Глава 28

Передо мной сидит Елена. Человек, которого я знаю всю жизнь. Но лучше бы не знала. Никогда. Смотрю на нее, как и она на меня. Она постарела, словно прошло не три года, а десять лет. Больше нет этого лоска, все в ней теперь по-простому. С того дня, как они с Олегом выгнали меня из дома, я не узнавала об их жизни. Мне было неинтересно. Нет. Скорее, не так. Я боялась узнать, что они ищут меня, чтобы опять запереть в доме, как вещь, и выпускать, только когда надо им. Как фарфоровую куклу, заставлять меня делать только то, что хотят они. Нет. Я выбралась из этой клетки, из серванта, в котором меня держали, больше я туда не хочу. Собираюсь уйти, не желаю с ней разговаривать. Все мои инстинкты словно кричат, что мне нужно бежать. Она, похоже, видит все мои эмоции, потому что усмехается. – А ты хорошо устроилась. Как поживаешь, доченька? – из ее голоса так и льется яд. Если бы можно было, она бы прямо сейчас убила меня взглядом. – Хорошо, – только отвечаю я, хочу встать и уйти, но она тут же быстро реагирует и хватает меня за локоть. – А почему не спрашиваешь, как живу я? Ведь, наверное, соскучилась по своей маме! Мне хочется закричать, что она мне не мать и никогда ею не была. – Отпустите, меня, пожалуйста, мне нужно идти, – говорю как можно спокойнее. – О нет, – в ее глазах безумие, и я вижу это. – Сначала ты все же выслушаешь то, как жила я. Ты, мелкая дрянь, мне приходится выживать на нищие гроши! Из-за тебя! – Что вы говорите, отпустите меня, – пытаюсь вырваться. И тут она резко отпускает меня, и я чуть не падаю на землю, кое-как сохраняя равновесие. У меня кружится голова, поэтому не придумываю ничего лучше, чем сесть опять на скамейку. Мир вокруг меня кружится, подступает тошнота. – Ну, пока ты приходишь в себя, я тебе поведаю историю о том, как я лишилась всего, за один день! За один! – она усмехается, словно только и ждала этого момента. Мне бы уйти, бежать отсюда, но мне и правда плохо. Стараюсь дышать глубоко, ловя морозный воздух губами. И молясь, чтобы Влад приехал как можно скорее. – Так вот, мне нужно сказать спасибо твоему ублюдку Владиславу и Николаю Федоровичу, хорошо, что этот старикан недавно подох, – она злобно усмехается, а я стараюсь не обращать внимания. Елена явно не в себе, и непонятно, что она может выкинуть. – Читала недавно в газетах, что он помер, а ты стала богатой наследницей. Богатой и загадочной… Но управляет компанией все равно Влад. Ты слушаешь меня вообще?! – она опять зло смотрит на меня. Быстро киваю, главное – не злить ее. – Да… – Прекрасно, так вот. После твоего отъезда они решили отомстить нам. Я не знаю, что ты там рассказывала им, курица, но я тебе никогда этого не прощу. – И столько злости в ее голосе. – Ты отняла у меня все: деньги, уважение, красоту и Олега… Удивлено смотрю на нее. О чем она? – Да, да. Твои знакомые выставили напоказ все наше белье. После этого Олега выкинули с работы, отвернулись. Он лишился всего, и его ждала тюрьма… реальный срок за кражу, похищение и убийство. Вскрылись давние грехи… О чем она? Мне кажется, это дурной сон. Я знаю, Олег не был чист и у него было много скелетов в шкафу, но чтобы… – Он не выдержал. Мой дорогой, моя любовь! Не выдержал… – и столько боли в ее голосе. Она молчит, словно вспоминая эти моменты. – Он умер… не выдержало сердце. Врачи сказали так. Но я знаю, это из-за них, из-за тебя, дрянь. Она замахивается, я пытаюсь увернуться, но тут ее руку перехватывают. Она не успевает ударить меня, а я слышу родной голос. – Только попробуй прикоснуться к ней, – почти рычит Влад, сжимая ее локоть. Он тут, он рядом. Страх отступает. Но Елена словно срывается с цепи. – Это из-за тебя, ублюдок, мой Олег умер! Из-за тебя и твоего Николая Федоровича! Вы отняли у меня все, мне приходится теперь жить на жалкие гроши! Вы не оставили мне ничего! – она почти кричит, при этом задыхаясь. Борется с Владом, который умело блокирует ее неуклюжие действия. – А ты?! – теперь она смотрит на меня! – Тебя не мучит совесть?! – у нее безумный взгляд. – Вы оставили маленьких детей в нищете! Из-за вас у них нет отца! Вы убили его! Вы убили меня! Не понимаю, о чем она. Мир так и продолжает кружиться перед глазами. У Елены начинается истерика, она все так же борется с Владом, кричит что-то непонятное в его адрес. Все смешивается. Вот уже к нам подбегает полиция, Влад что-то говорит им, они скручивают обезумевшую женщину и увозят. Вот я уже в объятиях Влада, дрожу, то ли от холода, то ли от того, что произошло. – Все хорошо, Кукла, успокойся, – он гладит меня по спине, прижимая к себе, делясь своим теплом. А я дышу им, мне становится лучше с каждым вздохом и его теплом. Мы возвращаемся в нашу квартиру. Никто ни о чем не говорит. В моей голове слишком много мыслей, а еще я очень устала. Слишком счастливый и одновременно страшный день. Только сейчас понимаю, что, если бы не Влад, Елена могла бы навредить не только мне, но и нашему малышу. От этого становится еще страшнее. – Успокойся, Кукла, она больше нас не потревожит, – ласково говорит мне Влад. Он раздевает меня, раздевается сам, а потом мы ложимся в постель, он притягивает меня к себе, обнимая, укутывая нас одеялом. Хотя я и очень устала, но все же не могу отключиться, рой вопросов и мыслей кружится у меня в голове. – Это правда? – в тишине комнаты этот вопрос слышится особенно громко. – Что именно, Кукла? – спокойно спрашивает Влад, он тоже не спит, и я чувствую его горячее дыхание на своей макушке. – То, что Олег умер… – я по-прежнему не верю в это. – Да, сердце. – А то, что она сказала еще?.. – не могу произнести это, потому что не хочу верить. – Что вы причастны к этому, – все же говорю. – Я не считаю, что это мы. Мы только вывалили одно, но потом всплыло и другое, – не стал врать он. – Но правда в том, что это месть. Месть за тебя… Он говорит это тихо, ему тяжело в этом признаться. – Я… я не знал, что происходило, Кукла. И виню себя до сих пор. Все раскрылось, когда я прочитал твой дневник… Он читал его. Мои мысли, мои чувства… – Мой отец… он читал его? – спрашиваю тихо. – Да, но не все… ему было слишком тяжело. Сглатываю. Вспоминая все. Я даже не подозревала, что он прочитал, что они прочитали и все знали. Я молчу, но тут руки Влада поворачивают меня к себе. Так, что я оказываюсь с ним лицом к лицу. – Кукла, пожалуйста… – я вижу в его лице боль. – Не отдаляйся от меня. То, что было… Это была моя месть… за тебя! – Я не просила, – качаю головой. Я никогда не хотела этого, только одного, всей душой. Свободы. Чтобы они не нашли меня. Никогда. – А я не смог простить им того, что они с тобой делали. А за то, что делал я… я наказал себя сам. Когда отпустил тебя. Я понял свою ошибку и жил с ней. Но мне дали второй шанс, и сейчас я не хочу отпускать тебя, не тогда, когда нашел. – Он берет мое лицо в руки, смотря на меня почти с мольбой. – Кукла, пожалуйста, не закрывайся, не ненавидь меня за это, я больше этого не переживу. Ты знаешь, я люблю тебя. И больше не отпущу. Даже не понимаю, что по щекам уже текут слезы. Сейчас мы открыты. Он открыл свое сердце, рассказал о своих страхах. Я вижу, это и правда его страх – потерять меня. – Я не уйду… – сама тянусь к нему, чтобы развеять его печаль. – Обещай, Кукла, обещай, что больше не закроешься, больше не оставишь меня, – он ждет моего ответа, моего подтверждения. – Никогда, я больше не уйду, не закроюсь. Теперь рядом. Только с тобой, навсегда…