Глава 28

Бестиан Никогда не думал, что смогу просто вот так лежать, и счастливо улыбаться. Буквально кайфовать, парить в нирване, после всего, что мы с Верой вытворяли этой ночью. Словно тот земной пушистый зверек. Такой забавный. Издающий завораживающие урчащие звуки. Кот. Как же мы с моей деткой похожи. Я кот, хотя, моем случае, скорее огромная, метра так полтора в холке, черная пантера. А моя кошечка, такая нежная, сладкая, сейчас лежала на моей груди, и тихо сопела. Время от времени, издавая стоны, и хрипло урча. Особенно, стоило мне чуть пошевелиться, обхватить ее попку ладонями, следка поддать бедрами вверх. Застонал, задвигался, раз за разом насаживая разомлевшую после многочисленных оргазмов девушку на себя. Вгонял в тугое лоно все еще жесткий член, задевая фриксами пульсирующие стеночки. Скользил головкой и стволом по самой чувствительной точке, которая уже изменилась. А в скором времени мутирует еще больше. Вера даже не догадывается, насколько чувствительным теперь будет ее тело. Насколько взрывными станут оргазмы. От моей смазки, спермы и крови, ее организм уже начал трансформацию. Мои гены прямо сейчас встраиваются в ее код. Делают ее сильней, выносливей, чувственней. Теперь мои жидкости для нее не опасны. Вчера я начал ритуал, поставил метки везде, где можно. Из-за беременности, в ее крови уже циркулировало мое ДНК. С началом ритуала, началась перепрошивка ДНК. Мутация ее организма. А когда мы оба оказались на грани кульминации, наши звери вырвались на свободу. Мой архон. И ее феникс. И сполна удовлетворили собственные желания в спаривании, в притяжении. Звери совершили то, на что мы бы еще долго не решились. Наши вторые сущности провели ритуал духовного, энергетического и кровного единения. Связали нас воедино брачными узами. По древним законам архонов. Это все я узнал из воспоминаний моего арха. Который удовлетворенно урча, начал подсовывать мне мысленные картинки. Вот же… зверюга озабоченная… «Вера знает?» «Нет. – Последовал мысленный ответ. – Не говори ей пока. Ее Никса просила не говорить. До первого оборота». «Хорошо». Я ведь до сих пор находился в ней. Чувствовал, как моя архессе сжимает тугим влагалищем пульсирующий и вибрирующий ствол. Как в ответ, мои фриксы массируют влажные упругие стеночки. Присасываясь, и с хлюпающим звуком отцепляясь от слизистой оболочки. Особенно стимулирую зону точки G, от чего моя архесса периодически всхлипывала, постанывала, но так и не проснулась. Ушатал я малышку сегодня. Оторвался за все дни. И по-прежнему жаждал ее, не мог оторваться. Мой член пульсировал внутри гостеприимного лона, заливая слизистую влагалища спермой. С каждым толчком я продвигался все глубже и глубже, растягивал, подстраивал под мой размер. Все сильней упирался головкой в шейку матки. Давил налитым кровью концом, расширяя вход в святая святых архессы. После наступивших изменений, тело моей архессы начало подстраиваться под мои потребности. Теперь, оно было способно на большее, чем человеческое. После произошедшей мутации, более упругое влагалище было способно принять весь мой возбужденный размер. Вот и сейчас, шейка матки поддалась под моим напором, раскрылась, и я зарычал от наслаждения, врываясь в незащищенное лоно. Девушка на моей груди всхлипнула, проснулась, от нарастающей вибрации внизу живота. Слабый дискомфорт должен был мгновенно смениться на наслаждение. – Малышка, ты как? – прошептал в макушку архессы, поглаживая большими чуть шершавыми ладонями по плечам, спине, пересчитывая пальцами каждый выпирающий под кожей позвонок. – Больно? Все же, нужно проследить, чтобы она получше питалась. Вера заерзала на мне, устраиваясь поудобней, еще шире раздвинула бедра, прижалась припухшим чувствительным клитором к жестким кольцам на стволе члена. Застонала, приподнялась, глядя на меня заспанным взглядом. – Нет. Мне хорошо. – Опять заерзала попкой, насаживаясь на ствол еще чуть чуть. – Аххх, что это? Такой кайф! Хочу еще сильней! Еще глубже! Зажмурилась, покачиваясь на вибрирующем стояке. – Не торопись, сладкая. Опускайся на член осторожно. Не хочу навредить и травмировать твою тугую киску. Бл@ть, ты так охрененно ощущаешься. Так туго сжимаешь мой ствол. Просто до звездочек перед глазами. Так сильно течешь на него. Скажи мне, что ты хочешь? – хрипло выдыхал я, помирая и возрождаясь, стоило ей насадиться на меня еще сильней. Девушка покраснела, и смущенно спрятала лицо на моей груди, обжигая ее судорожным дыханием. Оставляя невесомые поцелуи везде, куда могла дотянуться. Я обхватил ее голову руками, зарылся пальцами в шелковистые волосы, заставил взглянуть на меня. – Смотри мне в глаза, сладкая! – Выдохнул в ее губы. На некоторое время, мы так и замерли. Буквально, дыша друг другом, глаза в глаза. И я тонул в самых прекрасных фиолетовых омутах. – Хочу… – Что хочешь? Скажи мне. Озвучь свои желания. – Ты. – Она снова пошевелилась, и я едва сдержался от того, чтобы одним резким движением, не натянуть ее на себя полностью. – Такой пошляк… – Тебе нравятся грязные разговорчики. – Ухмыльнулся я. – Вон как сжимаешься на моем члене. Течешь еще сильнее. По моим яйцам уже целый водопад стекает. А под нами наверняка, образовалась лужа. – Учитывая, сколько ты в меня кончал… – И наполню еще больше. – Куда уж больше. Твои дети уже в моей матке. – Вера! Посмотри на меня. – Дождался, когда девушка распахнет глаза. – Прости меня. Прости за все, что я с тобой сотворил. Прости, что убил. Как же я рад генам твоего папаши. Рад, что благодаря им, ты выжила. – Шептал, и покрывал поцелуями ее глаза, щеки, лоб, рот, шею. – Я не мыслю своей жизни без тебя. Ты моя душа. Ты мое солнце. Ты моя Тьма. Ты мой Свет. Ты мое ВСЕ. Моя пара. Моя архесса. Я тебя люблю! Произнес заветные слова, с замиранием сердца ожидая ответа. Надеясь, и не смея верить, что она простила. Приняла. А когда услышал в ответ… – Я тебя люблю! Воспарил в небеса, почувствовал себя самым счастливым архоном на свете. Дальше начался настоящий беспредел. Мы накинулись друг на друга словно оголодавшие звери. Трахаясь как безумные, с жадностью поглощая стоны, всхлипы и крики друг друга. Рехнувшиеся от страсти и похоти, воспарили к небесам. Растворяясь в друг друге, и в витающей вокруг энергии. Мы даже не заметили, как из фиолетово-бело-черных потоков, вокруг нас сформировался мерцающий непрозрачный кокон. Полностью скрывая нас от всего мира. Как Тьма и Свет, слились воедино, соединяя нас навеки. Завершая ритуал слияния. Не видели, как на наших сплетенных запястьях сформировались золотисто-темно-фиолетовые брачные браслеты. Больше напоминающие филигранные татуировки, сотканные богами из наших сущностей. Отныне и навсегда, мы с Верой были связаны самыми священными узами архонов. Оказавшись на самом пике, действовали инстинктивно. Вера, задыхаясь и скуля от наслаждения, сама склонила голову в сторону, оголяя для меня шею. Давая понять, что желает стать моей парой. Навсегда. Навечно. Я взревел, толкнулся в нее снова, проникая еще глубже, по самое основание члена, хлопнув тяжелыми яйцами по ее упругой попке, почувствовал, как разбухает в ней брачный узел, связывая наши тела воедино. Покрыл поцелуями ее шею, добрался до заветного местечка. Кончиком языка провел по бешено пульсирующей венке, и урча прокусил клыками нежную кожу. Оставляя брачную метку на самом видном месте. Давая всем понять, что эта потрясающая прекрасная женщина только моя. Что я заявил на нее все права, и грохну любого, кто посмеет посягнуть на мое. Трахая, урчал от кайфа, дурея от самого желанного в мире вкуса, жадно поглощал ее кровь, и одновременно впрыскивал собственные феромоны в кровоток. Мысленно повторяя клятву. «Моя архесса. Моя пара. Клянусь, любить и почитать, оберегать и защищать. Отныне и навеки. Я твой. Ты моя. Сердцем, телом и душой. Светом и Тьмой. Кровью и энергией. Моя архесса. Навечно». Срываясь вместе с мгновенно рухнувшей в пучину оргазма парой. Ощущая, как моя Тьма слилась с ее Светом. Как мой зверь соединился с ее фениксом. А затем, мы оба, обессиленные и изможденные рухнули на постель. Вернее, я рухнул на постель, а Вера упала на меня. Да так и вырубилась. Снова. Похоже, это уже входит у нее в привычку, удовлетворенно подумал я, прежде чем провалиться в усталый сон. * * * * * Неделю спустя. Опять этот жуткий сон. Он снится мне уже неделю. И всегда заканчивается одинаково. Вера рожает в какой-то странной лаборатории под надзором доктора Ван Хорна. Каждый раз, я кидаюсь ей на помощь. Слышу ее крики. Но ничего не могу сделать. И от этого состоянии бессилия хочется рвать и метать. Каждый раз, я просыпаюсь в холодном поту. Тут же сжимаю в объятиях сопящую у меня на груди Веру. И с облегчением откидываюсь на подушки. Вознося молитвы всем богам, чтобы этот чертов сон не сбылся. Пока однажды… Все что происходило, видел словно со стороны. Осознавал, что нахожусь во сне. Каком-то странном и жутком. Казалось, вот только что, мы с Верой занимались любовью. Даже не так, мы трахались словно одержимые, грязно, пошло. И вот уже я во сне, наверное, в будущем, ничем иным то, что происходило сейчас передом мной я объяснить не могу. Посредине незнакомой комнаты, уставленной медицинской аппаратурой, на медицинской кровати лежала Вера. С уже огромным беременным животом. Она беспокойно металась из стороны в сторону. Пыталась вырваться, выдернуть руки из браслетов. Яростно кричала, ругалась, осыпая угрозами нашего старого знакомого доктора. Лойнер. И Ван Хорн. Плешивая нацисткая сволочь. Как бы я ни пытался, так и не смог приблизиться, спасти, помочь. Рванулся туда, но меня откинула назад невидимая сила. Я зарычал от ярости и бессилия. Раскинул руки в стороны, выгнулся, запрокинул голову, от моего звериного рыка, наверное, содрогнулись ад и небеса. Заскулили грешники в чистилище. Обезумевший от боли и отчаяния зверь вырвался на волю. Я словно со стороны наблюдал как меняется мой облик. С привычного уже, почти человеческого, полную боевую ипостась. Архон… мое второе я, моя сущность… Вырвался на волю. Изменяя тело. Оно стало выше, мощнее, сильнее. Более чем двухметровый массивный широкоплечий мускулистый зверь, с большими, сантиметров в тридцать, витыми рогами взревел еще сильней. Черный почти эбонитовый хвост, с жалом на кончике, метался из стороны в сторону, ударяя металлической чешуйчатой погремушкой по жесткому полу. От лба до выбритых висков, и вниз по шее, вилось серебристое тату в виде кельтских символов. Расширяясь на спине до черно— серебристых крыльев. На груди такие же чешуйки образовывали кольчугу. Зверь метнулся к кровати, попытался разорвать путы, удерживающие нашу пару. И не смог. Во сне я лишь мог наблюдать за тем, что происходило вокруг. Мы с ней оказались заперты в белоснежной от пола до потолка, залитой светом лаборатории. Даже мебель здесь, и та оказалась белоснежной. Плевать на обстановку. Все мое внимание привлекла девушка, лежащая на медицинском столе в центре лаборатории. Моя пара, моя единственная, моя архесса. Я наконец, нашел ее. Жадным взглядом прошелся по хрупкой фигурке, с огромным животом, едва прикрытом полупрозрачной голубой простынкой. Из под зеленой медицинской шапочки выбились черные длинные волосы с белыми прядками. Откуда у моей малышки белые пряди? Я жадно вглядывался в бледное искаженное от страха и боли личико. Кричал, махал руками с длинными черными когтями прямо перед ее лицом. Но Вера меня не слышала. Металась из стороны в сторону, и кричала, звала на помощь. Дергала руками и ногами, прикованными наручниками к металлическим поручням медицинской кровати. Чуть в стороне открылась дверь, я обернулся, и яростно взревел, увидев кто именно вошел в лабораторию. Чешуя на загривке встала дыбом, от одной мысли, что он собрался делать с моей архессой и детьми. – Итак, вот мы снова встретились, доктор Рейнер. Земля круглая, верно? – Человек в белом халате едва улыбнулся. Взял планшет, лежавший на столике рядом с кроватью. – Итак, посмотрим, что тут у нас? – Доктор водил пальцем по экрану, перелистывая страницы. Затем, снова взглянул на мою пару. – Беременность протекает отлично. Можете гордится, доктор Рейнер, вы первооткрыватель. Первая женщина, зачавшая от архонов. Вы праматерь новой расы суперсолдат. – Пошел ты, ублюдок. Бес найдет ваше логово, слышите? Найдет, и сравняет с землей. Мой архон придет за нами. Голос Веры, последнее, что мне удалось услышать, прежде чем неведомая сила вышвырнула меня из сна. Лишь перед глазами на мгновение промелькнула надпись «Четвертый Рейх. Собственность корпорации «Джейнерикс». И вот однажды, проснувшись, закричал, подорвался на постели, судорожно ощупывая руками кровать, огляделся, задохнувшись, осознал, Веры рядом со мной не было. С ужасом осознав, что мой самый жуткий кошмар сбылся. Вера пропала.