Глава 22

Адель

По мере приближения к дому Шторминских, меня все больше потряхивало. Я вообще, сегодня будто во сне оказалась. Встретить Даню для меня еще полгода назад казалось концу света. Я думала лишь о том, что при встречи просто разревусь, как та пятнадцатилетняя девчонка.

А сейчас, я уже переезжаю, надеюсь хоть на время, обратно в дом дяди Саши. Что бы Даня не говорил, но увидеть в глазах бывшего мужа мамы обиду, страшно до ужаса.

После стычки с отцом, я теперь абсолютно уверена, что те чеки по переводу денег от Шторминского, были как-то связаны со мной. Не удивлюсь, если Александр Сергеевич перечислял их на мое образование или содержание, а может и все вместе. У Дани спрашиваю, молчит. Ну и ладно. Сама не такая уж и дура. Отец просто жил за счет этой семьи. Вопрос в том, почему он вдруг сорвался сегодня? Я уже несколько месяцев в квартире живу.

— Даня?

— Ммм? — повернул он ко мне голову, когда выключил двигатель машины, потому что мы стояли уже около дома.

— Ты позвонил моему отцу сегодня? — не знаю, зачем спросила, потому как знала ответ.

— Да, — он опустил на какое-то время голову, а потом поднял руку и коснулся подушечками пальцев моей опухшей губы. — Если бы я только мог предположить, что он так… с тобой… я бы его…

— Не надо. Оставь, ладно?

— Он. Тебя. Ударил. — выделяя каждое слово, произнес мужчина.

— Пусть все пройдет. Я так устала за эти шесть лет.

— Мы не будем об этом говорить. Пока. Но вопрос не решенный. — предупредил Шторминский — маладший. — Ну, что, готова? Пойдем.

— Не готова, — сказала ему, когда он открыл мне дверь.

— Я же с тобой. Только… — Даня немного замялся, но продолжил. — Я хочу попросить тебя, чтоб ты не обращала внимания на Полину с Анжелой. Они чокнутые. Я сам стараюсь избегать их. При малейшей проблеме, говори мне или бате. Зная тебя, ты будешь терпеть и сдачи не дашь, но не вздумай молчать, — приобнимая меня за талию, а в другую руку взяв мой чемодан, сказал Даниил.

— Мне уже не пятнадцать! — глядя на него, улыбнулась я. — Я уже взрослая девочка.

— Ты даже себе не представляешь, как это меня радует и как огорчает, одновременно. — закатив глаза, произнес Даня.

— Почему?

— Ада? Адель! — окрикнули меня сзади, и я, обернувшись, увидела спешившего к нам Егора.

— Кроха, когда тебе пятнадцать было, я с ума сходил, наблюдая твои голые ноги в коротких шортах, как ты думаешь, как я себя сейчас чувствую? — прошептав на ушко мне, поцеловал и чуть прикусил зубами мочку.

— Наглец!

— Ада, приехала. — меня прижали крепкие руки к себе. — Мы так скучали по тебе.

Егор почти не изменился, лишь на висках появились седые волоски.

— Привет. Я очень рада видеть тебя. — обняла в ответ мужчину.

— Как у тебя дела? Ох, я даже не представляю, как обрадуется Александр Сергеевич сейчас, увидев тебя.

— Пойдем, посмотришь! — привлекая меня обратно к себе, позвал водителя в дом Даня.

Молодой человек не стал звонить, открыл своим ключом. Позади нас шел Егор с чемоданом, который отобрал у Даниила и все приговаривал.

— Ой, что сейчас будет! Жалко Галины нет, потоп бы устроила.

Бывший сводный брат помог снять обувь и включил свет.

— Ада, это что? — Егор заметил мои царапины на лице.

— Нормально, потом, — махнула я рукой, но мужчина напрягся и нахмурился.

— Батя! — закричал Даня рядом, так внезапно, что я подскочила на месте. — Ты где там? Давай в гостиную топай.

На Данин зов прибежала молоденькая девушка, увидев меня, сморщила нос и прищурилась, следом вышла дама постарше, но ее я видела, она была на открытии ресторана. Новая жена Александра Сергеевича.

— Дань, ну что там у тебя? Извелся весь, пока дождался тебя. — послышался такой родной голос со стороны кабинета.

В гостиную, наконец, зашел хозяин дома, увидев меня, резко затормозил и так и остался стоять, глупо хлопая глазами и бесконечно переводя взгляд с меня на Даню, а потом обратно на меня, на Егора, Даню, и так по кругу.

— Ада? — прошептал мужчина и сделал маленький шажок по направлению ко мне.

Мне же хотелось зареветь. Желательно с истерикой, криками и соплями. Потому что мне казалось, что ничего не поменялась. Что я вернулась на шесть лет назад, и сейчас с кухни прибежит моя мама. Миниатюрная женщина, с рыжими и безумно красивыми глазами цвета сочной травы. Обнимет и спросит, как дела. Поцелует в щеку Даню и в уголок губ дядю Сашу.

— Кто это? — сквозь свои воспоминания, услышала я чужой голос и поняла, что… мама не придет. Единственное, что связывает меня с теми счастливыми моментами, когда она еще была жива, это этот мужчина, что стоит в нерешительности передо мной буквально в пяти шагах.

И я сделала шаг на встречу к нему, а дальше… дальше этот взрослый большой мужчина с сединой в волосах, обнял меня крепко — крепко и прошептал.

— Ты вернулась, Бэмби. Вернулась к нам. Я просил прощения у Вики, что не смог тебя удержать. Не смог. Я так напортачил, дочка, так согрешил перед твоей мамой.

— Все хорошо. Правда. — не сдерживая слез, улыбнулась я, посмотрев в родные, по отечески нежные, глаза. — Простите меня. Я виновата. Не разобравшись, не поговорив толком… так все…

— Нет, нет. Ты ребенок еще. Мой ребенок. — Дядя Саша быстро смахнул слезу со щеки и улыбнулся своей доброй улыбкой.

— Саша, ты объяснишь мне, наконец, кто эта девушка? — вторглась в наши перешептывания женщина.

— Эта моя дочь. — Глядя на жену, ответил мужчина. — Наша Ада вернулась в семью.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Что значит вернулась? — спросила молоденькая девушка. — она что, с нами жить будет?

— Нет, это вы с ней жить будете. — вмешался Даня, практически вырывая меня из рук дяди Саши.

— Ладно, пошел я. Поговорим завтра, когда Галина придет, — улыбнувшись, сказал Егор и вышел из гостиной.

— Пап, я Аду в комнату отведу, ей отдохнуть нужно. А завтра тогда поговорите.

— Но… давайте хоть чаю попьем. Ада, ты кушать, наверное, хочешь. Сейчас я закажу, через двадцать минут уже привезут.

— Нет, спасибо. Но чаю бы выпила.

— Подождите, а нам вы ничего объяснить не хотите? — вновь заговорила жена дяди Саши.

— Здравствуйте. Меня Адель зовут, — решила быть я вежливой и повернулась к новым родственникам Дани.

— Здравствуй, — оглядев мой внешний вид, пренебрежительно ответила Полина, как я поняла. Ее же дочь лишь фыркнула. Ну, и ладно. Я со своей стороны сделала все возможное. В конце концов, и не надеялась на теплый прием с их стороны.

— Полина, позже поговорим. — бросил Шторсинский — старший и повел нас с Даней на кухню. Сам заварил чай, нашел какие-то печенья и конфеты. Все выложил на стол и, сев напротив нас, умильно улыбнулся.

— Расскажи, как вы встретились? Где ты нашел ее Даня?

— В моем бывшем колледже.

— Ты перевелась? — задал такой же вопрос мужчина, что и его сын сегодня в обед.

— Бать, по этому поводу я тебе потом все расскажу. Вся информация, что была у нас, теперь уже не… актуальна. Этот «Витюша», чертов…

— Дань! — прервала я парня, хотя и у меня добрых слов к отцу не было.

— Извини, но…

— Не надо… хотя бы при мне.

— Хорошо. В общем, потом. — свернул он тему.

Мы просидели около часа на кухне, разговаривая на разные темы. Когда я начала зевать, Даня просто отправил отца обратно в кабинет, а меня повел в комнату.

— Ну вот, как и обещал, все на своих местах.

Открыв дверь в мою комнату, Даня обвел широким жестом помещение, будто показывая, что вот смотри, она ждала тебя. Спальня действительно не изменилась, фото на стене, плюшевое безобразие в углу, занимающее пол комнаты и даже ноутбук, что купил мне дядя Саша, стоял на том же месте. Те же занавески, и покрывало на кровати то же самое, что и было в тот день, когда я ушла из этого дома со своим чемоданом. Он действительно сохранил ее для меня.

— Спасибо, — повернувшись к парню, прошептала я. Он стоял совсем рядом, и когда я оборачивалась, коснулась носом его свитера.

— За что? — удивился он, обнимая меня за талию.

— За все. Если честно,… я до сих пор не верю, что это не сон.

— Хочешь, ущипну? — повел он рукой вверх по моей спине.

— Не, спасибо, — улыбнулась я.

— Я знаю способ лучше. — его рука коснулась шеи, а потом волос и сняла резинку с них, распуская мои рыжие кудряшки и путаясь в них носом. — больше всего по ним скучал.

Я же, впервые за шесть лет, почувствовала эти приятные ощущения, когда внутри распространяется тепло только от того, что его лицо находится в миллиметре от моего.

— Кроха, ты моя. Знаешь это? — спросил он, касаясь своим носом моего виска, а затем щеки.

— Дань… — не знаю, что хотела попросить или сказать. Хотелось одного, и он мне дал этого.

Прикоснулся нежно, почти не весомо. Целуя мою нижнюю губу, затем верхнюю, касаясь языком уголка губ, стараясь не задеть рану с левой стороны. Легко прикусил мою кожу на скулах, спускаясь к шее.

— Маленькая моя, — прошептал, глядя в мои глаза.

— Не надо, Дань, ответила я, мысленно отрубая себе язык.

— Прости меня, не сдержался, — произнес он, прислоняясь своим лбом к моему.

— Ничего. В душ хочу.

— Иди. Я спущусь к папе. Закрой дверь на замок, только в ванную оставь открытой, хорошо?

— Хорошо. Зайдешь ко мне?

— Ты меня теперь не выгонишь отсюда.