Глава 30**

Лора

С тех пор как Тика исчез, я не нахожу себе место. Кисти и карандаши валятся из рук, я путаюсь в ароматах собственных красок, все время утекая мыслями к нему. Тревога отражается в каждом движении. Она пульсирует на кончиках пальцев, ползает колючими мурашками по коже и все время норовит затянуть мышцы в тугие узлы.

Я помню, он предупреждал, что так может случиться. Он исчезнет, чтобы защитить. Только это так плохо помогает. Я верю. Верю ему, но как объяснить собственным чувствам, своему мозгу, своим инстинктам, что надо попробовать выдохнуть и волноваться немного меньше? Не могу, не получается! Этот чокнутый парень стал частью моего мира. Он принес свет в мою персональную темноту. Он разукрасил мою жизнь яркими красками. Он научил меня видеть иначе. Он тоже в меня верил, с первого дня.

Провожу пальцами по холсту, сосредотачиваясь на своих ощущениях. Особенная структура, специфический запах. А рядом откатной столик с карандашами, подарком моего сумасшедшего Бога. Прикрываю веки, медленно дышу, старательно отпуская одну тревожную мысль вслед за другой. Их место тут же заполняю частями будущей картины.

Это лето. Голубое небо с пушистыми белыми облаками. Горячее солнце в зените припекает темноволосую голову парня. Он гибкий, крепкий, высокий. Его большие, чуть шершавые ладони ныряют в бумажный пакет и вынимают оттуда коробку сока, фрукты и сочные, спелые томаты с темно-зелеными хвостиками. Один из них он слегка сжимает в руке и вдруг поднимает взгляд на меня. Солнечные зайчики попадают в его карие глаза. Парень щурится, выдавая одним этим свои хитрость и ехидство. Он опаснее, чем может показаться на первый взгляд, и лишь улыбка, особенная, адресованная только мне, выдает в его образе любовь. Такую же сумасшедшую, как и он сам. У моего сердца вырастают крылья. Оно бьется, словно птица, попавшая в клетку, но не чувствует ни страха, ни паники. Лишь такую же любовь, сильную, бесконечную, как река, которая течет неподалеку.

Вокруг много зелени, ароматных цветов различных оттенков. Высокие деревья очерчивают контур поляны своими тенями. Она манит нас прохладой, но боюсь это не спасет, ведь парень уже направляется ко мне.

Секунда, и его губы оставляют на моих покалывающий, горячий след. Затем еще и еще. Эмоции, чувства, краски мира закручиваются в сумасшедший, будоражащий вихрь…

— Ты невероятно талантливая, — от голоса, ворвавшегося прямо в мою голову, картинка перед глазами взрывается, превращаясь в фейерверк цветных искр. В моих онемевших пальцах застывает карандаш, а дыхание сбивается, будто я задержала его перед нырком, и мне пришлось вернуться на поверхность из-за нехватки кислорода. — Прости, пожалуйста. Мы не хотели напугать.

Мы?

Никак не вернусь в адекватное состояние.

— Привет, — улыбаюсь, когда до меня доходит, кто приехал в мою студию. Ами и Диля. От них веет теплом и легкостью, и карандаш выпадает из моих рук.

Разминаю одеревеневшие пальцы. Я сижу тут давно, с раннего утра, а полностью осознала это только сейчас. Я успела раствориться в «увиденной» картинке, прожить ее и перенести на холст. Ему понравится, я в этом уверена. С тех пор как в моей жизни поселился Тика, я стала изображать только лето. Не знаю, с чем это связано: с его яркостью, или с внутренним солнцем, что он вложил прямо в мою грудную клетку.

— Парень очень похож на Тику, — говорит мне Диляра.

— Правда? — Поворачиваю к ней голову.

— Да. Особенно взгляд. Он часто так хитро щурится, когда что-то задумал, — фыркает девушка Арса.

— За что он тебе не нравится? — Решаюсь спросить у нее.

— Он все время создает хаос вокруг себя, — вздыхает Диля. — Все время вытворяет что-то настолько безумное, что это может быть опасным. Но, — она кладет ладони мне на плечи, — я не говорю, что он плохой. Просто немного сумасшедший, — смеется она.

— Я тоже, — улыбаюсь в ответ.

— Потому вы и вместе, — поддерживает Амалия. — Собирайся. Мы идем гулять.

— Но… — прикусываю губу.

Я гуляла с братом или с Тикой, а чтобы только с друзьями, без присмотра брата… Такого не было очень давно. С тех пор как я поняла, что не вписываюсь в дружбу с нормальными, зрячими людьми, а они не спешат проявить хоть немного понимания ко мне. Никто не обязан это делать, я смирилась. А сейчас девочки зовут гулять, и это вызывает новый приступ волнения. Они очень хорошие, я знаю, просто…. Это мои личные, глубинные страхи.

Выдыхаю и соглашаюсь. Мне и самой очень хочется развеяться.

— Надо предупредить брата, — спохватываюсь, практически собравшись.

— Он нас сюда и отправил. Не волнуйся об этом, — Ами подает мне мой маленький рюкзачок с разными мелочами.

— Спасибо, — надеваю лямки на плечи. — Он не сказал.

— Мальчики заняты, а мы пока немного отвлечемся. Тебе помочь закрыть студию? — Заботливо интересуется Диляра.

— Спасибо, — снова повторяю я.

— Совсем не за что, — меня под руку берет Ами.

Свежий воздух касается щек и слегка обжигает кожу. Так хорошо на улице. Небольшой каблучок ботинок стучит по асфальту, мимо едут машины, множество городских запахов наполняет воздух. Он кажется осязаемым, будто его можно обхватить ладонями.

— А куда мы пойдем? — Спрашиваю у девочек.

— Поедем, — шепчет мне на ухо Диляра.

Через несколько минут мы устраиваемся в теплом такси. Водитель включает для нас приятную музыку. Мы с девочками непринужденно болтаем о парнях, смеемся, шутим. Легкости становится все больше. На время меня отпускают тревожные мысли и сейчас все не кажется таким уж ужасным. С их приездом ко мне вернулось ощущение того мира, который показал мне Тика. Связь с чокнутым Богом Хаоса в этот момент стала еще капельку крепче. А еще мне нравится ощущение нормальности и самостоятельности.

Такси останавливается. Мы выходим на улицу. Я делаю еще один глубокий вдох. Девчонки берут меня под руки, и все вместе мы оказываемся в помещении. Моих ног что-то касается. Взвизгиваю от неожиданности.

— Все хорошо, — успокаивает Амалия. — Это всего лишь котик.

— Котик? — Удивленно замираю, прислушиваясь к мурлыканью под ногами.

— Да, — подтверждает Диляра. — Это Котокафе. Я дома в таком же волонтером подрабатываю. Пойдем, — она тянет меня за руку.

Сажусь в кресло-мешок, и кот запрыгивает ко мне на колени.

— В таких заведениях как в приюте, только лучше, — поясняет для меня девушка Арса. — Тут заботятся о животных, лечат их, пристраивают в хорошие руки. Они тут не боятся людей. Сюда приходят, чтобы поиграть с ними, подарить им немного ласки. Животные чувствуют такое. Они чувствуют, когда их любят.

— Прямо как я, — случайно вырывается у меня. Прикусываю язык. Ами крепко меня обнимает.

Нам приносят чай, а котиков становится больше. Ко мне в руки попадает совсем еще котенок.

— Он похож на Тику, — хихикает Диля.

— Почему? — Прижимаю к себе теплый комочек. Он мурлычет и толкается головой в мой подбородок.

— Глаза такие же хитрые, и все время наводит тут беспорядок, — смеясь, рассказывает подруга.

— Ой! — Спохватывается Амалия. — Я забыла тебе рассказать. Знаешь, что сделал твой парень?

— Не-е-ет.

— Он подарил Дану Чихуахуа. Такую маленькую, карманную собачку. Ты представляешь?

— Не очень, — смеюсь, прикрыв рот ладонью.

Я знаю эту породу собак, и знаю, что Данте очень крупный парень и профессиональный боец. В моей тьме вырисовывается очень забавная картинка.

— Чокнутый Тика, — качаю головой, интенсивнее поглаживая котенка.

— Да! — Эмоционально подтверждает Амалия. — Но малыш милый. Я купила ему лежанку, игрушки, красивые мисочки и костюм. Данте ходит по квартире и скрипит зубами, но пока я не вижу, гладит это странное животное по голове и даже что-то ему обещает. Кажется, что вырастит его нормальным «мужиком» и сделает из него волкодава. А! И еще, что они всем еще обязательно покажут.

Мы смеемся на все Котокафе, представляя, как тяжело придется бедной собачке. Котенок окончательно освоился и теперь перемещается по мне при помощи своих когтей-иголочек то забираясь на плечо, то спускаясь по джинсам на пол и тут же карабкаясь обратно.

— Как назвали собачку? — Отсмеявшись, спрашиваю у Ами.

— Дан оказался непреклонен. Нашего нового друга зовут Арстик.

— Блин, я не могу больше смеяться, — обнимаю себя руками за ребра. — Парни знают?

— Нет еще. Дан обещал торжественно сказать им, когда они закончат с делами.

— Какие мальчики все же смешные, — произносит Диля.

Получив море приятных эмоций в Котокафе, отправляемся с девочками на прогулку. Пьем по дороге вкусный кофе, едим сладости и много говорим на разные темы от простых до сложных, пока снова не возвращаемся к нашим парням. Ами и Диля тоже беспокоятся за своих любимых, но сейчас нам всем становится легче.

И еще я все думаю о том котенке. Смогу ли я заботиться о животном, если сама так или иначе нуждаюсь в заботе других людей? Это такая огромная ответственность.

— Диля, — нахожу прохладные пальцы подруги и крепко их сжимаю. — А можно я буду приходить к тому котенку в гости?

— Конечно. Я могу заезжать за тобой. Вместе будем ездить. Хочешь?

— Очень, — шепчу ей.

— Поедем к нам? — Предлагает Амалия.

На улице стало холоднее, и у нас осталось не так много идей, куда пойти. С радостью соглашаемся. Вызываем такси и едем в логово Дракона.

Нас встречает пискляво поскуливающий малыш Арстик. Поднимаю его на руки. Мне кажется, он размером чуть больше того котенка. Ощупываю ушки интересной формы, маленькие лапки, а девочки заказывают нам вредную еду.

Ами включает музыку и наш девичник продолжается до позднего вечера. На кухне становится тише только, когда домой возвращается Данте. У меня в голове сразу появляется миллион вопросов, но я могу предположить, что прямых ответов на них не будет, а косвенные создадут благоприятные условия для размножения этих самых вопросов.

Чуть позже в прихожей Дракон все же говорит мне, что с Тикой все нормально. Есть проблемы. Сейчас они делают все, чтобы их решить.

— Передай ему, пожалуйста, что я верю в него и знаю, что у него все получится, — прошу Дана.

— Ты умница, Лор. Все правильно. Парни такое чувствуют. Я ему передам.