Глава 18

Спать прошлой ночью мы легли очень поздно, отчего всю следующую половину дня были не в самом лучшем настроении и наперегонки друг с другом клевали носом. Учитывая, что такое состояние у меня было уже второй раз за прошедшую неделю, наша учительница и инструктор не упустили случая сделать мне замечания на этот счёт.

Ну и вишенкой на торте стало то, что вместо прогулки в саду, меня привлекли к общественным работам в качестве наказания. Видимо количество жалоб на мою скромную персону к вчерашнему дню превысило допустимые лимиты и настало время отрабатывать. Тут уж всем плевать, прав ты или нет. Если часто мелькаешь в конфликтах, да ещё и на главных ролях, то наказать тебя нужно хотя бы показательно для других, так сказать в назидание.

Конечно, можно было отказаться и принципиально ничего не делать, ухудшая отношения со всем окружением, но меня остановило не это. Директриса лично непрозрачно намекнула мне о том, что если я буду идти против всей системы, то они будут вынуждены принять меры, вплоть до приставления ко мне личного цербера в ранге мастера, с официальным разрешением применять силу.

Насторожила меня не угроза насилия, а банально, лишний контроль, которого в этой школе итак было с избытком. Но самое главное, что услуги такого "личного воспитателя" не будут входить в данное князем обещание учить меня в этой школе абсолютно бесплатно. После выпуска из школы, мне придётся оплатить этот долг рублями либо службой роду, который любезно возьмут эти расходы на себя сейчас.

Виктория Павловна прямо сказала, что Белорецким и школе выгодно, чтобы я вёл себя как говнюк и залезал к ним в долги. Поэтому либо принимаю кары судьбы и не выделываюсь, либо будем идти по сложному пути.

Справедливо взвесив все за и против, решил, что в крайнем случае я всегда успею покинуть школу и послать всех к чертям. А вот бумажки о получении образования и, что более важно, хорошие знакомства, могут и пригодиться. Ну а если к этому добавить и мифические техники силы, которым обучают в старших классах, то в школе и правда стоит задержаться.

Так что сейчас я занимался ничем иным, кроме как уборкой территории на заднем дворе нашей альма-матер. Как оказалось, таких провинившихся тут было целых пять человек, но все они уже закончили начальную школу, в отличие от меня. Каждому из нас специально назначенный куратор выделил участок, на котором нужно было собрать листья и другой мусор, а затем загрузить это всё в мешки.

Окинув взглядом вверенную территорию, я увидел и большое дерево, с которого по осени осыпалась эта листва. Забравшись на него повыше, осмотрелся ещё раз вокруг и принялся с помощью дара поднимать мусор и трамбовать всё это в мешок. Первое время, управление множеством объектов, пусть и маленьких да лёгких, мне удавалось с огромным трудом. Но чуть позже я втянулся в процесс, подходя к делу довольно обстоятельно. По итогу вышла такая себе неплохая тренировка, чему я даже порадовался.

Вернувшийся через полтора часа куратор застал меня спящим под тем самым деревом, сидя на корточках. Та ещё картина, наверное была.

— Обломов, подъём. — внимательно оглядевшись вокруг, он добавил. — Молодец, управился. Не то, что эти балбесы.

Эти балбесы сейчас смотрели на меня исподлобья и были очень недовольны той планкой, которую я невольно всем здесь задрал. Кто же знал, что они тут обычно дурака валяют и в карты играют?

Вадим Александрович, так звали приставленного куратора, после проверки выполненных работ и заполнения своего журнала, собрал наш штрафной отряд и повёл на ужин.

— Компот лучше не пейте. — осторожно заметил я, наблюдая пристальные и недовольные взгляды своих компаньонов поневоле. — Он порченный.

— Заткнись малой. — буркнул один из них, но всё же стал принюхиваться к напитку.

Остальные так же аккуратно понюхали содержимое своих стаканов, после чего все пятеро переглянулись между собой и неспешно осушили свои стаканы.

* * *

Пока шло моё наказание, со своего задания вернулась Кали, удивив меня тем, что в дальнейшей слежке за найденным нами соучастником компотного заговора из числа охранников, больше нет смысла. В первый день наблюдения за объектом, демоница не заметила, по её словам, одной маленькой детали. А именно, как в туалете за бачком унитаза, Андрей Протасевич достал небольшой бутылёк и поспешно спрятал его в карман. Сегодня же, она по какой-то причине решила наблюдать за ним даже в туалетной кабинке.

— Теперь нужно проследить за тем, кто его туда кладёт.

Андрея мы, конечно, не забудем… Но учитывая то, что он в этой игре всего лишь пешка, и скорее всего также как и та повариха не знает тех, кто стоит выше, время сейчас терять на него и его допрос мы точно не будем. Слишком рано ещё для таких открытых шагов.

— Молодец, Кали. Теперь стереги бачок. — отдал я приказ демонице, желая распутать этот клубок как можно скорее.

С момента разговора с демоницей прошло не более четырёх часов, как она вновь порадовала меня новостью о том, что следующее звено цепи тоже найдено.

И кто бы мог подумать, что целый начальник охраны будет замешан в этом поганом деле… На душе стало немного неприятно. Неужели всё-таки сами Белорецкие нас чем-то травят? Хотя… нет. В таком случае подобная конспирологическая цепочка была бы попросту не нужна.

Самое неприятное в этой ситуации то, что Аристарх Дмитриевич занимал свою должность не просто так и был, как минимум, очень сильным одарённым. Кого-кого, а его мне уж точно не выйдет взять и допросить… Поэтому придётся Кали и дальше продолжать слежку — возможно удача и дальше будет нам благоволить.

Я же, в свою очередь, коротал вечер в комнате вместе с соседями. Небольшие сдвиги в их прогрессе всё-таки стали появляться. Как минимум, Юра и Ваня перестали жаловаться на то, что у них начинает болеть голова от длительной концентрации на объекте, и это уже радовало. Степка же, после событий прошедшей ночи стал заниматься с ещё большим рвением и желанием.

* * *

Утро следующего дня началось с очередного доклада Кали. Демоница сообщила мне о том, что дома у Аристарха Дмитриевича находится небольшой склад той дряни, что он периодически таскает в школу. И учитывая то, сколько там лежит этих бутыльков, ждать доставку новой партии и соответственно выходить на тех, кто стоит выше, можно очень долго.

Оно бы может и правильно было бы дождаться когда текущие запасы закончатся, чтобы легко и без лишнего шума выйти на поставщиков. Но меня серьёзно мучал вопрос о том, что в этом случае бедные школьники будут травиться не пойми чем ещё как минимум месяц! А уверенность в том, что эта дрянь для нас опасна, росла с каждым днём расследования.

Пока я за завтраком размышлял о своих дальнейших действиях, брезгливо поглядывая на стоявший рядом с моим подносом стакан с компотом, не заметил как возле нашего стола оказалась малознакомая женщина в сером платье.

Заместитель директора была уже слегка в годах, носила короткую причёску и очки с толстой оправой. В прошлом мне доводилось общаться исключительно с Викторией Павловной, в присутствии которой от замдиректора мне доставались лишь строгие взгляды. Сегодня же Лидия Васильевна изволила спуститься в столовую со своей проверкой, и с недовольным видом дотошного инспектора ходила по большому помещению, то и дело придираясь по различным недочетам.

Дело то оно хорошее, если направлено на благо, только вот лично я никак не ожидал, что её гневный взор будет направлен и в сторону учеников. Если быть точнее, то конкретно на наш стол.

— До меня дошла информация, что ваша компания уже более недели тут всем свой характер показывает.

Отметив, что никто из нас с ней в диалог вступать не собирается, женщина продолжила:

— Я спрашиваю: почему носы воротите? Обломов, твоя работа?

— Просрочка. Потом живот болит. — пожал я плечами и кивнул в сторону стакана.

— Ни у кого не болит, а у вас болит?

Спорить и что-то ей доказывать я не собирался, но весьма насторожился тем фактом, что Лидия Васильевна так заинтересовалась этой маловажной для человека её уровня темой.

С другой стороны, наше расследование на неё ни коим образом не выводило и раньше времени подозревать тётку тоже не стоило.

— Лена, отведи этого ко мне в кабинет. — бросила замдиректора и развернувшись на каблуках, отправилась дальше инспектировать объект.

— Хорошо, Лидия Васильевна. — послушно отозвалась куратор, держу пари едва сдерживая плотоядную ухмылку.

Все ребята за столом с большим сочувствием меня оглядели и даже похлопали по плечу. А у меня в груди, впервые за долгое время предательски кольнуло, отчего я стал внимательно перебирать все факты в голове и судорожно соображать что не так.

И если сложить всё вместе, то выходила интересная картина. Больше месяца моя персона, пусть и не специально, но привлекала ненужное внимание сторонних наблюдателей. По началу не пил эту дрянь только я сам, чем вряд ли выделялся из общей массы и был кем-то замечен. Но потом я два раза искупал в компоте тётю Лену и свидетелей её шипения и воплей было достаточно.

Затем за моим столом перестали употреблять эту дрянь всё больше и больше ребят. Причём происходило это исключительно в те моменты, когда от жидкости веяло чёрной дымкой. В тех редких случаях, когда компот всё-таки был пригоден к употреблению, а также в обеденное время, мы как ни в чём не бывало его пили. И вероятно, это могло очень подозрительно выглядеть со стороны, особенно если знать дни и время, когда в напиток из варёных ягод была добавлена их отрава, а когда нет.

Меня тупо вычислили.

Что ж, возможно, это ещё не до конца так, но нужно исходить из самого пессимистичного сценария. И это значит только одно — медлить больше нельзя.

Правда при таком сценарии, у меня все-таки было одно преимущество: они не знали, что я знаю о них. Поэтому сейчас, скорее всего, тётка будет прощупывать и опрашивать меня.

Решив не терять времени, я воспользовался моментом, пока Елена Евгеньевна вела нас с завтрака по своим урокам.

— Лёша, я с тобой! — внезапно удивил меня Стёпка, а я заметил, как и остальные ребята в такт его словам закивали головами.

— Мы тоже!

— Подтвердим, что животы болели и поносило. — добавил Ваня, наблюдая моё скептичное выражение лица.

— Не переживайте, ребята. Ничего она мне сейчас не может сделать.

Втягивать в это дело своих новых друзей я откровенно боялся. Тут бы свою шкуру сберечь, а в случае их присутствия придётся и за них переживать.

Достав телефон из кармана, я никого не стесняясь и откровенно забивая на все запреты, стал набирать номер, который в своё время мне дал сам князь Белорецкий.

— Добрый день, Алексей. — послышалось на другом конце.

— Здравствуйте. Мне срочно нужно поговорить с дядей Женей.

— К сожалению, Его Светлость сейчас занят, но я уполномочен от его имени решать твои вопросы. — спокойным голосом озвучил помощник князя.

— Хорошо. Мне срочно нужен отряд спецназа.