
— Э… Эшли, — пробормотала я, плохо представляя, что теперь делать.
Мне часто приходилось знакомиться с новыми людьми… но никогда это не происходило настолько церемонно.
— Очень приятно, Эшли, — произнес с дружелюбной улыбкой Френсис и, очевидно, решив добить меня, поцеловал руку.
Ну, как поцеловал, просто обозначил поцелуй, даже кожи губами не коснулся, но шок у меня все равно был сильным… Я не знала, то ли краснеть, то ли бледнеть, то ли в обморок падать.
— Так правильно, Кассиус? — спросил, выпрямившись, у Полоза мой новый знакомый.
Фелтон удовлетворенно кивнул и подтвердил:
— Вот теперь все отлично. И если рыжая не упадет в обморок, то все будет вообще прекрасно.
Ребекка, которая наблюдала за всем происходящим, рассмеялась.
— Вам лишь бы вгонять девушек в краску. Мальчишки… Эшли, не волнуйся ты так, тебя не хотели обидеть.
Хотели они меня на самом деле обидеть или нет, а вот вогнать в состояние ступора точно удалось…
— Экспериментаторы, — только и удалось мне выдохнуть напоследок.
В итоге сладкая парочка попрощалась со мной со всеми возможными придворными расшаркиваниями, после чего Френсис взял меня под руку и повел, куда было сказано. В нашу общагу.
— Сегодня чудесная погода, — произнес он, стоило нам только выйти на улицу.
Я с подозрением уставилась на затянутое тучами небо, зябко передернула плечами и из одной только вежливости согласилась.
— Неудачное начало для светской беседы? — уточнил Блэквуд, опасливо поглядывая на меня.
Вообще, сложилось впечатление, что некромант ужасно смущен. Хотя чего бы ему смущаться кого-то вроде меня?
Я сама разглядывать некроманта не решалась, а то еще подумает что-то не то. На Блэквуда я только косилась.
— Ну, вообще-то… да, — неуверенно ответила я, не совсем уверенная в том, что сейчас стоит проявить откровенность. — А это точно была светская беседа?
Френсис не выдержал и захохотал.
— Ну… я честно пытался соответствовать. Но, наверное, Кассиус не прав, и тут дело все-таки именно в наследственности.
После этих слов мне удалось уяснить одно: отправленный сопровождать меня студент тоже обычный и вполне нормальный человек, которому только приходится соответствовать аристократическим замашкам костяка факультета.
— Ну и как живется простым смертным среди небожителей? — спросила я у парня.
— Не хуже и не лучше, чем везде, — ответил Блэквуд, пожав плечами. — Везде есть и отличные ребята, и такие, что хоть в петлю лезь. Меняется только цвет занавесок и фасон рубашек.
Как-то в такое не верилось. Некроманты вели себя точно не как нормальные люди.
— И к кому можно отнести Полоза? — не смогла сдержать любопытства я. — К отличным ребятам или тем, из-за кого в петлю лезть придется?
— Ну… Для Кассиуса правильней выделить отдельную группу. Только для него.
Можно подумать, он чем-то выделяется, кроме отличных оценок да непомерного эго. Но по тону Френсиса можно было сказать, что к лидеру факультета парень относится более чем благосклонно. Но ведь у ползучего гада такой характер, что и мертвого доведет!
— А что скажешь о Ребекке Скотт?
Тут последовала пауза.
— Страшная женщина, — рассмеялся Блэквуд, взлохматив волосы мальчишеским жестом. — Другая бы дамой сердца нашего Фелтона стать не смогла. Хотя ресничками хлопает исправно…
Не совсем поняла Френсиса, поэтому уточнила:
— Она что, опасна, что ли?
Некромант пожал плечами.
— Умеренно опасна, я бы сказал. Частично за счет того, что если тронуть Ребекку, то непременно получишь от Кассиуса, но частично представляет угрозу и сама по себе.
Ребекка Скотт, Луна — и представляет угрозу? Поверить в такое было более чем сложно. Она же… она же Ребекка Скотт! Девушка в шелках и изящных туфельках, с русалочьими глазами.
— Но, кажется, к тебе она почему-то относится неплохо, — заметил Френсис с одобрением. — Держись Скотт, она из такой семьи, что даже приятельствование с ней и то может принести много пользы.
Моему возмущению не было предела. Понятно тогда, почему этот тип поладил с Фелтоном. Наверняка Блэквуд умеет подольститься, чтобы добиться желаемого.
— Ты выбираешь друзей по тому, сколько выгоды они могут принести? — процедила я, не пытаясь скрывать презрения.
Не выносила таких людей. Какая корысть вообще возможна в дружбе?
— Нет, — пожал плечами некромант, не выказывая никакого раздражения от моего тона или слов. — Но если так случилось, что друг обладает некоторыми… возможностями, то почему не попросить его о помощи? Кому от этого станет хуже?
Если рассуждать подобным образом, то вроде бы действительно ничего страшного… Но все равно меня не покидало ощущение, что я побывала в змеином гнезде и унесла с собой за пазухой парочку гадов попротивней.
— Не одобряешь… — сделал верный вывод Блэквуд со вздохом. — Это все от молодости и идеализма, как говорит мой дядя Говард. Ладно, мы уже пришли. Доброй ночи, Эшли. Надеюсь, больше с тобой ничего не случится.
Силы вежливо попрощаться у меня еще нашлись, после чего я ушла к себе переваривать все происходящее.
Итак, кто-то напал на Ребекку, а она почему-то посчитала, что это устроил ее парень в попытке облагодетельствовать ее. Фелтон все отрицает и вроде бы даже сумел доказать свою непричастность. Я медленно поднималась по ступенькам и старалась уложить все в голове. Получалось… ну не очень хорошо получалось. Таким, как я, точно не стоит думать о карьере детектива или что-то в этом роде. Ни единой дельной мысли… Какая незадача.
Девчонки уже опять что-то кашеварили, на этот раз втроем. Ну, как втроем… Стейси заняла позицию наблюдателя и время от времени комментировала совместные усилия Нат и Хельги. Между этими двумя шла кулинарная битва: у обеих был творческий подход к готовке, но — вот беда — прямо противоположный. Так что имелась большая вероятность, что ужина нам сегодня не дождаться.
— О! Бегунья явилась! — тут же прокомментировала мое появление Стейси. — Что-то ты сегодня припозднилась.
А то.
— Если бы вы знали, где меня носило… — с предвкушением протянула я, чувствуя себя буквально звездой вечера. Меня просто разрывало на части от желания поделиться новостями.
Рассказывала я так бурно и эмоционально, что подруги едва не спалили ужин, напрочь забыв о том, что вообще готовят.
— То есть на Скотт напали, а ты чуть не спалила нападавшего к чертям? — уточнила Хельга. — Всегда говорила, что огненные опасны для общества. Похлеще алхимиков. Почему вообще ваши заклинания настолько травмоопасны?
Словно бы я знала… Одно было ясно: огненные на порядок опасней магов других стихий. Даже необученные. Особенно необученные.
— Ну… Я же всего-то сгустком плазмы запустила, — пожала плечами я. — Кто же знал…
— Ну да, — понимающе хмыкнула Натали, — кто же знал, что если кого-то поджигать, то он загорится? Это же так непредсказуемо…
Сдержать возмущение не получилось.
— Я вообще-то спасала Ребекку!
Рассудительная Хельга пожала плечами и сказала:
— Ну да. Вот только если действительно кто-то просто решил подшутить над ней, а ты в превентивных целях его спалила… то тебя отчислят из университета. Без права восстановления.
А вот об этом-то я и не подумала… На свою голову. Калечить других студентов уставом строго воспрещалось. Особенно со злым умыслом.
— Но этот тип точно напал на Скотт! Я сама видела! — начала понемногу паниковать я.
Вот точно ни одно доброе дело не остается безнаказанным… Если все действительно не больше чем розыгрыш? Ну, мало ли кому в голову может прийти бредовая мысль подергать тигра за усы? В смысле, сыграть идиотскую шутку с подружкой Полоза? Мало ли самоубийц на свете? И вот я, борец за добро и справедливость без мозгов, решила вмешаться и тем самым просто подставилась. Бездарно подставилась!
Если вдуматься, то именно это кажется куда более правдоподобной версией, а вовсе не теория о том, что на территории кампуса, которая к тому же еще и закрыта сейчас, завелся какой-то таинственный злодей.
— Ну, вот так и будешь, если что, у ректора говорить, — криво усмехнулась Стейси.
— Утешила… — убито произнесла я, понимая, что вот теперь точно не голодна. Ну просто ни капли… Скорее уж меня тошнит от одной мысли о еде. — Но ведь меня не отчислят?
Попредаваться унынию в свое удовольствие мне не дали: к разговору подключилась Хельга.
— А может, это пособник замурованного в музее колдуна? — радостно предположила она.
Я почувствовала, как у меня начал слегка подергиваться левый глаз.
— Хель, я же принесла умную книжку из библиотеки. Там не было ни одной мрачной истории про замурованных колдунов! — воскликнула я, пытаясь воззвать к здравому смыслу подруги.
Хельга воззрилась на меня неодобрительно и заметила:
— Зато там есть куча историй про пропавших людей. Может быть, кого из пропавших на самом деле замуровали в музее. Заживо. И он не один день молил о спасении и царапал каменную кладку, которую навсегда окрасила его кровь…
Позеленели на лицо все тут же.
— Хель! — завопила Натали. — Ну не на ночь же такие истории!
— Тем более зачем мертвому колдуну Скотт? — нервозно рассмеялась Стейси и тут же закрыла шторы, хотя мы отродясь этого не делали. Жили на пятом этаже, зданий напротив не было, так что вероятность, что кому-то удастся понаблюдать за бесплатным стриптизом, была нулевой.
На мгновение наша любительница страшных историй призадумалась, а потом выдала:
— Ну, возможно, колдун не может найти покой, не получив подходящей жены. И теперь его последователи хотят замуровать рядом с ним юную деву.
Захохотали мы так громко, что соседи справа и слева одновременно принялись долбить в стены.
— Тогда чего позарились на Скотт? — удивилась Натали. — Скотт с первого курса встречается с Фелтоном, а учитывая слухи… В общем, с ним шансы сохранить девичью честь как-то низковаты… Забирали бы Эшли! Тут уж наверняка!
Мне оставалось только тяжело вздохнуть и закатить глаза. Эта шутка никогда не устаревала и никогда не надоедала.
— Отстаньте, я жду принца! — сварливо откликнулась я.
— Пенсии скорее дождешься, — съязвила Стейси. — С принцами сейчас напряженка.
Хельга удивленно моргнула.
— А почему только Эшли? Я тоже сойду.
Нат с Животным переглянулись и хором заявили:
— А к тебе соваться попросту побоятся. Ты сама кого хочешь замуруешь.