Глава 15

Анвар

Лерка со мной почти не разговаривала, не истерила, как когда я, вернувшись под утро разбудил ее и попросил собрать вещи. Не слушая вопли, угрозы и увещевания, прошел мимо в душ, даже заперся на всякий случай, чего раньше никогда не делал. Но мало ли, что на нее найдет, вдруг снова целоваться полезет?

Когда вышел, было тихо, сестра или спала, или делала вид, что спит. Мне тоже стоило выспаться, чем я и занялся. Теперь мы ехали в машине, и я мысленно посмеивался, незаметно поглядывая на досадливо пыхтящую Лерку. Я прекрасно понимал, что она дезориентирована. Не ожидала сестренка, что на этот раз я не остыну. Не забуду все через несколько часов.

Я сдержал слово и вез ее к родителям в Ясное, и декану я тоже позвонил, благо мог это себе позволить даже в выходные. То, что я услышал, мне не понравилось, пришлось присовокупить к наказанию приличный штраф за неуспеваемость — Пришибленная суровым поступком, мелкая пребывала в легком шоке и почти со мной не разговаривала, односложно отвечая на вопросы.

Отчего-то мысль о том, что из меня получился никудышный воспитатель, потихоньку вытеснили из головы другие, гораздо более прагматичные. Благодаря мне Валерка обрела новую семью и дом. Росла в ласке и заботе, став единственной дочкой при уже взрослом сыне. С тех пор она имела все, что нужно: хорошая школа, модная одежда, любые развлечения в пределах разумного. Правда, с завидной частотой непоседа умудрялась попадать в плохие компании, но тут я брал всё в свои руки, успевая предотвратить и направить хулиганку на путь истинный. Или помочь. Детская влюбленность в старшего братика отлично действовала там, где напрочь игнорировались слова родителей. Лерка слушалась и заглядывала мне в рот, лишь вчера я осознал: то, что долгое время считал преимуществом и рычагом давления, на деле — проблема. Вчерашний поцелуй окончательно расставил все точки над «и».

Лерка меня поцеловала, и что дальше? Однажды я обнаружу ее в собственной постели? То, что она мне не сестра по крови, не имеет никакого значения. Для меня это так и есть, как и для моих родителей она дочь безо всяких оговорок. Менять я ничего не собираюсь, да и ее странная одержимость, для которой я никогда не давал повода ни словом, ни намеком, серьезно напрягает. Да и мне в конце концов нужна нормальная личная жизнь, а не все это…

Родители в отпуске и вернутся только ночью, так что их ждет сюрприз. Что-что, а недовольство матери Лерка совсем плохо переносит, может ей удастся ее образумить. Так что передам ее из рук в руки, и адье! А до тех пор побуду здесь, прослежу, чтобы рыжая беда не устроила никакой каверзы, и заодно проверю сигнализацию и видеонаблюдение.

Дом встретил привычным уютом, умиротворением и сияющими до блеска окнами фасада — у матери на эту тему пунктик, и раньше она едва ли не ежедневно натирала их тряпкой. Я купил ей «Керхер», несколько роботов-мойщиков, а затем и вовсе заключил контракт с клининговой компанией.

Метущий хвостом Кошмар радостно поскуливал и бесился в вольере в нетерпении. Как всегда, я почувствовал легкий укол совести, за то, что покинул друга, но что поделать, городская квартира не самое лучшее место для тибетского мастифа.

— Соскучилась, морда? Погоди, сейчас я тебя выпущу, засиделся, парень.

Отперев дверцу вольера, я выпустил пса наружу. Мощные лапы тут же опустились мне на плечи, даже пришлось сделать шаг назад, чтобы устоять, столько энтузиазма у восьмидесятикилограммовой туши это не хухры-мухры. Мокрый язык замелькал перед носом, пытаясь дотянуться и лизнуть. Я старательно закрутил головой, чтобы не оказаться обслюнявленным.

— Коша, фу! — ругнулся и, запустив пальцы в густую шерсть, оттянул назад лохматую морду с начесанной гривой. — Красавец ты мой! Зверюга! Кошмарище! — Потрепал, пребывающую в экстазе собаку по холке, и украдкой покосился на Лерку.

Та уже выгрузила пожитки и даже самостоятельно, не дожидаясь моей помощи, отнесла все на террасу. Что это? Покладистость или нежелание со мной говорить. Это настораживает, учитывая, что ее шмотки я трамбовал и тащил в машину сам.

Я отвлекся, пытаясь просчитать сестренку, и в этот момент Кошмар сорвался с места, рванув к в сторону машины. Сначала я даже не понял, куда он. Решил, что пес просто увидел соседскую кошку. Раздался не то всхлип, не то вскрик, и между тачкой и воротами застыла хрупкая фигурка в форменной одежде.

Коротко выругавшись, я рявкнул:

— Кошмар, стоять!

Несмотря на свирепый облик и внушительные габариты, Коша был воспитанным и обученным псом, он мгновенно выполнил команду, остановившись аккурат у ног перепуганной работницы клининга. Она уронила какие-то вещи и прижала руки к лицу. Оно и понятно, девушка не в курсе, что максимум, что Коша сделает, это заставит лечь на землю и продержит до прихода хозяев. Ну или залижет до смерти.

— Сидеть! — я оттащил пса в сторону за шкуру на холке. — Мария, вы в порядке? — прочитал я имя на бейджике.

Девушка не спешила убирать прижатые к лицу руки, ее пальцы и плечи мелко подрагивали.

— Не бойтесь, Коша не тронет. Он добрый.

Она шумно выдохнула и, точно теряя сознание обмякла, прислонившись спиной к воротам, но так и не убрала рук от лица. Инстинктивно желая ее поддержать, я выпустил пса и скомандовал:

— Кошмар, место!

— К-коша? Кошмар?! — сдавленно пробормотала девушка, нервно прыснув в ладони, и поспешно нагнулась за оброненными вещами, прошептав: — Простите.

В этот момент Кошмар с чего-то решил, что его зовут. Неизвестно как пробравшись под машину он неожиданно высунулся и лизнул девушку прямо в лицо, в очередной раз удивив меня, какими тихими, незаметными и шустрыми могут быть почти девяносто сантиметров в холке, когда речь идет о хулиганстве. Проделал он это все так стремительно, что уборщица от неожиданности отшатнулась и, потеряв равновесие, уселась на задницу, с остервенением отплевываясь и вытирая обслюнявленные губы. Что-то в этом инстинктивном жесте показалось мне невероятно знакомым.

— Ксюша?! — только сейчас, когда огромные серые глазищи сверкнули, глянув снизу вверх, я узнал ее.

Дружище Кошмар расположился рядом, изображая пай-песика, и виновато мел пушистым хвостом, вроде как извиняясь.

— Ах-х… Аа-ан… Мне пора! — выпалила невразумительно девушка и, вскочив на ноги, бросилась к калитке.

Глазам не верю! Это она! Здесь! В доме моих родителей! Но как такое возможно? Я и сам не понял, что на меня нашло, когда преградил ей путь рукой. Со стуком захлопнул приоткрывшуюся дверцу, не позволив ее открыть и, чувствуя, как внутри все закипает от гнева, спросил:

— Так Маша или все же Ксюша? Что ты делаешь в моем доме?

Это и правда была она — моя Навязчивая Идея. Вчера я едва сумел заснуть, прокручивая в голове точно ролик «кадры» вчерашнего дня, снова и снова, останавливаясь на том самом месте, когда не смог найти ответа, и вглядываясь в огромные от удивления серые глаза, что таили в глубине загадку. Сейчас я глядел в них опять, но уже наяву. Глядел и злился, точно меня обманули или задели.

Стоп. Так нельзя. Мало ли, как она назвалась на страйкболе, я там тоже представляюсь по нику. В конце концов, вчера я не спрашивал, где она работает, почему бы и не в клининге?

Ксюша-Маша воззрилась широко распахнутыми глазами, в которых заново разгорался едва потухший отблеск испуга. Она плотнее прижалась к воротам, и я отметил, что форма велика ей в груди. Легкая смесь цветочных духов, запаха ее волос и тела, заставила трепетать от удовольствия ноздри. Гладкая кожа девушки как будто светилась, и мне вдруг захотелось наклониться и лизнуть ее, пробуя на вкус там, где заканчивается шея. Черт! Я завидую Коше, он смог себе это позволить, а вот меня вряд ли верно поймут.

Глядя, как девушка загнанно дышит и комкает тряпки в руках, возбудился мгновенно. Как и вчера хватило мимолетной фантазии, о том, как закидываю девчонку на плечо и несу внутрь, чтобы разложить в одной из комнат на татами. Черт! Да я уже сожрать ее готов! Приподнять, залезть под юбку, отогнуть в сторону трусики и…

Резко вздохнул, пытаясь угомониться. Со мной что-то не так, или это ее униформа на меня странно действует?

«И вчера тоже была форма? — поинтересовался внутренний голос. — Да вы фетишист, батенька!»

Скрывать интерес стало совсем сложно, а вот прижать ее всем телом к воротам и дать ей его почувствовать тянуло неудержимо. Только вот вряд ли она оценит, судя по паническому выражению лица. На ее месте я бы тоже не оценил.

— Так что, Ксюша-Маша? — надавил, торопя с ответом.