Глава 22

Лаборатории доктора Ван Хорна

Этой же ночью

Доктор неспешно раскладывал инструменты на медицинском столике, даже местами любовно поглаживая блестящие металлические инструменты. Он словно завороженный, не мог отвести взгляда от гладких серебристых игрушек.

Его любимых игрушек.

— Мои любимые, вот так, полежите пока здесь. Вам же здесь удобно. Скоро, очень скоро, мы с вами займемся работой. — Одержимо бормотал Ван Хорн, любуясь начищенным до блеска стерильным инструментам. С наслаждением прикоснулся к каждому, никого не обделил. — Обожаю вас, мои зверушки. Никто не сравнится по преданности с вами.

Со стороны казалось, будто док свихнулся. Сверкающий безумством взгляд, подрагивающие руки, испарина на лбу.

Он очень переживал, ведь сейчас предстояло сделать то, на что уже и не наделся. Но получил второй шанс. Даже два шанса. И упускать их не хотел.

Кто ж знал, что в его загребущие лапки попадут сразу две испытуемые. И что результат превзойдет все ожидания.

Два идеальных совпадения с архонами. И это после стольких трудов и испытания. После огромного риска, на который он, Вацлав и Карл пошли осознанно.

Генриха не останавливало даже то, что одна из подопытных оказалась дочерью генерала Рейнера.

Наоборот.

Покопавшись в ее геноме, доктор обнаружил много интересного. И понял одно, все это время они пытались скрестить архонов не теми.

Обычные люди для этого не годятся.

Нужны образцы с особым кодом в ДНК.

У обычного человека две цепочки генов. Состоящих из нуклеотидов кодирующий определенный ген.

Каждый ген отвечает за что-то одно. Цвет глаз, кожи, волос, принадлежность к расе, телосложение. Даже заболевания и те закодированы в двух цепочках ДНК.

У этих двух образцов есть интересное отличие.

У них не две цепочки ДНК, а три.

Причины ее появления, за что отвечает этот таинственный набор генов, им еще только предстояло выяснить.

Ван Хорн нахмурился.

Бинго.

Как же я мог забыть.

У образца №2 есть ребенок. Ранее мы не брали ее в расчет. Использовали только как рычаг давления на мать. Но сейчас…

У доктора аж дух захватило. Словно он катился на полной скорости вниз по американским горкам.

Теперь он обязательно исследует этого и этого ребенка, и его мать. Если понадобиться, на молекулы разберет, но докопается до истины.

Сначала проведет тесты. А затем, будет делать им ЭКО снова и снова, пока они не произведут на свет достаточное количество младенцев. И для его исследований. И для удовлетворения запросов заказчиков.

Черт бы их побрал.

Тех, кто финансирует их исследования. Ван Хорн злился, и в тоже время понимал, без их огромных финансовых вливаний, ничего бы не было.

Бывшим нацистким врачам-исследователям, проводившим опыты над заключенными многочисленных концлагерей, созданных по всей Европе во время Второй Мировой войны, не удалось бы ни избежать Нюрнбергского процесса, ни вообще выжить.

Попасть в застенки НКВД они тоже не желали.

А потому, все втроем без раздумий согласились на предложение, поступившее от генерала «Аненербе» Герхарда Фон Коха. Работать на него. А уж кто отдавал приказы самому генералу, это их ученых не касалось.

Главное, им помогли сбежать на запад, сначала в США, потом в Бразилию, потом в Аргентину.

Где они только не были за последние почти восемьдесят лет. Над чем только не работали после тысяча девятьсот сорок пятого года.

Изобретали лекарства, омолаживающие препараты, оружие, яды, которые невозможно обнаружить.

Но самая главная их работа началась в тысяча девятьсот сорок шестом году, когда на «Зону 51» в Америке, доставили первые тринадцать образцов.

Вот тогда началось исследование всей его жизни. Док буквально помешался на архонах, на безумной жажде получить от них потомство, и самое главное, элексир вечной молодости и здоровья.

Доктор отчаянно торопился.

И вот, почти нашел решение.

Теперь, его никто не остановит. Ни сами архоны. Ни гребаный генерал Рейнер. Ни его ФСБ.

Никто.

Док вздрогнул от стука в двери, возвращаясь в реальность.

— Войдите.

Двери с тихим шелестом открылись. На пороге стоял офицер Мразин.

— Мы их привезли док.

— Они в сознании?

— Нет. В отключке.

— Замечательно. Стасик, — обратился доктор к Мразину, — ты можешь для меня кое-что сделать?

— Конечно, док. Для вас все что угодно. — Офицер вытянулся по струнке смирно, и вытянул веред и вверх руку. В обычном для третьего рейха приветствии.

— Замечательно. Подготовь два транспортировочных бокса. Через трое суток мы покидаем базу.

— А что делать со зверями?

— Стасик, мне объяснять тебе все подробно? — Док вздохнул. — Все образцы усыпить, и подготовить к транспортировке. Базу ликвидировать. Все ненужное уничтожить. Мы перебираемся в другое место. Ступай, и не мешай работать.

— Док?

— Ну что еще? — недовольно пробурчал Ван Хорн, уже мысленно проводя исследования.

— А как же те девки? Ну которые не прошли тестирование, те которых вы отдали моему подразделению?

Доктор Ван Хорн обернулся, окинул офицера презрительным и яростным взглядом.

— Вы получили приказ, офицер Мразин. Весь балласт ликвидировать. Выполняйте. И не отвлекайте меня по пустякам. Пошел вон.

Мразин вытянулся по струнке. Вскинул руку в приветствии.

— Есть!

Развернулся, и чеканя шаг вышел из лаборатории.

Ван Хорн отвернулся, сосредоточился на предстоящих процедурах. Даже не заметив, как за офицером с тихом шелестом закрылись двери.

— Арий, включить герметизацию. Начать запись исследований. — Док обработал руки антисептиком, одел стерильные перчатки. И замер над столом с образцом №1.

Затем вздрогнул, что-то вспомнив.

— Арий?

— Да, доктор. — Последовал спокойный холодный механический ответ.

— Сделай еще кое-что…

— Все что прикажите, доктор.

— Включи мою любимую музыку. И сделай следующее видео.

* * *

Лаборатории доктора Ван Хорна

Тремя днями позже

Док отложил имплантантор на медицинский столик. Устало уперся в него руками. Ну вот и все.

Готово.

Теперь осталось проверить, прошло ли испытание успешно. Подтвердить собственную гипотезу.

Все эти трое суток он работал без перерыва. Даже не ел толком. Только литрами поглощал черный крепкий кофе. Дабы не вырубиться прямо за столом.

Времени оставалось катастрофически мало. А работы так много.

Он взял у образцов всевозможные пробы, начиная от анализов крови, и заканчивая ДНК и яйцеклетками.

Даже успел провести сравнительный анализ тканей. Результаты просто ошеломительные. Особенно поражал процесс регенерации.

У обоих образцов ткани регенерировались мгновенно.

Успех. Неужели, он, Ван Хорн наконец добился столь долгожданного успеха? Даже не верится.

Доктор удовлетворенно улыбнулся. Теперь, осталось проверить как прошла процедура транспортальная процедура ЭКО.

Такой способ он применил впервые.

— Арий, подкати мне аппарат УЗИ. Смазать область трансгелем. — Отдал приказ искусственному интеллекту.

Безмозглый робот сразу подчинился. Не задавая лишних вопросов. Не споря. Нужно было не слушать Вацлава, зацикленного на своих киберигрушках, а сразу же деактивировать Арсу. Тогда и проблем бы не возникло.

Управляемый киберсистемой аппарат узи подлетел к медицинскому столу, на котором лежала первая девушка, доктор Рейнер. Хм. Жаль. Жаль. Такой генофонд проопадает. Впрочем, возможно, она одумается, после того как покажу ей видео.

Ван Хорн ухмыльнулся. Теперь ей одна дорога, в мои лаборатории. Если хочет выжить.

Так, доктор предвкушающе потер ручки, взял датчик, и приложил к низу ее живота. Трансгель давал отличную проводимость.

И уже через несколько секунд, доктор удовлетворенно увидел то, на что надеялся больше всего на свете.

— Опустить экран. Вывести изображение.

Уже через пару секунд в воздухе над столом замерцал галоэкран с изображением. Похожим на снимок узи, только улучшенное в разы. Настолько, что на нем виднелся человеческий эмбрион. Зародыш.

— Так, а это у нас что? — Ван Хорн нажал пару кнопочек на панели управления. Увеличил угол обзора, и потрясенно замер.

Невероятно.

— Включить звук. — Киберсистема исполнила приказ.

И в лаборатории раздался звук, который с волнением и радостью встречает любая любящая мамочка.

Тук. Тук. Тук.

Ритмичное и громкое сердцебиение. Да не одно, а сразу три…

Доктор не верил собственному счастью. Все три эмбриона прижились. И судя по данным скрининга, развиваются стремительно.

Транспортация прошла три часа назад. А сейчас судя по развитию, эмбрионам по пять недель.

Док лихорадочно перепроверял данные снова и снова. Но без изменений.

— Доктор, у эмбрионов проблема. — Ван Хорн вздрогнула от голоса Ария.

— Какая еще проблема? — недовольно пробурчал Генрих. Пристально всматриваясь в данные. — Я ничего не вижу.

Изображение на экране замерцало, увеличилось еще больше. Теперь, док видел один зародыш, окруженный странным темно-фиолетовым полем. Такого быть не должно.

— Покажи мне остальные эмбрионы. Немедленно. — Экран снова замерцал. Появился один, затем второй эмбрион, с точно такой же оболочкой.

— Что это? — ткнул пальцем в экран.

— Проблема, — ответила киберсистема. — Такая оболочка у всех трех зародышей.

— И? Что это значит? — нетерпеливо рыкнул Ван Хорн. — Меня интересует лишь одно, плоды жизнеспособны?

— Мне нужно время проанализировать данные. — Выдала система.

— Арий! Какого хрена тут происходит? — прошипел Ван Хорн. Ему вовсе не хотелось терять полученные результаты.

— Запрос не принят. Пройдите систему идентификации.

— Арий, ты охренел?

— Запрос не принят. — Заладила система механическим голосом. — Пройдите идентификацию. Включить биосканер.

По стенам лаборатории заскользили ярко зеленые горизонтальные и вертикальные светящиеся полосы. От поло до потолка, соединяясь и образуя в центре квадрат. Который стремительно сужался до зеленого крестика. Пока на груди доктора не высветился знак, очень сильно напоминающий мишень от снайперской винтовки.

Тут же завыла сигнализация. На потолке замигали красные огоньки.

— Нарушен периметр. Обнаружена чужеродная форма жизни. Активирована система безопасности. Протокол «Краш». Активирована система защиты биокапсул.

Далее, док действовал с поразительной для своего возраста скоростью. Метнулся к столу, схватил макбук, и бокс с образцами. Еще миг, и оказался у дверей, провел рукой по биодатчику. Бесполезно.

Рядом в стену впился красный лазерный луч, отлетевшие осколки металла оцарапали щеку, но док казалось не чувствовал ни боли, то того, что по щеке стекает струйка крови.

Забился в угол между шкафом и стеной, спрятался от оружейной системы. Поставил бокс на пол, быстро задрал рукав халата, нажал на запястье. Почувствовал пальцем вибрацию. Еще миг, и по его предплечью мерцая растеклась синяя субстанция, более напоминающая яркий жесткий металл. Док нажал нужную кнопку на образовавшемся на предплечье темном узком экране.

Тихое жужжание, и дверь открылась.

Ван Хорн подхватил бокс, осторожно выглянул из-за угла шкафа, и тут же отпрянул. Холодный металл расплавился рядом с его лицом, пораженный лазерным выстрелом, и сейчас стекал тонкими струйками на пол.

Даже столь короткого мгновения хватило, чтобы заметить, девушки пропали. Просто исчезли.

Образец №1 и образец №2.

Все годы его тяжелых трудов испарились.

Вот дерьмо!

Проклятые архоны!

Проклятая система, так не кстати давшая сбой.

Генрих пригнулся. Сейчас или никогда. Нужно уносить ноги. Добраться до телепорта. И взорвать к чертям эту гребаную базу. Основные образцы у него с собой. Не придется начинать сначала.

Нужно лишь ускорить процесс. Найти живые инкубаторы.

Он справится.

Главное, выбраться отсюда.

И метнулся в проем открытой двери. Он почти вырвался, оказавшись в коридоре, когда почувствовал толчок и обжигающую боль в спине и груди.

Опустил взгляд вниз, пораженно уставившись на расплывающееся по белому халату пятно крови.

Захрипел, и рухнул на пол, так и не выпустив из рук макбук и бокс.

Уже почти теряя сознание, почувствовал, как его куда-то несут.

— Мааак…бу…к… б…о…кс — Едва выдохнул док.

И прежде, чем провалится во тьму, услышал:

— Все в порядке, док. Вы держитесь. Ваш макбук и бокс при вас. Мы эвакуируемся с базы «Атлантида». Запущена система самоуничтожения. Держитесь, док. Ваши ренеботы уже заработали.

Одного Ван Хорн за все это время так и не заметил. Слишком поглощенный исследованиями, док не увидел, как кулон, лежащий в ложбинке между грудей Веры, внезапно замерцал ярким фиолетовым светом.

Не заметил и легкой вибрации, волнами распространившейся от лежащей на медицинском столе девушке. Добравшись до макбука доктора вибрации стихли, свет, исходящий от кулона, теперь едва заметно мерцал, словно маячок дальнего действия.