Глава 12

Продемонстрировать свои способности мне Максим не сумел. Товарищ лишь поведал историю о том, как прошлой ночью на фоне минувших событий ему приснился кошмар. По рассказу друга, во сне он убегал от какого-то монстра и тому удалось загнать его в тупик. После чего и произошла вспышка силы: окна и двери из комнаты Максима выбило с грохотом, отчего проснулись и перепугались все домочадцы.

Родители запретили ему рассказывать о случившемся кому бы то ни было, но Макс посчитал что мне довериться можно. Да и видел он мои возможности этой ночью, а посему выходило, что я единственный одарённый из тех, с кем можно посоветоваться.

Не знаю почему, но мне внезапно стало так стыдно и неудобно от того, что я всё это время держал от друга подобную тайну в секрете.

— Макс... извини меня. Мне тоже сказали держать в тайне свой дар. — повинился я, опуская голову.

— А ты давно? — задумавшись спросил товарищ.

— Несколько месяцев. С лета, в общем.

— Ого. Это получается та драка с...

— Да. — коротко отозвался я.

— Ну ладно. — пожал плечами он, даже не думая включать обиду. — Ты лучше скажи мне, что делать дальше...

— Рассказать всё учителю. — без заминки произнёс я. — Именно он меня тренирует и помогает развивать способности. Дядя Святогор поможет, увидишь.

— Да? — удивился товарищ, оглядывая меня удивлёнными глазами. — А когда вы успеваете?

— После общих тренировок. — вздохнул я.

Уже несколько месяцев подряд, почти половину моего дня занимает школа, а вторую, различные тренировки. И только вечером у меня остаётся немного свободного времени на свои дела. Учитывая, что ещё полгода назад я был абсолютно свободен от всех этих забот, подобный режим на меня несколько давил морально.

Товарищу ничего не оставалось, кроме как последовать моему совету и рассказать всё дяде. Правда перед этим, он обсудил это решение со своим отцом. Учитель с дядей Славой долго и обстоятельно беседовали, пока мы с Максимом отрабатывали удары клинком.

Как я и ожидал, результатом этого разговора стало то, что теперь Макс будет тренироваться вместе со мной и после школы. В какие-то особенные подробности взрослые нас посвящать не стали, лишь осветили новость, которую мы с другом приняли с восторгом.

* * *

Процессы протекающие со мной последние несколько месяцев, сегодняшней ночью приблизились к определённой черте. Этим утром я проснулся совсем другим человеком... хотя, если быть точным, то человеком тем же, но с обновлённым набором знаний.

В пору своей студенческой молодости, я частенько читал книжки про различных попаданцев, оказывающихся по воле случая в других мирах. Процесс их инициации и попадания в тех романах затягивался редко. Погиб — очнулся в другом теле, пошёл захватывать мир.

У меня всё случилось немного иначе...

Окончив институт по инженерной специальности, сразу на работу мне устроиться не удалось. Нет, это были не происки работодателей, желающих набирать работников только с пятилетним стажем. Мне пришлось отказаться от сразу двух предложений и вернуться в родной город по семейным обстоятельствам.

А вот в провинциальном городке, откуда я родом, на мой диплом было всем наплевать. И тут, внезапно, один из старых товарищей, предложил мне, имеющему военно-учётную специальность, должность у них в части.

Служба была в целом не пыльная, в штабе, но наш комбриг оказался довольно интересным товарищем. Полковник Колосов был по жизни максималистом и свято верил, что поблажек на полигоне не должно быть ни у медроты, ни у связистов, ни у штабного батальона, где служил я. Как по его приказу до седьмого пота гоняли штурмовые батальоны на полигоне, вообще страшно вспоминать.

Несмотря на все эти минусы, по крайней мере для меня, я ориентировался на хорошую зарплату и раннюю пенсию, по выслуге лет. А учитывая то, что наш батальон таскали на полигоны обычно не более двух раз в год, а всё остальное время шла размеренная служба, я и вовсе не жаловался и даже держался за своё место.

Стоит также добавить, что этот мир был абсолютно без магии. По крайней мере в том временном промежутке, в котором жил, любил и служил я.

Переломным моментом в моей биографии стала война. Бежать от неё мне не позволила ни мужская честь, ни чувство патриотизма, которое мне тоже было не чуждо, ни тем более присяга. Учитывая продолжительность боевых действий, в которых страна увязла на годы и немалые потери с обоих сторон, жизнь меня на этой службе не слабо помотала.

Не было и без положительных моментов: в критической обстановке во мне раскрылись хорошие лидерские качества, которые не утаились от глаз командира. И учитывая некоторую "текучку" кадров на войне, судьба повернулась так, что за восемь лет я дослужился до целого комбата.

Много лестных кличек, вся грудь в орденах и медалях, часть из которых достались особенно тяжело и несколько лёгких ранений. К тридцати годам "молодой" майор, то бишь я, выглядел немного не на свои годы — война берёт своё. И наперёд скажу, я хоть и был в прекрасной физической форме и со спортом на "ты", но суперсолдатом никогда не являлся. Каких-то выдающихся способностей ни в стрельбе, ни в ближнем бою я не показывал — всё как у всех, на хорошем уровне, но не более. Колосов, дослужившийся при мне до генерала, хвалил во мне мой мозг, способный на риск и хитрые маневры, хвалил, как я говорил, и лидерские качества, люди и правда за мной шли. А ещё, он всегда мне говорил беречь и дорожить своей фортуной.

Последняя, как можно догадаться, однажды меня сильно подвела. И судя по тому что я помню, это была банальная, но мощная ракета, приземлившаяся на наш штаб, прямо во время совещания. Умер я мгновенно.

Сейчас в мою голову закралась интересная мысль: а что если мы все своего рода попаданцы? Просто не каждому, как мне, повезло осознать себя в новом теле. К примеру, у меня это вышло только лишь к семи годам. Правда тут не обошлось без нюансов...

Начнём с того, что я не попал внезапно в тело этого мальчика. Этот мальчик и есть я. Я им родился. И сейчас, так уж вышло, не только смог вспомнить свою прошлую жизнь, но и получить что-то вроде памяти предков. Памяти предков этого тела, если быть совсем точным.

Это очень трудно объяснить, но по ощущениям отдалённо было похоже на то, будто я пообщался со своим дедом. И то, что он мне рассказал, переворачивало всю мою жизнь с ног на голову. Я бы даже не так сказал: крутило, вертело и высоко подбрасывало мою жизнь возле обрыва и не факт, что собиралось ловить.

Из настоящего, сейчас у меня было только имя. Даже бабушка, моя родная, милая, добрая бабушка, и то была не моя.

И нет, я не проснулся из-за этого обиженным на весь мир и тем более на тех людей, что меня растили и оберегали. Но кое-кто в списке моих врагов, всё же появился.

* * *

— Ты сегодня сам не свой. — улыбнулась Алина, встав напротив моей парты на перемене.

Осмотрев стоящую перед собой девчонку, я устало улыбнулся и ответил:

— Я в своём познании настолько преисполнился, что как будто уже сто триллионов миллиардов лет проживаю на триллионах и триллионах таких же планет, понимаешь? Как эта Земля. Мне этот мир уже абсолютно понятен, и я здесь ищу одного: покоя, умиротворения и вот этой гармонии от слияния с бесконечно вечным.

От такой речи девчонка ненадолго зависла, хлопая глазками приоткрыв рот.

— Эм... приболел? — положив мне свою тёплую ладошку на лоб, обеспокоенно спросила подруга.

— Да не. Устал малость от этой школы, морально. А тут ещё контрольная. — тепло улыбнулся я в ответ.

— А-а, понятно. — немного помявшись на месте, девчонка внезапно спросила. — Ты не хочешь пойти покушать в столовую? У нас большая перемена.

— Я обычно дома ем. — пожал плечами, всё ещё витая в облаках.

— Почему? — искренне удивилась Алина.

— Если быть откровенным, то бесплатные обеды в столовой вызывают у меня рвотные рефлексы. А то, что съедобно, стоит денег. А я сейчас коплю. — без задней мысли, абсолютно откровенно ответил я, не отвлекаясь от своих мыслей.

— Хочешь, я тебя угощу?

Такое предложение было для меня, если честно, очень даже соблазнительным. Только вот позволять девчонке за себя платить мне было очень неудобно, пусть мы даже и друзья.

— Спасибо, Алина, но нет.

Подругу этот ответ не устроил и присев рядом со мной, она негромко заговорила.

— Слушай, ты же в курсе, что меня там все в лицо знают и я могу, и один лишний поднос взять, и пять. Я бы ещё Максима с собой взяла, если он захочет. Мне одной кушать скучно.

От такого аргумента моё железобетонное "нет" дало трещину, а в животе предательски заурчало. Наша школа хоть и не была частной, но все знали, что она принадлежит Белорецким. Поэтому неудивительно, что для его дочери тут "всё включено".

— Не шутишь? — на всякий случай уточнил я, понимая, что решение уже принял.

— Не-а. Пошли, а то не успеем.

Пройдя рядом с подругой по раздаче и выбрав то, что нравится, я спокойно проследовал к обеденному столу, денег с меня брать никто даже не заикнулся.

— Ты не хочешь поучаствовать в олимпиаде по математике?

— Что? Нет. — отмахнулся я. — Мне есть чем занять своё свободное время.

— Развиваться нужно не только физически. — деловито заявила подруга, явно используя фразу одного из родителей.

— Будь на твоём месте другой человек, я бы решил, что Нина Николаевна согласилась приплатить тому, кто меня на это уговорит. — усмехнулся я, а следом рассмеялась и Алина.

Учительница и правда последнюю неделю всячески склоняла меня к участию в этих школьных олимпиадах, а я в свою очередь абсолютно беззастенчиво ей отказывал.

— Смотри сам, Нина Николаевна обещала плюс один бал в конце четверти, даже за участие.

— Ты же знаешь как я философски отношусь к этим оценкам?

— Фи-ло-софски? — не поняла меня девчонка.

— Мне по большей части на них плевать.

— А телефон? — напомнила мне Алина про договор с бабушкой.

— Поэтому и держу баланс. Учусь, всё делаю чтобы не могли придраться и на этом всё. В эту парадигму олимпиада не вписывается. — вздохнув, добавил я.

— Парадигму? Ты сегодня разговариваешь ещё страннее чем обычно. — заключила маленькая леди.

— Да, есть такое.

На этих словах я задумался о том, что сейчас происходит в моей голове. В теле почти семилетнего пацана осознал себя вполне взрослый мужчина, у которого, вдобавок, наладилась некая связь с предками. Посыплем сверху этот пирог детскими гормонами и тяге к приключениям на свой зад, и получим меня.

Стоит отметить, что когда я говорю о связи с предками, не стоит это понимать буквально. Речь шла о пласте возникнувших в голове знаний и понимании того, каким образом они там появились.

— Всё забываю спросить, кто такие Вяземские? — вспомнил я ситуацию, что недавно произошла на дне рождения у Алины.

— Дворянский род. — ответила девчонка и кисло поморщилась.

— А этого засранца тебе, так понимаю, сватают?

— Да... — на этих словах Алина даже перестала жевать. — Откуда ты узнал?

— Догадался. — пожал я плечами, вспоминая поведение графёнка. Мелкий уже считал Алину своей собственностью, судя по поведению. Впрочем, это не моё дело, вряд ли Белорецкий даст свою дочь в обиду.

— Отец попросил приглядеться. Он считает Виктора хорошей партией для меня. — насупилась Алина.