Глава 7. Кино

Матвей протягивает мне кроксы. Я удивлённо смотрю на свои розовые башмачки, с которых на траву летят капли воды. Даже не думала, что он обратит внимание на такую мелочь.

Нерешительно протягиваю руку и забираю их. Естественно Матвей не упускает случая прикоснуться к моим пальцам. Его кожа обжигает меня, и я как можно скорее отдёргиваю руку назад.

Молчу. Не шевелюсь.

Я насторожена. Я просто реально не знаю, чего от него ожидать. Он ворвался в мой мир и превратил его в триллер. Или в кино для взрослых с элементами преследования.

Стоп. Не хочу об этом думать. Я надеюсь, что всё-таки он не зайдёт так далеко. Хотя с чего бы? Есть ли хоть одна причина, чтобы он притормозил? Чтобы перестал строить на меня свои коварные планы?

Не знаю… Я должна что-то придумать, пока всё не зашло слишком далеко.

Как вернуть всё на прежний этап общения? Когда я была ему совершенно неинтересна. Настолько, что он вспоминал о моём существовании только когда нужно было сделать что-то по учёбе или по его сердечным делам.

Блин. Ну что за нелепость? Ну почему сегодня так всё получилось?

Что он увидел во мне? Почему передумал? Почему обратил на меня внимание?

– Какая серьёзная. Наверное, думаешь о том, чем мы займёмся дальше?

Я упорно молчу. Вступать с ним в перепалку – себе дороже. Он ведь может снова начать свою дрессировку с поцелуями. А я всё не могу никак прийти в себя от произошедшего. Будто теперь мой рот принадлежит не мне.

Там всё какое-то непривычное. И язык подрагивает, будто вибрирует до сих пор от его языка. И губы…

– Посмотрим киношку?

Я мну в руках кардиган. Холодно, жуть как. Но я боюсь накидывать одежду на свои плечи. Мне вообще хочется уменьшиться в размерах и стать букашкой. Чтобы он не буравил меня своим взглядом.

– Блядь. Так дело не пойдёт. Это напрягает.

Матвей тянет ко мне руки, и я испуганно отшатываюсь. Случайно ударяюсь ногами о деревянное сиденье качели и плюхаюсь попой на него. Дальше бежать некуда. Мажор нависает надо мной.

Устраивает руки с двух сторон от моего лица на спинку качели.

Холодные капли воды с его тела падают на меня. Сердце сжимается. Что теперь он сделает? Я просто не понимаю, как себя вести с ним.

– Добиваешься второго урока?

Я активно мотаю головой из стороны в сторону. Никаких больше уроков. Боже. Почему я вдруг оказалась в роли жертвы? Зачем Кирилл Юрьевич вообще привёз с собой своего сына?

Хотел увидеть маму? Так и приезжал бы сам. А лучше бы забрал её с собой. Они могли бы отправиться на свидание куда-нибудь. И было бы удобно для всех! Вообще лучше бы перевёз её к себе и всё.

Но нет же. Вот она я. Мокрая, униженная. А надо мной нависает Матвей. Парень, который решил превратить мою жизнь в ад.

– Тогда не надо играть в молчанку, конфетка. Хочешь посмотреть кино?

– Да, – отвечаю нехотя.

Нет, конечно. Я не хочу смотреть никакое кино. И уж тем более с ним. Но может быть это будет лучше, чем разговаривать? И кино – это что-то из разряда нормальных вещей. А что ему ещё может прийти в голову? Неизвестно же!

– Какой энтузиазм, – хмыкает Матвей.

Он выпрямляется, увеличивая между нами дистанцию. Я перевожу дыхание. Реально становится легче дышать. Наблюдаю, как мажор уходит назад к своим вещам и начинает одеваться.

Я же накидываю на себя кардиган. Поправляю волосы, выжимаю их на лужайку. Да, вид у меня до сих пор ужасный, но какая уже разница. Уверена, что в случае чего, Матвей найдётся как объяснить родителям причину нашего неожиданного купания.

Надеваю кроксы и иду к дому.

Дрожу всем телом. Запахиваюсь сильнее.

Из-за того, что всё тело мокрое и ткань облепляет меня как кожура банан – ощущения крайне неприятные. Мажор устраивается рядом. В полном молчании мы входим в дом. Поднимаемся по лестнице наверх.

Родители никак не реагируют на наше появление. Не удивлюсь, если они куда-то переместились из столовой. Заняты собой. Но я ведь давно знала, что маме плевать на меня.

Я бы с удовольствием съехала куда-нибудь. Ещё несколько месяцев и свалю нахрен в другой город. Буду учиться в универе и жить в общаге. Вместе с Настей. Наконец-то мы сможем с ней видеться каждый день, наконец-то моя жизнь изменится в лучшую сторону.

Если в ней, конечно, не появится этот безумный мажор.

Матвей открывает дверь в мою комнату и впускает меня внутрь. Я растерянно останавливаюсь в центре. Думаю, что неплохо бы переодеться.

– Есть шмотки брата в доме? Не хочу сидеть на твоей постели в мокром.

– Да, соседняя комната. Можешь взять, что захочешь.

– Премного благодарен, – усмехается мажор.

Когда дверь за ним закрывается, я лихорадочно выбираю из шкафа вещи. Спортивные штаны, футболка и толстовка. Нахожу и лифчик с трусами. Полная экипировка. Хочется взять с собой и телефон в ванную комнату, но его я не нахожу. Куда я его засунула? Но поскольку времени у меня мало, срываюсь так.

А то вдруг вернётся и заставит переодеваться при нём. С него станется.

Запираюсь и быстро переодеваюсь. Закидываю мокрые вещи в сушилку. Блин, вот не хочу я заботиться об этом придурке, но он ведь тоже намочил все свои шмотки. Не пойдёт же домой в вещах Ильи?

Вздыхаю и понимаю, что не буду запускать сушилку, пока не возьму его одежду. Чёртова вежливость. Ну и зачем мне это качество нужно? Разве такие люди, как Матвей заслуживают, чтобы к ним относились по-человечески?

Выхожу в коридор и как раз сталкиваюсь с мажором. В руках у него его вещи, а на нём спортивные штаны и футболка. Причём штаны висят на бёдрах так низко, что кажется ещё чуть-чуть и свалятся.

– Кхм, давай подсушу твою одежду, – смущённо тяну руки.

Закидываю в сушку, включаю нужный режим. Всё это время мажор стоит у входа в ванную комнату, подпирает дверной косяк и пялится на меня. Щёки полыхают, стараюсь не думать ни о чём.

В комнате я подтаскиваю ноутбук к кровати. Думаю, как бы сесть куда подальше. Но Матвей меня притягивает к себе. Берёт бразды управления в свои руки, что-то клацает в браузере и вскоре на экране появляется видео. И понимаю, что никакое это не кино.

Я ошеломлённо смотрю на девушку во фривольном костюме горничной, которая призывно наклоняется и вытирает что-то с пола. А к ней навстречу выходит накачанный мужик в одних трусах, но с галстуком. Что? Да он издевается надо мной!