Глава 33

Мы поженились в начале весны. Хотя официально я уже давно была его женой, но, как и всякая девочка, хотела надеть белое платье. И Влад подарил мне эту сказку. Мне он ничего не сказал, в организации ему помогла его мама. Она-то все и контролировала. Мне осталось только выбрать платье и место проведения, в остальном я практически не участвовала. Хотя Влад и уговаривал меня бросить работу, я решила, что не хочу это делать. Моя беременность протекала хорошо, и оставлять студентов я не стала. Мне нравится эта работа, и в будущем я обязательно вернусь в университетские стены. Влад настоял, чтобы я хотя бы убавила свои часы. У нас даже был конфликт из-за этого, но потом последовало бурное примирение. Я переехала к нему, как только получила свой новый паспорт, уже с его фамилией. Жалко было расставаться с моим прежним жилищем, но Влад, как и обещал, разрешил мне переворошить свою холостяцкую берлогу, поэтому уже через месяц там стало намного уютнее. И вот я стою около зеркала и смотрю на себя, не веря до конца, что это я. В белоснежном платье с пышной юбкой. Мне нравится то, что я вижу, поэтому не перестаю крутиться. Живот почти незаметен, поэтому на фотографиях я получусь не с животом. – Красавица! – раздается рядом со мной, ко мне подходит мама Влада, Виктория Романовна. – Спасибо, оно очень красивое, вы были правы насчет него, – говорю я. Сначала мне это платье не приглянулось, но Виктория Романовна настояла, чтобы я его примерила, и я влюбилась. – Не за что, оно идеально смотрится на тебе, и живот не виден, чтобы ты не переживала, – улыбается она. Новость о том, что они станут бабушкой и дедушкой, родители Влада восприняли очень хорошо и с радостью. Хотя папа Влада все же пошутил по этому поводу, сказав, что слишком молод для этого, ведь они еще и своих могут родить. На что его жена только покачала головой и сказала, что лучше уж станет бабушкой, чем опять слушать детский плач. – Ангелина… – начинает неуверенно Виктория Романовна. – Там пришла твоя мама… Я посадила ее на то место, куда ты сказала… Она хотела поговорить, подарить подарки. Да, я пригласила ее. Просто не могла не пригласить. Она все же моя мама, какой бы она ни была. Не знаю, будем ли мы общаться дальше, но я подумала, что все же сделаю этот шаг. – Пусть заходит, – киваю немного нервно. Виктория Романовна уходит, и через несколько минут в комнату заходит Дина. Моя мама. – Ты такая красивая… – произносит она восхищенно и подходит ко мне. Повисает молчание. Мы не знаем, что сказать друг другу. – Ангелина, я очень рада, что ты меня пригласила, это для меня много значит, – она подходит ближе, смотря только на меня. – Я знаю, что не поверну время обратно. Сейчас бы я никогда не сделала того, что сделала тогда. Но я бы хотела общаться. Не искупить свою вину, ведь мне нет прощения, а просто жить дальше. Хоть иногда видеться, если ты захочешь. Видеть внуков… Хочу, чтобы ты дала мне этот шанс… Я давно простила ее. И, возможно, мне стоит отпустить прошлое и жить настоящим. И начну я это прямо сейчас. – Я не обижаюсь и хочу дать тебе шанс. – Тоже смотрю на нее с теплотой. – Я тоже хочу общаться и, возможно, забыть прошлое. И когда-нибудь стать матерью и дочерью… – Можно… можно тебя обнять? – спрашивает она неуверенно. – Да… – сама тянусь к ней. Чувствую незабываемое тепло. И от этого щемит в груди. – Мы все же не выдерживаем и плачем. Обе. За этим делом нас и застает Виктория Романовна. – Так-так! Никакой сырости тут! У нас сегодня праздник, и вообще, у Ангелины может потечь макияж! – Визажист сказал, что тушь водостойкая, – смеюсь я. – Он тебе еще не то скажет. А еще ты беременна, тебе не стоит волноваться. Поэтому я слежу! – она делает жест, означающий, что она точно теперь следит за мной. – Она права, нам не стоит разводить сырость. Это вредно моему внуку, – говорит моя мама. – Почему ты думаешь, что это будет внук? – выгибаю одну бровь, вопросительно смотря на нее. – Просто знаю, – пожимает плечами она, улыбаясь, а потом достает из пакета какие-то фотографии. – Это мы с твоим отцом на отдыхе. Это был единственный раз, когда мы были вместе, не скрываясь. Счастливые и беззаботные. Смотрю на снимки. И правда, отец тут молодой и счастливый, улыбается, обнимая красивую блондинку, которая склонила голову на его грудь. Он говорил, что их связывало только физическое влечение, но, когда смотрю на эту фотографию, мне кажется, он все же врал. Врал самому себе. И, возможно, если бы он признался, то все бы могло быть иначе. Но, как говорится, время не повернешь вспять, а эту фотографию я обязательно возьму и поставлю ее на видное место с моими будущими фотографиями. – Ну что, готовы? Можем начинать? – спрашивает нас мама Влада. – Да! – хочу скорее увидеть его. Я чувствую, что уже соскучилась. – Отлично, тогда все готово, мы можем начинать церемонию, – она улыбается. Мы выходим из комнаты и идем по коридору в церемониальный зал. Я попросила отца Влада сопроводить меня до алтаря. Хотя очень хотела бы, чтобы это сделал мой отец. Но я знаю и даже чувствую, что он рядом со мной в этот момент и очень рад за меня. Звучит торжественная музыка, и вот я иду к своему мужу. Моему Владу. Сегодня он особенно красив. Черный костюм, идеально сидящий на нем, маленький белый букетик роз в верхнем кармане пиджака. Он решил не надевать галстук и расстегнуть рубашку на две пуговицы. Его волосы, как всегда, лежат в легком беспорядке. А темные, как ночь, глаза устремлены только на меня. И вот я стою напротив него, моего Влада. Теперь знаю, что он мой. Навсегда. – Кукла, ты станешь моей женой? – спрашивает он, наплевав на речь священника, который стоит рядом с нами. – Да, – тихо отвечаю я, смотря только в его глаза. Он берет кольцо и надевает его на мой палец. Я делаю то же самое. Руки подрагивают, а на глазах слезы. Я счастлива. Счастлива как никогда… – Только рядом… – тихо произносит он после всего. – Теперь навсегда! – закачиваю я.