Часть 20

* * *

Будит меня аромат кофе и чистейшего тестостерона.

Приоткрываю один глаз – Дамиан, по-прежнему без футболки, стоит у окна, и если бы я была скульптором, я бы запечатлела его вот таким. Совершенным.

– А ты в курсе, что иметь такое тело незаконно? И то, что ты щеголяешь тут голым – чистой воды провокация.

– Я до сих пор не теряю надежду, что ты передумаешь. Кстати, впервые провел ночь с женщиной в одной постели и при этом не тронул ее даже пальцем.

– Ну как сказать, пальцем, может, и нет… Но другие части твоего тела вели себя крайне бесконтрольно, – хихикаю, чуть краснея. Он притворно хмурится и надвигается на меня, я взвизгнув и путаясь в одеяле, мчусь в ванную.

Ночью ничего не было, он сдержал свое слово, но все равно я счастлива просто до безобразия. Впервые за последние три года.

* * *

– Так что у вас произошло? Почему ты ушла? – спрашивает Дамиан за завтраком.

Ничего сверхъестественного – кофе, яичница, сосиски. Единственное, что нашлось в мамином холодильнике.

– Да так, поссорились… – и рука непроизвольно тянется к ударенной щеке.

Я не хочу рассказывать об истинной причине. Это и стыдно, и не хочется, чтобы он решил что-то предпринять. Помятуя, как он расправился когда-то с отчимом...

К счастью он, кажется, не замечает мой ненамеренный, но столь красноречивый жест.

– И часто у вас ссоры?

Дергаю плечом, накалывая на вилку кусочек поджаренной колбасы.

– Случаются иногда. Он очень ревнивый.

– Я даю тебе пару дней, – серьезно заявляет он, и я в недоумении зависаю, так и не попробовав сосиску.

– Пару дней на что?

– Подать на развод, вывезти от него свои вещи. Поговорить с Ийей, что, лично по мне, совершенно лишнее. Тебе не за что перед ней оправдываться. Но раз для тебя это так важно.

Само собой я думала о разводе, и собираюсь это сделать, но вот так быстро все…

– Два дня? Развестись – это же не минутное дело. И ты не знаешь Игната, наверняка он упрется рогом, начнет вставлять палки в колеса.

– Твое дело просто поставить его в известность, остальное я беру на себя.

Опускаю взгляд и расправляю пальцами салфетку. Аппетит пропал и следующий вопрос дается непросто.

– И что будет, когда я разведусь с Игнатом? Между нами.

– Во-первых, шикарнейший секс.

– Господи, Дамиан, я серьезно! – снова чуточку краснею.

– Пора прекращать маяться дурью и исправлять ошибки, – он протягивает руку и заключает мою ладонь в свою. – Как только я увидел тебя тогда, в супермаркете, сразу понял, что ничего не ушло. Я тебя люблю и хочу, чтобы ты переехала ко мне.

Значит, все-таки не приснилось... Поверить в это так сложно, и в то же время так отчаянно хочется.

– Уверен, что Вобла не будет против?

– Я поговорю с ним как мужик с мужиком.

Все настолько сказочно, что я даже боюсь верить в реальность происходящего.

Он признался мне в любви, он хочет быть со мной, у нас все получится! Почти три года ожидания стоили того.

Я плыву на волнах эйфории и нет ни малейшего сомнения, что все будет хорошо… а потом замечаю в окне Игната.

– Игнат… – шепчу, и с лица сходят все краски.

– Ну и отлично, ты чего? – подбадривает Дам, обернувшись и тоже заметив конкурента. – Наоборот, как раз решим все прямо сейчас.

Раздается стук в дверь, и я подскакиваю словно клоун на пружинке из шкатулки с сюрпризом.

– Может, побудешь здесь? Пожалуйста, – шепчу. – Он увидит тебя и решит, что мы с тобой переспали. Устроит жуткий скандал.

– Да плевать мне, что он там решит, – нервно роняет Дамиан. – Открывай.

Я не хотела, чтобы все было так. Слишком неожиданно, слишком быстро…

Открываю дверь и остаюсь стоять на пороге.

Нет, ну только не это!

В его руках огромный букет. Наверняка пришел мириться.

– Ты из дома ушла...

– Само собой, после того, что ты сделал.

– Это было на эмоциях, ты же знаешь. Я психанул, но признайся, было же с чего.

– Нет, не было! – складываю руки на груди. – Ты обвинил меня в том, чего я не совершала!

– Но он же заявлялся к тебе!

– И я объяснила, зачем. Но ты даже слушать меня не стал. Ты никогда меня не слушал! Есть только твоя правда и ничья больше.

– Я войду? – кивает за мое плечо. – Просто говорить о таком на пороге как-то не очень.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– А я думаю, – произносит за моей спиной Дамиан и раскрывает широко дверь.

В глазах Игната плещется то ли удивление, то ли ужас.

– Он? Он здесь? – тычет в Дамиана букетом. – Ночевал с тобой?

– Да, он ночевал здесь.

– И скажи еще, что между вами ничего не было! – кривится он. – Провести ночь с бывшим и не переспать с ним? Я в жизни не поверю.

– Тебе досталась верная женщина, чудила, – вмешивается Дам. – Ты идиот, что не смог ее сохранить.

– Она замужем! – взвизгивает Игнат. – И заметь, не за тобой!

– Ну это пока.

– Какого хрена происходит, Ви? Что он несет? Да, мы позвдорили, но ведь это ничего не значит. Собирайся, обсудим все дома.

Но я не двигаюсь с места.

– То, что ты ударил меня – ничего не значит? Ты это серьезно?

– Он тебя ударил? – ошарашенно оборачивается на меня Дам. – Почему не сказала?

– Она не обязана отчитываться перед тобой!

Дамиан подается вперед и со всего маху заезжает Игнату лбом прямо в переносицу. Кровь брызжет на дощатый порог – Игнат матерится и зажимает рукой нос.

– Придурок! Ты же перегородку мне сломал!

– Я тебе шею сломаю следом, если хотя бы еще раз поднимешь на нее руку.

Я в ужасе смотрю на происходящее и от шока не могу вымолвить и слова.

Игнат швыряет букет в кусты, затем вытирает кровь рукавом.

– Дура! И вот это ты любила все эти годы? Его? – тычет в Дамиана окровавленной рукой. – Такие тебе нравятся? Неуравновешенные психопаты, которые только и могут, что решать вопросы кулаками?

– Игнат, давай не здесь…

– А чего так? Стесняешься соседей? Надеюсь, ты хорошо удовлетворил ее сегодня? – уже Даму. – Она извивалась? Стонала? Потому что со мной она как бревно! Не сексом занимается, а повинность несет!

– А может, дело в плохом дровосеке?

– Дамиан, не надо…

Но этих двоих уже, видимо, не остановить.

– А я еще испытывал чувство вины, что изменил тебе с Крис, идиот! – ехидно бросает Игнат. Поймав мой удивленный взгляд, запальчиво продолжает: – Да, та самая Крис, что бегала за мной в колледже. Мы переспали с ней в первый же день, как я вернулся сюда из Москвы. А потом еще. И эту ночь я тоже провел у нее! Она настоящая женщина: страстная, горячая. Не то, что ты.

– Закрой. Свой. Рот. – Цедит сквозь зубы Дамиан. – Пока еще в состоянии говорить – просто закрой.

– А ты думала я буду сидеть дома и как верный пес в ожидании подачки от хозяина ждать, пока ты соблаговолишь разделить со мной постель?

– Уходи, Игнат!

– Я уйду. Уйду, – снова вытирает рукавом кровь. – Но если ты думаешь, что я легко и просто дам тебе развод – хрен там был, поняла?

– Нас разведут и без твоего согласия.

– Я найду миллион способов, чтобы затянуть процесс и не дам тебе отделаться от меня, чтобы наслаждаться жизнью вот с этим, – кивает на Дама. Опрометчиво. На этот раз хрустит челюсть.

– Дамиан, пожалуйста, не надо! – хватаю его за руку и оттягиваю от упавшего на землю Игната. – Оставь его! Не связывайся!

– Ты должна мне деньги, забыла? – не сдается Игнат, неуклюже поднимаясь. – Те, что я влил в лечение твоего полоумного братца!

– Я верну тебе все! Уходи! Не позорь меня, бога ради!

– Я тебя позорю? – качнувшись, все-таки принимает вертикальное положение.– Это я-то? Какая же ты сука.

– Дамиан, хватит! – едва удерживаю его от очередного броска. – Уходи, Игнат. Иди домой! Да что вы как с цепи сорвались! Прекратите!

И Игнат уходит. Чертыхаясь под нос и прихрамывая.

Захожу в дом и обессиленно падаю на софу. А как прекрасно начиналось это утро…

– Ты чего? – опускается передо мной на корточки Дамиан. – Расстроилась, что он тебе изменил?

– Нет. Это неприятно, конечно, но мне не больно. Просто эта сцена… отвратительно. Соседи наверняка все слышали, начнут распускать сплетни.

– Да и наплевать. Тебя серьезно волнует, что там будут говорить какие-то соседи?

Удивительно, но положа руку на сердце это действительно волнует меня сейчас в последнюю очередь. Как и предательство мужа. Я не солгала – мне на самом деле не больно. Может быть в глубине души я всегда знала, что рано или поздно он совершит нечто подобное. Скорее меня тревожит, что будет потом. Развод, вытряхнутое на всеобщее грязное белье, обвинения по делу и без во всех смертных грехах, презрение свекрови. А еще этот неподъемный долг…

– Он оплатил Артемке пребывание в клинике, это огромная сумма! Если он потребует ее вернуть… у меня просто нет таких денег. И неизвестно когда будут. Работы у меня, скорее всего, тоже больше нет.

– Ну уж вопросы финансов точно не твоя головная боль.

Улыбаясь, провожу рукой по его колючей щеке.

– Зачем я тебе нужна, такая проблемная.

– А может быть именно этого мне для полного счастья и не хватало? Собирайся.

– Куда?

– Ко мне, – просто бросает он и выпрямляется в полный рост. – У тебя здесь много твоих вещей?

– Все слишком быстро, тебе не кажется? – тоже поднимаюсь. – Я не уверена, что стоит так спешить…

– Спешить? Да мы и так опоздали практически на три года. Сколько еще нужно времени? Лет пять? Чтобы потом груз наломанных дров стал совсем неподъемным?

– Не знаю, вот так сразу к тебе… Может, пока мама уехала мне лучше пожить здесь? Остыть, подумать…

– Твой бывший прекрасно знает адрес и может заявиться сюда в любой момент. Ко мне он прийти не посмеет. Так что вперед, упаковывай вещи обратно.

– Все так быстро, голова кругом… А Ийя? Как я скажу ей, что переехала к тебе?

– Так и скажешь: Ийя, я наконец-то переехала к мужчине всей своей жизни.

– Дамиан! – не могу сдержать улыбку. – Все-таки ты необычайно самоуверен.

Тоже улыбаясь, он сплетает наши пальцы и оставляет на моих губах самый нежный, самый восхитительный поцелуй.

Он не кричаще страстный или намекающий на немедленное продолжение, но в моих мыслях продолжение неминуемо. Это волнительно. Это томительно. И даже страшно.

– А как же Артемий? Он же остановился у тебя?

– Придется ему съехать.

– Как-то это нехорошо… Он же твой брат.

– Ничего, снимет себе номер в гостинице или поживет у дяди. Разберется. Идем.

– Куда?

– Собирать твои вещи. И начинать новую жизнь.