Часть 22
* * *
Утром мы встречаемся за завтраком, и Артемий ведет себя как ни в чем не бывало: привычно хохмит, вспоминает какие-то приколы из прошлого и на меня практически не смотрит. За исключением пары раз, но я сразу же отвожу глаза.
Да, ничего особенного между нами не произошло и стесняться мне нечего, но все равно, встречаться взглядами с ним желания не имею.
Подслушивать! Ну надо же. Детский сад какой-то.
Жужжит телефон Дамиана, и взглянув на дисплей, он недовольно закатывает глаза.
– Это по работе. Выйду, – подмигнув мне, забирает с собой свою чашку и выходит на улицу.
Допивая свой чай, смотрю на него в окно, и сердце наполняется такой ненормальной нежностью… но все портит Артемий.
– Как спалось?
Оборачиваюсь на надоедливого братца.
– Прекрасно.
– Сказала ему?
– О чем?
– О нашем тайном свидании ночью.
– Что за чушь? Какое еще тайное свидание? То, что я вышла ночью попить воды, не делает нашу случайную встречу на кухне свиданием.
– Но брату ты об этом почему-то не сказала… – масляно улыбается. – Стало быть у нас появился общий секретик. Ведь эту встречу можно подать под разным соусом.
Только собираюсь возмутиться, как в гостиную входит Дамиан.
– Беспардонность у нашего дяди в крови, – чмокнув меня в щеку, садится на свое место. – Не важно, что утро воскресенья. Я создаю для городской администрации новый сайт, – поясняет для меня. – Провинциальные заказчики самые дотошные.
– Зачем ты вообще с ним возишься? – откинувшись на спинку стула, хрустит тостом Артемий. – Я же знаю, с какими людьми за границей ты имеешь дело и подозреваю какие задачи выполняешь. Не удивлюсь, если один из твоих заказчиков сам Пентагон. И тут геморный сайт для какого-то сельпо.
– Он мой родственник. Если это слово для тебя еще хоть что-то значит.
– А когда свадьба, кстати? Ну, у вас с Виолеттой, – переводит указательный палец с Дама на меня. – Я так понимаю, у вас теперь все очень серьезно.
И я прямо читаю по его глазам: после сегодняшней-то ночи.
– Не волнуйся, тебя в известность поставлю. Может быть. Пойдем в пройдемся вдоль пляжа? – уже мне.
Отходя от дома в обнимку с Дамианом я оборачиваюсь – Артемий стоит у окна и, криво улыбаясь, смотрит нам вслед.
* * *
Как бы я не не хотела ехать домой за вещами, но это неизбежно, ведь уже к вечеру второго дня я испытываю острую нехватку кучи мелочей, без которых не мыслит свое существование любая женщина: любимое молочко для тела, духи, расческа, способная справиться с твоей гривой, да и кое-какая одежда не помешала бы. Уходя от Игната я собиралась впопыхах и бросила в чемодан первое, что попало под руку, а попало катастрофически мало.
В воскресенье идти домой я не решилась, дабы не столкнуться с пока еще мужем, а в понедельник, уповая на то, что он на работе, все-таки собираюсь с духом.
– Мне не нравится твоя идея ехать одной, – хмурится Дамиан. – Кто знает, что у него там на уме. Он же форменный псих.
– Я думаю, он на работе. Соберу быстро чемодан и вернусь.
– К черту вещи, купим новые!
– Брось, Дам, все равно рано или поздно нам придется с ним столкнуться. Правда, надеюсь, что все-таки не сегодня.
– Я просто отвезу тебя. Клянусь, что не буду стоять над душой и подсматривать, как ты пакуешь свои сексапильные комплекты белья.
– Дамиан, – вздохнув, кладу руки на его плечи. – Я понимаю, что ты за меня переживаешь, но не хочу становиться для тебя вторым ребенком. Я уже взрослая и способна сама забрать свои вещи. Я справлюсь. Честно.
Пообещав позвонить сразу же "если что", сажусь в его машину и еду к дому, который так и не успел стать мне родным.
Признаться, я отказалась от его компании только потому, что хочу после заехать к Ийе и поговорить с ней наедине. Приехать к ней вдвоем с Дамианом это просто выстрел в упор. И так новость о том, что мы снова вместе наверняка выведет ее из себя, и это то, к чему подготовиться даже сложнее, чем к предстоящему разводу.
Это не предательство! – успокаиваю я себя. – Они не вместе, вместе никогда не были и не будут. Она как собака на стене строит свою жизнь, наивно приберегая Дамиана "на стабильное будущее". Разве это по-дружески? Несчастлива сама, и не дать быть счастливой мне?
Мы взрослые люди, она поймет.
Я ни за что не стану запрещать ему видеться с дочерью, и все расходы на ребенка по-прежнему останутся на нем, для нее ничего не изменится. Разве что розовые очки придется все-таки снять.
Подъехав к дому, выбираюсь из машины, собравшись с духом подхожу к двери, вставляю ключ в замочную скважину и понимаю, что ключ… не подходит.
Он специально это сделал. Специально! Просчитал все мои шаги наперед. Конечно он не мог не понимать, что я приду за вещами в его отсутствие и предусмотрительно сменил замок.
Первая мысль была наплевать на оставленные тряпки как советовал Дамиан, а потом понимаю, что это не выход. Вечно бегать от него все равно не получится! К тому же дома остались документы: полис медицинского страхования, аттестат, диплом… Да и оставлять дорогие сердцу вещи из-за его бзиков? Какого черта! Пошел он!
Зло разворачиваюсь и еду прямиком в клинику.
Войдя в прохладный холл, сразу же замечаю на ресепшене… нет, не Маргариту Георгиевну. Вместо нее меня испуганной улыбкой встречает Крис.
Та самая Крис из колледжа, что вечно вешалась на Игната. Его любовница.
– Привет, давно не виделись, – глаза бегают, ей явно неловко и не по себе. – Игнат… Сергеевич у себя.
– Брось эти условности, я знаю, что ты с ним спишь. А где Маргарита Георгиевна?
– А она… уволилась. И Игнат взял на ее место меня.
– Уволилась, значит, – зло стискиваю зубы и, не тратя время на нелепые любезности, поднимаюсь в кабинет директора, который после смерти Сергея Семеновича занимает Игнат.
Избавив себя от необходимости постучать, открываю дверь и уверенно захожу внутрь.
Выглядит Игнат, признаюсь, паршиво: нос распух и щедро залеплен лейкопластырем, на правой скуле расплылся синяк. Но зато волосы уложены идеально и воротник рубашки отглажен.
– Ты сменил замок!
– Конечно. Таким образом отсекаю непрошенных гостей.
– За что ты уволил Стоцкую? Она работала в этой клинике со дня ее основания!
– Теперь клиника моя и я распоряжаюсь кадрами как хочу.
– Освободил место для своей любовницы? – презрительно осматриваю его с головы до ног. – Какой же ты мерзкий. Никогда бы не подумала, что человек может разочаровать настолько сильно.
– А ты святая, как я посмотрю? – тяжело поднимается и медленно выходит из-за стола. – Хорошо устроилась? Он-то всяко побогаче меня. Повезет – уедешь с ним в Лондон.
– В ту ночь между нами ничего не было, – цежу сквозь зубы. – Я не изменяла тебе.
– Я не верю.
– Мне уже наплевать. Я хочу развестись.
– Нет. Развод я не дам.
– Игнат, это глупо, и ты сам это понимаешь. Любой суд разведет нас в два счета. У нас нет детей, нет общей недвижимости и другого ценного имущества, за которое придется бороться.
– А клиника? Я стал ее владельцем в браке с тобой!
– И ты думаешь, я стану посягать на долю? Ты действительно считаешь, что я способна на такое?
– Когда-то я думал, что ты и на измену не способна.
– Но в то же время ревновал к каждому столбу! Ты ударил меня. Ударил ни за что!
– Ни за что? Не думаю. Впрочем, я не должен был этого делать, признаю. Тем самым я сам вложил козыри в твои руки. Моя ошибка.
– Это в твоем ДНК ошибка! – и сдуваюсь, какой смысл сейчас оскорблять друг друга и спорить. – Игнат, давай просто отпустим друг друга и будем жить каждый своей жизнью.
Он подходит ко мне практически вплотную и, скривившись, яростно смотрит в глаза:
– Черта-с два я дам тебе нормально жить, поняла? С кем угодно, но только не с ним.
– Да что он сделал тебе такого, господи?
– Больше всего на свете я не выношу, когда из меня делают идиота. И мое – значит мое. Я сказал, что женюсь на тебе и сделал это.
– Держа в голове кучу обид.
– Ты тоже выставила меня идиотом, ведь я думал, что у вас с ним ничего не было тогда. Ты же знала, как это для меня было важно!
– Вы с твоей мамой стоите друг друга, – выдыхаю на эмоциях и отшатываюсь, когда он толкает меня к стене, удерживая руку на шее.
– Я тебя ненавижу, поняла? – шипит в лицо. – Ты меня унизила. Растоптала! Я любил тебя, а ты все эти годы откровенно плевала на мои чувства!
– Любил? Да тебе было выгодно, когда мерзкий отчим кошмарил меня по-черному! Ведь находясь у него под гнетом я была зависима от тебя! Ты чувствовал себя на коне. И лечение брату оплатил по этой же причине. Рыцарь, что сказать. В короне из фольги.
Он замахивается, но опускает ладонь так и не ударив.
– Потаскуха. Только руки о тебя пачкать, – отпускает меня и отходит, а я хрипло дышу, пытаясь наполнить легкие живительным кислородом.
Я прекрасно понимаю, что не ударил он меня только потому, что припомнил тяжелый кулак Дамиана. Трус. Всегда им был.
– Вот ключи, – бросает связку на стол и, подойдя к окну, демонстративно отворачивается. – Забирай свое тряпье и уходи. Ключ оставь под порогом. И учти, я никогда не забуду то, что ты сделала и найду способ отыграться. Просто помни об этом. Помни каждую минуту своей паршивой жизни.
* * *
Естественно после "теплой" встречи с бывшим планы меняются, к Ийе ехать я уже не хочу. Еще одной встряски я точно не выдержу.
То, что я вызову всестороннюю ненависть отовсюду неожиданностью не было, и даже казалось, что к этому я готова, но как вышло, морально это не так-то просто.
Загрузив в багажник кое-какие свои вещи, без сожаления покидаю дом. Останется только оформить развод и больше с этим местом меня связывать ничего не будет.
Почти три года… Три бесполезных года с нелюбимым. Хотя почему бесполезных – некоторый урок я все-таки вынесла: никогда не бойся перечеркивать прошлое и не раздумывая сжигай за собой мосты.
"Где ты?" – приходит сообщение от Дамиана.
"На набережной, пью латте. Скоро приеду с вещами. Освобождай самый просторный шкаф"
"Уже? Я не готов. Надеюсь, успею смыться до твоего прихода"
Отправляю пару злых смайликов-чертят и не могу скрыть улыбку.
Внутри все больше зреет уверенность, что все я сделала правильно. Я люблю его. Любила все эти годы. И пусть все вышло слишком быстро, пусть с массой проблем – мы обязательно со всем справимся. Игнат остынет, Ийя рано или поздно тоже поймет…
Завтра же позвоню ей и договорюсь о встрече. Сегодня я слишком устала.
– Какая неожиданная встреча! Подружка!
Вздрагиваю всем телом, от чего едва не выливаю кофе на брюки. Не спрашивая разрешения, Ийя садится напротив за мой стол и по выражению ее лица ясно читается – она уже все знает.