Глава 21

Весь следующий день я просидела, как на иголках. Никита, кажется, даже развлекался, глядя на мои метания. Еще бы, я ведь понятия не имела, что происходит сейчас там, на моей свадьбе. Еще с утра мне позвонила Янка и отругала, требовала, чтобы я вернулась. А потом… Тишина. Абсолютнейшая. И еще через час звонок от отца. Я посмотрела на телефон, как на гремучую змею, которая в любой момент может меня укусить.

— Что, даже трубку не возьмешь? — насмешливо поинтересовался Кит, глядя на мои метания. Я промолчала. Просто понятия не имела, что делать. Если бы это была мама, точно бы не взяла. Она у нас натура впечатлительная, ничего, кроме обвинений не услышу. А отец… Он тоже человек творческий, но, что бы ни случилось, он всегда был за нас. Так что…

— Возьму, — помедлив, решительно проговорила я. Эх, была не была.

— Да, папа, — с некоторой заминкой проговорила я, нажав кнопку приема вызова.

— Евсения Станиславовна, я тебя не так воспитывал, — прогромыхал он. — Что за демарши? Почему сестра должна расплачиваться за твой побег?

О как! То есть Дениска все-таки сориентировался? Прекрасно. И, судя по всему, успел убедить и Янку, и родителей. Точнее маму и частично отца.

— Так надо, папа, — уклончиво ответила я. — Поверь мне, это только к лучшему. Я знаю, что делаю.

В ответ — крайне красноречивое молчание. А потом очень тихое и аккуратное:

— Скажи, а когда ты соглашалась выходить замуж за Дениса, ты тоже знала, что делаешь?

Браво, папа! Вопрос не в бровь, а в глаз просто. Но это не та правда, которую стоит озвучивать сейчас родителям. Особенно когда Кит внимательно прислушивается к разговору.

— Я тебя очень прошу, что бы ни происходило, постарайтесь меня понять, — умоляюще проговорила я в трубку. — И не наделайте глупостей.

— Ты в шаге от скандала, ты это понимаешь?

И это он сейчас далеко не о ссоре с родными говорит, нет. Если журналисты пронюхают, что Евсения Воронцова сбежала прямо перед свадьбой, это будет в прессе. Тогда вовек не отмыться ни мне, ни Денису. Сознавала ли я это сегодня ночью? Еще как! Но при этом понимала, что если сделаю шаг вперед и выйду за Князева, у него больше никогда не будет шанса наладить отношения с моей сестрой. А у меня с Никитой. И неважно, чем конкретно мы руководствовались с Дэном. Остальным наши мотивы будет объяснить крайне сложно, они не поймут, сколько бы мы ни старались. Так что мы сами себя загнали в ловушку, И, увы, то, как я поступила, единственный вариант, чтобы разрубить этот гордиев узел.

— Да, папа, прекрасно понимаю, — тихо ответила я. — Пусть все идет, как идет. Не вмешивайся, пожалуйста.

Он не стал ничего отвечать, нажал на отбой. Но я уже понимала, что сейчас меня поддержали. Пусть и не в открытую. Мне не стали мешать. Это уже немало.

— Она тебя убьет, — вновь повторил Никита.

Такое чувство, что он наслаждается тем, что я вместо сборов к свадьбе, сижу у него на диване и нервничаю. Хотя, что это я? Конечно, наслаждается. Ведь все получилось примерно так, как он и хотел. Разве что с небольшими поправками.

— Ну если что, ты за меня отомстишь, — невозмутимо пожала я плечами. — В конце концов, мир не рухнул.

Я ведь могла поступить иначе. А так… Что бы там ни произойдет на самом деле, с юридической точки зрения подкопаться совершенно не к чему. Не зря же я вчера прикрыла пути отхода. Правда, Янка об этом еще пока не знает. А Денис… Судя по всему, он сообразил, что ему нужно делать и как поступить.

Как это ни смешно, я чувствовала себя практически серым кардиналом, который сейчас дергает за необходимые ниточки. И очень хотелось бы, чтобы ни одна из этих ниточек не оборвалась.

— А если рухнет, то будем погибать с тобой вместе, — оптимистично заявил Никита. — Я тебе одной на дно уйти не дам.

Как ни странно, но от этих слов на душе стало как-то спокойнее. А потом Кит как-то совершенно внезапно спросил:

— Есть хочешь?

Вопрос прозвучал будто из какой-то другой реальности. И в этот момент я осознала, что жизнь действительно не закончилась. Все идет своим чередом, и, к сожалению, сейчас я на это никак повлиять не могу. Но это не так и плохо, правда?

Есть что-то магическое в том, когда тебе готовит мужчина. Даже если он не твой. Почему-то мне сразу вспоминается наше прошлое. Кита сложно назвать хорошим поваром, но какие-то простейшие блюда он готовил потрясающе. Впрочем, ничего в этом удивительного. Каждый холостяк должен как-то выживать. Насколько мне известно, Кит никогда не жил с девушкой. Во всяком случае, Янка об этом не говорила.

— Омлет? — деловито поинтересовался тем временем предмет моих размышлений. Я рассеяно кивнула, продолжая на него смотреть. Красивый ведь, черт! А руки какие… Так и залипаю на них. Сильные, уверенные, красивые, с длинными пальцами…

— Ева? Ты о чем думаешь? — вырвал меня из фантазий Кит. — У тебя такой вид, словно ты решаешь проблему глобального масштаба.

— Скорее я ее организовала, — со вздохом сообщила я. — И теперь представляю, чем это все обернется.

— Если все пойдет, как ты планируешь, то хэппи-эндом, — хмыкнул Кит. — А так…

— Не надо меня сейчас запугивать, — я передернула плечами, понимая, что сейчас все больше начинаю себя накручивать. Все больше казалось, что я поступила неправильно. Я не должна была ставить их в безвыходное положение. Но, черт, как же правильно в такой ситуации было поступить? Я совсем запуталась. — Ева, — слегка мурлыкающим голосом протянул Кит, — скажи, а почему ты выбрала в сообщники именно меня? Ты ведь могла прийти к кому угодно, к любой из своих подруг.

А вопрос хороший. Я бы даже сказала, гениальный. И ответ на него тоже будет соответствующий.

— Послушай, Никита, — я улыбнулась, — не ты ли мне постоянно твердил, что это свадьба не должна состояться? У меня даже создалось впечатление, что ты кровно в этом заинтересован. Я ошиблась? — и для усиления эффекта я взмахнула ресницами. Конечно, будь я накрашена стойкой тушью с эффектом объёма, впечатление было бы куда более сильным. Но чего нет, того нет. Приходится пользоваться подручными средствами, которые достались от природы. Впрочем, ради справедливости могу заметить, что они у меня совсем неплохи.

— Когда я тебе говорил об этом, предполагалось, что ты в принципе отменишь эту свадьбу, дорогая, — невозмутимо проговорил он, и я даже слегка растерялась от его тона и обращения. Это все звучало так привычно, словно мы с ним постоянно ужинаем вместе. Да и вообще давным-давно между нами все решено. Увы, но теперь я все больше в этом сомневаюсь. — А вместо этого ты просто заменила личность невесты.

— И что? — парировала я. — Тебя что-то не устраивает? Фактически сейчас в этот момент Денис женится на Янке. А я сейчас здесь. С тобой.

О том, что женится на ней он по моим документам, я уточнять не стала. Зачем обострять? А мне здесь ещё неделю сидеть взаперти и думать, нужно ли мне что-то начинать снова с Китом. Он же ни разу не сказал, зачем я ему нужна. Может, он банально хочет потешить свое самолюбие? Не знаю.

— Со мной, — эхом повторил Кит, ставя передо мной еду. — Но надолго ли?

А он сегодня прямо в ударе — задает правильные вопросы. То есть те самые, на которые я и сама хотела бы получить ответы. Те, которые сейчас идут буквально по самой грани.

— На ближайшую неделю, — ответила я, искренне желая, что так оно и получится. — А вот что будет дальше, зависит только от тебя.

Это все равно, что сказать ему: «Косинский, я даю тебе зелёный свет. На все. Пользуйся моментом». И как отреагировал этот невыносимый человек? Обрадовался? Да как бы не так! Он покачал головой и ответил:

— Нет, Ева.

— В смысле? — недоуменно моргнула, не понимая, что происходит. Вот что ему ещё надо-то? Между строк все предельно понятно. И так же рискованно. Мне до жути страшно вновь влезать в водоворот отношений с ним. Особенно теперь, когда я знаю, как больно его терять. И чем в дальнейшем это может грозить.

— В прямом, Ева, — голос Кита был непривычно тверд и категоричен. — Все зависит не только от меня, но и от тебя. И ты сама ко мне пришла, не забывай. Так что… Я сейчас говорю это просто для того, чтобы ты знала. Пока мы не разберёмся в наших отношениях, ты из этой квартиры не выйдешь.

Я буквально онемела от поставленного ультиматума. Приехали, называется!

Такими темпами я решу, что совершенно зря пришла к нему этой ночью. А то заявление Никиты отдавала чем-то очень странным, я даже не сразу смогла подобрать этому название.

— Косинский, а ты ничего не попутал? — обманчиво мягко произнесла я, хотя мне хотелось взять тарелку с омлетом и впечатать в его физиономию. Но рука не поднялась. Он же старался, готовил и не кому-нибудь, а мне. Вот так вот подавишь сейчас мужскую кулинарную инициативу, самой придется у плиты стоять. Как минимум до конца недели. Как максимум — всю жизнь. Нет уж, лучше потерпеть немного.

— Например? — он сел напротив меня и смело встретил мой взгляд. — Да ты ешь, дорогая. Приятного аппетита.

— Например, что удержание человека против его воли карается УК РФ, — напомнила я, все-таки приступая к обеду. А вкусно все-таки! И пусть зараза, но готовит шикарно. Еще и с грибочками. Прямо м-м-м. — Ты же адвокат, так что эту полезную книжку ты точно лучше меня знаешь.

— А еще я знаю, как сделать так, чтобы удержание происходило исключительно по твоей воле, — подмигнул мне Кит, заставив поперхнуться вкусной едой и закашляться. Это на что он сейчас намекает? Хотя глупо вопить, и так понятно, на что. Вот зараза! Других слов просто нет!

— Никита, я в твоих способностях, конечно, не сомневаюсь, — довольно ехидно проговорила я, решив не спорить сильно с человеком, который предоставил мне кров, готовит и пока особо ничего не просит взамен. — Но давай все-таки обойдемся без абьюза? Согласись, приятнее, когда все на добровольной основе.

Разговор уже точно вышел за грани приличия. Да что там, там слышался уже весьма откровенный подтекст. Вот только что-то внутри буквально заставляло меня продолжать его, делать чуточку острее. Но при этом нисколько не мешало мне есть. Ну а что, нельзя же позволить еде остыть?! Холодный омлет — совсем не вкусно. Даже если тебе его готовил красавчик. Тем более, пока я не переговорю с Денисом, переходить определенную грань я точно не должна. Даже если мне этого хочется! Я должна быть честной с Князевым, пусть он и скрыл от меня отношения с моей сестрой.

Кит смерил меня внимательным взглядом, а потом не выдержал и расхохотался. Меня невольно бросило в краску.

— Что?! — не смогла я скрыть своего замешательства. Ну почему я иногда так откровенно теряюсь от его присутствия? Интересно, а сам он об этом догадывается? И не пользуется ли этим?

— А ты отрастила зубки, принцесса, — ласково ответил он. — Уже не такая романтичная особа, какой была.

Да, теперь я точно не позволю себя растоптать, если он решит со мной поиграть. Потому что, учитывая наше прошлое, я не могу доверять ему в полной степени. Один раз он уже отказался меня выслушать. И пусть теперь все иначе, пусть он принял мой безумный план, я все равно не могу ему довериться. Кто знает, может, он вообще борется за меня из-за чувства соперничества с Дэном? Или это просто попытка вернуть прежние чувства, которых нет и в помине. Просто цепляется за призрак. Я уже ничему не могу удивляться. И до жути боюсь оказаться правой. Остается лишь надеяться, что эта неделя расставит все по местам. Что я справлюсь. Что я пойму, что ему действительно от меня нужно. И на что готова я сама пойти, чтобы быть с этим человеком.

— Страшно представить, о чем ты сейчас думаешь, — с легкой улыбкой произнес Кит.

— А ты не думай, — парировала я. — Ты ешь, Кит. Холодный омлет, он невкусный. В конце концов, ты старался.

— Только ради тебя, — акцентировал Никита. — Вот только ты не ценишь моих усилий.

Я боюсь запутаться в твоих усилиях и сетях, как в паутине. Но это вслух не произнесла. Наверное, мое появление здесь и так слишком решительный шаг для меня. Но если озвучить подобные моменты вслух, боюсь, это станет моей точкой невозврата.

— Ценю. Все очень вкусно, — торопливо проговорила я. Дальше мы ели молча, а я с ужасом думала о том, что будет дальше. Не переоценила ли я саму себя, появившись здесь? Смогу ли противостоять такому опасному противнику, как Кит Косинский? И, если уж об этом зашла речь, стоит ли вообще ему противостоять? Что, если мы с ним оба играем на одном и том же поле? Но господи, как же страшно ошибиться еще раз!