Эпилог

Полгода спустя

Я смотрела из окна на залитую полуденным солнцем улицу. Вокруг было много народу, под домом собралась огромная толпа. Разношёрстные наряды, смеющиеся девушки, разговаривающие между собой мужчины. Дашка стояла дальше всех, в обществе одного из друзей Захара. Игоря. Насколько я знаю, он расстался со своей женщиной и подруга видимо решила попытать счастья.

К дому подъехал черный внедорожник, украшенный цветами. Сердце в груди замерло от волнения в ожидании НЕГО. Дверь открылась и на улицу вышел Зар. Кипельно-белая рубашка и светло синий костюм, именно тот, что мы выбирали с ним в бутике неделю назад. Мой мужчина. Взгляд то и дело скользит по его крепко слаженной фигуре. У Захара новая стрижка. Она настолько ему идет, что пальцы начинают зудеть от желания и потребности запустить их в волосы.

Понимаю, насколько я сейчас счастлива. И тут же совершенно другие мысли лезут в голову. Гадкие мысли, раздирающие душу на части.

Шесть месяцев идиллии и вместе с тем реабилитации от полученных во время нашей разлуки душевных травм. Сколько терпения и воли у Захара – я не перестаю восхищаться любимым. За его доброту и заботу с каждыми днем я люблю его сильней.

Страшно даже вспоминать то, какой я была еще месяца три назад. Стас… он сломал меня. Уничтожил. Там в аэропорту после долгой разлуки, Захар встретил не меня. Там была пустая оболочка от прежней Регины.

Все время пока Захар был в тюрьме, я держалась. Молча терпела все издевательства и насилие над собой, потому что знала, так я спасаю ЕГО жизнь. Во мне было столько злости и желания спасти любимого… а когда все закончилось, когда все было позади, а Зар рядом – я сломалась. Будто механизм, защищавший мою душу от травм пришел в негодность или отключился за ненадобностью и боль хлынула лавиной,затопила меня.

Каждую ночь я просыпалась с криками от увиденных кощмаров. Каждую ночь в моих снах он издевался надо мной. Насиловал, унижал. После каждого ужаса, я приходила в себя у Зара на руках. Он терпеливо успокаивал меня, держал на руках, прижимая к влажной от моих слез груди. Гладил по голове, нашептывая нежные слова успокоения. А когда я поднимала на него глаза в эти минуты, я видела в его глазах боль и злость бессилия. Кому, если не мне знать, что самая страшная мука – видеть агонию любимого человека и не иметь возможности забрать ее, как то облегчить. Так и Зар. Он погибал, видя на то, как я истязаю себя.

Я так ничего и не рассказала ему. Он жаждал узнать, но не давил на меня. А я не могла… Мне казалось, если расскажу Захару о тех ужасах, что творил его брат, он никогда не оправится. Я не могла так поступить с ним. Захар видел синяки на моем теле, оставшиеся после Миллера младшего, и даже они выкручивали ему вены. Я представить себе не могу, что было бы с ним, узнай он всю правду.

После двухнедельных мучений, Зар настоял на психологе. Я сопротивлялась. Боялась, что врач начнет копаться в моей голове и Захар каким то образом узнает всю правду. Я отказывалась. В один из таких дней после очередного ночного кошмара, любимый вернулся раньше с работы, сел напротив и взяв меня за руку, посмотрел в мои глаза.

– Завтра идем к Заманской. Это лучший специалист в сфере психологии.

Я хотела отказаться, но он не дал и слова сказать.

– Ты посетишь один сеанс. Я обещаю, если будет плохо, больше не заикнусь об этом, – в его голосе было столько стали. Но мысль о том, что кто-то будет копаться в моей голове – заставляла меня корчиться от страха.

– Я не хочу…

– Я не узнаю, – словно прочитав мои мысли, произнес он. – Не о чем не узнаю. Ты будешь с ней один на один.

Я заглянула в его глаза и в тот момент в них был столько любви. Я знала, этот мужчина сердце вырвет из груди, чтобы спасти меня. Разве могла я отказать?

Чудо произошло. Психолог помог. Нет, он не вылечил меня от душевной боли, но он смог подобрать мне хороший анальгетик. Как сказал док, душевную рану может вылечить только время и любовь близких. Лечить меня – удел Захара. Но после пяти сеансов, кошмары стали реже. В последний месяц они прекратились совсем и я не могу этому нарадоваться. Честное слово, я словно заново начала жить. Научилась радоваться мелочам. И каждый день Захар дарит мне надежду на счастье.

– Доченька, Захар приехал – в дверях показалась мама. Женщина засеменила ко мне. Поправила фату, окинула меня взглядом и тепло улыбнулась.

– Ты такая красавица у меня, – прослезилась родительница.

– Спасибо мам, – улыбнулась, поспешив обнять ее.

– Ты не передумала? Все-таки хочешь, чтобы он увидел тебя только в ЗАГСе? – спросила мама, поправляя потекшую тушь под глазами.

– В ЗАГСе, – кивнула, хотя, признаюсь, сердце так и рвалось к нему. Но мне так всегда хотелось. Чтобы жених не видел невесту до самого дворца бракосочетания.

Кивнув, мама вручила мне букет и помогла обуть туфли.

– Скажешь ему сегодня?

Сердце забилось бешено. Не знаю, почему, но я боюсь сообщать Захару новость. Я еще и сама не совсем осознала действительность…

– Не знаю.

– Папа сегодня новость сообщил, ты слышала? – мама поспешила перевести тему. Вот только совсем не хорошую замену она нашла. Я понимала, оо чем она хочет мне сказать. Утром позвонила Дашка и рассказала новости. И сейчас по спине холодок пробежал, от понимания того, о ком пойдет речь.

Мама восприняла мое молчание за согласие услышать ее.

– Стас повесился. Нашли в камере в петле. Туда ему и дорога скоту – в голосе женщины была злость.

– Мам я не хочу чтобы сегодня о нем даже вспомнили, – передернула плечами, стараясь прогнать предательский озноб.

Я уверена, что повесился он не сам. Такой как Стас любил свою никчемную жизнь, ни при каких условиях он бы не пошел на такое. До последнего Миллер младший не сознавал свою вину. Захар с помощью папы нарыли на него компромата лет на пятнадцать. Но только благодаря показаниям Лены нам удалось посадить его за решетку быстро. Ей тоже грозил срок. Но Захар помог женщине. И я в этой ситуации была солидарна с любимым. Бог ее уже наказал. Тяжело больной ребенок – разве бывает ноша тяжелее? Захар помог малышу, в то время как Стас, обещавший ей золотые горы после содеянного, ушел в закат, не оставив ей ни копейки. За то и поплатился.

– Прости, я хотела чтобы ты знала. Вдруг кто то из гостей заговорит…

Мама слишком беспокоится за меня. В любом случае, я уверена, что ни один человек не захочет даже упомянуть об этом отрепье.

***

Папа держал меня за руку. Я так нервничала, казалось оставь он меня, я упаду и скачусь кубарем вниз по ступенькам. По приезду в загс, меня спрятали в комнате для новобрачных. И я уже раз сто пожалела о придуманной еще в юности примете. Со вчерашнего вечера не видела Захара, и ночь была бессонной. Не могу с собой ничего поделать, только в его объятиях могу расслабиться.

– Идем, доченька, пора, – уже будучи в коридоре, папа вырывает меня из раздумий. Поднимаю на него глаза, а он хмурится.

– С тобой все в порядке? Бледная ты какая-то…

– Волнуюсь – посылаю ему нервную улыбку. Я не вру. Но переживаю я совсем не из-за свадьбы. Сегодня утром я узнала одну новость. И не знаю, как правильно и самое главное когда сообщить ЕМУ об этом. Тревожные мысли не оставляют меня в покое ни на секунду.

Папа ведет меня вниз по лестнице. Я слышу гостей. Обрывки разговоров, стихающие в момент моего появления.

Все взгляды прикованы ко мне, но только один манит меня, завораживает. Захар. Он стоит впереди всех, у основания лестницы. Шикарный, любимый. То как он смотрит на меня, заставляет чувствовать себя королевой. Отец передает меня в его руки. Пожимает его крепкую ладонь.

– Береги ее, – хлопнув по плечу моему жениху, отец улыбается и отходит к маме. А я, лишь почувствовав прикосновение Зара, тут же успокаиваюсь. И тревоги как не бывало.

– ты невероятно красива.. – шепчет, беря меня под руку. Мы идем по коридору. И нам нет дела ни до кого. В один момент просто перестает существовать весь мир. Мы одни. Его глаза и мои. Мы в отдельной вселенной принадлежащей только нам. Держа его за руку смотря на него, зная то чего не знает даже он, я вдруг почувствовал это – силы. Уверенность. Словно прежняя вера и воля вернулись ко мне. Я увидела наше будущее. Ласковый взгляд Захара, его нежные прикосновения к округлившемуся животу. Его тревога, его забота во время родов. И эти счастливые бессонные ночи. НА его руках белый сверток. Малыш. И он так влюбленно, так самозабвенно смотрит на него, качая. Мы все сможем. Все преодолеем. Рядом с этим мужчиной я смогу преодолеть все. И он станет лучшим мужем и лучшим…

– Я беременна – слетает с губ прежде, чем я могу остановить себя. Замираю, в ожидании его реакции. Повернувшись он сначала хмурится. А потом, спустя каких то пару секунд, в его глазах появляется блеск.

– Любимая, сейчас не время для шуток – шепчет, под монотонный монолог работницы ЗАГСа.

– Я не шучу, Зар, – теперь мне смешно. Он выглядит таким потерянным и… словно боится в свое счастье поверить. – Сегодня утром сделала тест. Тошнило сильно. Я беременна, ты скоро станешь отцом, – улыбаюсб и сердце заходится от восторга, когда я вижу счастливую улыбку на его лице.

– Иди сюда, – он разворачивает меня к себе лицом. Поднимает фату. Его пальцы обхватывают мои скулы, в то время как глаза Захара неотрывно смотрят в мои глаза.

– Я люблю тебя, Регина Вольская, ты ведь это знаешь?

Киваю, за спиной едва ли крылья не раскрываются от этих слов. Он резко притягивает меня к себе, накрывает мои губы поцелуем. А у меня голова кругом и сердце навылет.

– Жених, куда же вы так спешите?! Я… – возмущается работница загса, а нам и дела нет до ее слов, до смешков и аплодисментов в толпе. Мы растворяемся в друг друге, мы наслаждаемся своим счастьем. А остальной мир, пусть катится в бездну. Мы заслужили каждую секунду идиллии. Мы выстрадали свое счастье. И теперь не позволим никому потревожить наш рай.

Конец

25 сентября 2019 года

В оформлении обложки использована фотография автора       VitalikRadko «Привлекательная Женщина Черном Платье Холдинг Галстук Страстный Человек Стоявший Костюме» с https://ru.depositphotos.com/253597210/stock-photo-attractive-woman-black-dress-holding.html