Глава 14. Выставка
И есть ещё кое-что, что интересует меня на этой выставке. Фотография в главном зале. А точнее - та, кто будет на ней изображён.
Мероприятие начинается в 11:00. Ехать мне на метро "Чистые пруды", неподалёку от которого оно и будет проходить, примерно час с момента выхода из квартиры. Погода ясная, солнечная и тёплая, и я надеваю одно из своих лучших платьев. Это элегантное белое платье миди из хлопка, с воротником-стойкой и красивым поясом. Оно больше соответствует деловому стилю, но немного напоминает коктейльное. По крайней мере, я не ударю лицом в грязь. А чтобы не казаться невестой - мало ли какие у Артура возникнут ассоциации - я надеваю серые туфли-лодочки и беру с собой небольшую серую сумку на тонком ремешке. Последний штрих - цветочная парфюмерная вода, со свежими цитрусовыми нотками.
Выхожу из дома и сразу обращаю внимание на заинтересованные мужские взгляды в толпе прохожих. Это придаёт мне уверенности и поднимает настроение, что весьма кстати, потому что я, по понятным причинам, очень волнуюсь.
Иду по наводнённому людьми тротуару и уже издали вижу толпу собравшихся у трёхэтажного здания под огромной вывеской с надписью "Тирамису". Бесплатные итальянские пирожные и кофе - отличный ход для привлечения внимания к открытию новой сети кофеен-кондитерских. И шумиха и сарафанное радио, если пирожные окажутся вкусными. В чём я, собственно, ни секунды не сомневаюсь.
Перед входом дежурит охрана, суетятся менеджеры в строгих серых костюмах, галдят приглашённые гости и случайные прохожие - вход в кафе сегодня открыт для всех. Но ленточку ещё не перерезали и потому жаждущая халявных пирожных, кофе и кино публика ждёт. До открытия сети кофеен-кондитерских осталось ровно пять минут. Я занимаю место справа, неподалёку от входа. Не думаю, что Артур заметит меня в пёстрой толпе - здесь очень много белого в одежде присутствующих. Тем более, что высокие мужчины впереди меня неплохо загораживают.
Наконец я вижу его. Он шикарен. Одет, как Джеймс Бонд, в строгий тёмно-серый двубортный костюм с бабочкой, на ногах чёрные итальянские туфли. Стрижка - стильный и аккуратный "полубокс". Бирюзовый взгляд и обаятельная, чарующая улыбка.
Он идёт по ковровой дорожке держа спину прямо, лёгкой, чуть пружинистой походкой, приветственно поднимает руку, кому-то машет, улыбается. Такой красивый, такой свободный и такой уверенный в себе. Надо же... Совсем недавно мы качались с ним на качелях... Впрочем, не факт, что он вообще помнит обо мне. Мало у него, что ли, было таких, как я?
Артур останавливается у небольшой лестницы при входе и поворачивается к собравшимся людям. Один из менеджеров тут же даёт ему микрофон и Артур произносит небольшую речь. Никакого пафоса, сплошное радушие и дружелюбие. Он благодарит всех собравшихся, напоминает, что выставка будет работать только для совершеннолетних, потому что оформлена в том числе в стиле "ню", просит приготовить паспорта для входа, кратко рассказывает о том, что в одном из залов гости смогут посмотреть интересные короткометражки о любви россйских и итальянских режиссёров, а ещё научно-популярные фильмы о итальянских десертах и о теме любви в древнеримской мифологии, а также смогут принять участие в конкурсах и выиграть подарочные сертификаты на посещение любой из двух работающих с завтрашнего дня кофеен-кондитерских "Тирамису".
Потом он смотрит на часы, поднимает руку и кому-то кивает. Один из менеджеров передаёт ему большие синие ножницы, и под зазвучавшую из колонок торжественную музыку, он перерезает красную ленточку перед входом в здание.
Толпа взрывается аплодисментами. Артур поворачивается к людям, прижимает к груди руку и импозантно склоняет голову. А затем широким радушным жестом приглашает гостей входить. Толпа устремляется ко входу и поначалу образуется некоторая сутолока, но менеджеры активно направляют людей, призывают не торопиться, потому что "всем всего хватит!", и в итоге справляются с движением толпы и не допускают давки. И чем больше людей заходит, тем тоньше становится струйка ожидающих своей очереди. Я иду одной из последних - пропустила людей вперёд. К чему торопиться? Я сюда не за пирожными приехала.
Я показываю паспорт охраннику и он, удостоверившись в том, что я совершеннолетняя, пропускает меня внутрь. Народу в первом зале полным-полно, все ходят вдоль стен и рассматривают фотографии. Они чудесны. Всё так, как рассказывал Артур: сепия, грациозные обнажённые тела в стилистике древнеримских изображений и скульптур, утончённо поданные пирожные в их руках и на блюдах. Под каждой фотографией - огромные подносы с крошечными пирожными, соответствующими тем, что изображены на фотографиях. Рядом в вазочках тонкие палочки, напоминающие зубочистки - гости нанизывают ими пирожные на манер канапе, пробуют, восхищаются и переходят к другим фотографиям и десертам.
Судя по довольным и счастливым лицам гостей, всем всё очень нравится. Абсолютному большинству - точно. Я прохожу в соседний зал и вижу там другие фотографии на стенах, теперь сделанные в стилистике картин эпохи итальянского Возрождения. Модели на этих фотографиях более полные, но удивительно сексуальные - чувствуется, что с ними работали фотографы-профессионалы. Всё очень тонко и изысканно, никакой пошлости.
Если гости в первом зале разговаривают довольно громко и из-за этого гул их голосов производит впечатление какого-то рыночного гомона, то здесь почти все уже разговаривают шёпотом. Очень много держащихся за руки парочек. Вкусно пахнет кофе - по углам этого зала его разливает по картонным стаканчикам нанятый персонал в форме, соответствующей оформлению выставки - бежево-коричневые и тёмно-шоколадные цвета.
Я прохожу мимо уютного кинозала мест на пятьдесят, где люди, попивая кофе смотрят какое-то чёрно-белое кино. Вход в него скрыт тяжёлым бежевым пологом и о том, что это кинозал я сначала догадываюсь по звукам, а потом, когда несколько человек входит туда, вижу сидящих на креслах людей.
Один из менеджеров, улыбчивый приятный парень, приглашает меня зайти. Я вежливо отказываюсь и спрашиваю, как пройти в главный зал.
- Пойдёмте, я вас провожу, - предлагает он.
- Спасибо, вы очень любезны, - отвечаю я.
Он ведёт меня сначала назад, а потом, минуя зал, в котором я уже была, с фотографиями в стиле итальянского Ренессанса, направляется в другой, арочный, вход. Я следую за ним. Навстречу идут люди, они улыбаются. Кто-то ест на ходу пирожные и пьёт из стаканчиков кофе. Люди разговаривают тихо, стараются никому не мешать. Здесь всё очень торжественно и приятно. Очень располагающая к себе, несколько музейная атмосфера - неудивительно, что гости стараются говорить между собой негромко.
Мы проходим через зал, по периметру которого, под фотографиями, стоят круглые столики. За большинством из них сидят люди и тоже пьют кофе. Рядом за стойкой официанты активно разливают его из кофемашин гостям, собравшимся в несколько небольших очередей.
Затем мы проходим ещё один зал. Здесь нет фотографий, зато много картин и скульптур. Здесь тоже довольно много людей и в какой-то момент нам приходится пробираться сквозь толпу. Мы снова проходим в арку и оказываемся в большом помещении, где людей так много, что сначала я вижу только их - преимущественно спины.
- Это и есть главный зал, - сообщает мой провожатый. - Проходите поближе к сцене.Там у нас проходят розыгрыши призов, вы тоже можете поучаствовать.
Я благодарю его и он уходит назад. Я же обхожу стоящую в основном по центру толпу и вдоль стены двигаюсь дальше.
Людей становится меньше и я выхожу к сцене, на которой стоит ведущий с микрофоном - приятный пожилой мужчина с залихватскими усами. Но я недолго смотрю на него. Мой взгляд притягивает стена, перед которой он стоит. И то, что я вижу, заставляет меня замереть.
На дальней стене главного зала действительно располагается огромная фотография.
В том же стиле, в котором оформлена бОльшая часть выставки.
У неё будто потрёпанные пергаментные края.
И на ней нет никакой обнажённой девушки.
На ней только надпись красивыми крупными буквами:
"Bellissima Oxana".
Секунд десять, наверное, я тупо пялюсь на эту надпись, как баран на новые ворота. Затем подхожу к одному из менеджеров - их видно по форме одежды - и, перекрикивая голос ведущего и гомон гостей, спрашиваю, что это.
- Это наш лучший десерт! - кричит мне в ответ он. - Фирменный тирамису! Очень рекомендую. Потрясающе вкусный! С той стороны столы - пройдите, попробуйте!
Впечатление, что всё происходит, будто в замедленной киносъёмке. Я настолько потрясена увиденным и услышанным, что впадаю в состояние прострации.
Принимать участие в розыгрыше подарочных сертификатов мне не хочется. Мне вообще хочется выйти на улицу. Слишком много людей вокруг.
Снова пробираюсь через толпу, вижу заинтересованные лица входящих в зал, огибаю их, и миновав ещё пару залов, выхожу из здания. Людей на широкой площадке при входе значительно меньше, и я отхожу в сторону, к уличному фонарю у кустов, чтобы осмыслить то, что увидела в главном зале.
Для чего он это сделал?
Спустя мгновение меня окликает знакомый голос - я вздрагиваю, поворачиваюсь назад и вижу Артура. Он приветственно машет рукой и идёт ко мне.
- Привет, - говорит он. - Решила приехать?
- Привет, - отвечаю я. - Да, хотела посмотреть, что в итоге получилось.
- Зайдёшь? - предлагает Артур.
- Я уже была внутри.
- Ну и как тебе? - заинтересованно спрашивает он.
- Стильно, красиво, хорошо организовано. Ты тоже был на высоте.
- Спасибо, - улыбается он. - Я старался.
- Я смотрю, ты передумал размещать на задней стене фотографию обнажённой девушки с пирожным.
Он хмыкает.
- Модель отказалась фоткаться, вот я и нашёл альтернативное решение.
- А что, - спрашиваю я, - другой модели не нашлось?
- Неа, - говорит он. - Не нашлось.
- Ты хотел произвести на меня впечатление? - интересуюсь я. - Ты же понимал, что я приеду.
- Я не знал, приедешь ты или нет. Когда ты уходила, то вроде вполне чётко дала понять, что не хочешь общаться. Просто ты вдохновила меня на эту концепцию и я подумал, что наш основной фирменный десерт стоит назвать твоим именем.
- Это где же я сказала, что не хочу общаться? - спросила я. - Я сказала лишь то, что не собираюсь прыгать по койкам. Ты меня либо не понял, либо, что скорее - не услышал.
- Напротив. Я тебя очень хорошо слышу. И я по-прежнему уверен, что единственное, что тебе сейчас реально нужно - это хороший секс.
Закатываю глаза и вздыхаю.
- Ты способен говорить о чём-нибудь другом?
- А зачем? - смеётся он. - В принципе способен, да. Как тебе яровые в этом году? А озимые?
Старательно сдерживаю улыбку, но получается плохо.
- Ты пирожные пробовала? - спрашивает Артур.
- Нет.
- А что так? - ухмыляется он. - Брезгуешь?
- Ну, что ты несёшь! - уже смеюсь я и игриво толкаю его в плечо.
Он уворачивается и тоже смеётся.
- Характер у тебя - огонь! - говорит он. - Я прям себя на уроке алгебры чувствую.
- Почему именно алгебры? - спрашиваю я.
- У нас математичка в школе была лютейшая женщина. Её из гестапо уволили бы за жестокость.
- И ты хочешь сказать, что я на неё похожа? - изумляюсь я.
- В плане сексуальной неудовлетворённости - один в один.
- Я сейчас обижусь на тебя, - говорю я.
- Ты с этой целью сюда приехала?
- Нет, я же сказала. Но ты меня обижаешь.
- Неа, не обижаю. Говорю, как есть - тебе нужен хороший секс. Чтобы тебя наконец отпустило и ты начала радоваться жизни.
- По-твоему, я ей не радуюсь?
- По-моему, ты стояла здесь какая-то понурая. Грустная. Опечаленная, если хочешь.
- Задумчивая, - подсказываю я.
- И о чём же ты думала?
- О том, почему у тебя вместо голой девушки на фотке - только буквы.
- Красивые буквы?
- Очень. И сексуальнее не придумать. Сразу все влюблённые парочки захотят отведать Оксаны Прекрасной.
Он хмыкает.
- Знаешь, почему автомобиль "Мерседес" так называется?
- Назван по имени дочери Эмиля Еллинека, австрийского предпринимателя, им же. Правда её имя имело ударение на второй, а не на третий слог.
- Фигассе, ты эрудирована, - удивляется Артур.
- Польщена твоей реакцией, - говорю я. - Но пирожное и автомобиль всё-таки разные вещи. Пирожное, названное в честь меня, посетители твоих кофеен будут есть.
- Уже едят. А в автомобиле - ездят. Между прочим, имя Оксана не такое уж и редкое.
- Это ты к чему сказал?
- К тому, что мужчины будут заказывать этот десерт своим Оксанам.
- А не Оксанам?
- А для не Оксан, у нас есть ещё двадцать десертов, - ухмыляется он. - Наталья, Елена, Ольга и так далее.
- Это твой послужной список? - щурю глаза я.
- А ты разве в нём? - снова ухмыляется он.
- А почему только женские имена? - интересуюсь я.
- Потому что десерты. "Тирамису Пётр" - не звучит.
- Да, пожалуй, - смеюсь я.
- Так что, попробуешь?
- Ты о чём? - подозрительно интересуюсь я.
- О сексе, разумеется. Но и о пирожном тоже.
- Пирожное - так и быть, попробую.
- Точно?
- Да, точно. А что?
- Тогда поехали.
- Куда? - округляю глаза я.
- Ко мне.
- Артур!