Глава 2. Первые знакомства и первые знания

Ощущение самой себя было отвратительным. Создавалось впечатление, будто меня хорошенько пережевали, проглотили, а потом выплюнули. Ну или может не выплюнули, а вышла с другой стороны…

Все тело болело и ныло. Неужели я завалилась в сугроб и там замерзла, и умерла? Но нет, раз все болит, значит замерзла не до конца и еще жива. Скорей всего нашли и вытащили, теперь лежу в больнице и тело после обморожения приходит в себя. Да, так и есть.

Вот только я слышу капéль и чириканье каких-то птах, никогда в них не разбиралась. А где пиканье медицинских приборов? Где запах хлорки? И почему я до сих пор не могу открыть глаза?

Веки будто склеили или подвесили на них пудовые гири. Но все мои попытки были тщетны. Попыталась пошевелится, только тело было каким-то скованным. Однако я не прекратила попыток и вначале смогла пошевелить пальцами на руках и ногах. Потом дело пошло легче.

Удалось полностью разработать руки и ноги. Представляю, как я комично сейчас выгляжу со стороны. Лежит молодая деваха с закрытыми глазами и усердно размахивает ногами и руками. Еще бы понять и посмотреть, где же я лежу.

Потом удалось пошевелить телом. Я начала извиваться как змейка, и это помогло. Боль потихоньку отступала, а я наконец смогла сесть. Теперь надо размять шею и ощупать лицо, а то быть незрячей мне очень не нравится.

Шея размята, боли практически нет, и я тянусь к своим глазам. Боже! Как я только сдержалась! Я всегда была достаточно брезглива, а в данной ситуации мой желудок так и норовил вывернуть все остатки съеденного после Нового года.

У меня на лице были какие-то сопли. ФУУУ!!! Я с остервенением и диким желанием выразить брезгливость, пыталась убрать эту гадость с лица. Я не знаю сколько это времени у меня заняло, но в итоге я смогла открыть глаза.

Я может и хотела матерно выразить свое отношение к данной ситуации, вот только все слова застряли в горле. Рядом со мной сидело подобие собаки. Контуры тела были точь-в-точь как у собаки, только вот кожа была как у ящерицы.

Сидит это чудо, высунуло раздвоенный язык из пасти с острыми зубами как у акулы, и смотрит на меня преданными глазами. Сразу вспомнился анекдот про мужика и игуану. Где он ее завел, а она его цапнула за руку и ходила потом в глаза преданно смотрела. Мужик все умилялся. Рука опухла, и он потащился с ней к ветеринару.

Там-то он и узнал, что они кусают ядом свою жертву и ходят за ней, ждут пока сдохнет, чтобы съесть. Благо яд для человека слабый, и ничего кроме опухания мужику не грозило.

Вот и я сейчас не в лучшей ситуации. Вдруг это чудо меня облизало и ждет, когда я коньки отдам? А я жить хочу! Причем как никогда раньше не хотела. А может он меня уже и цапнуть успел, а я из-за общей боли и не почувствовала?

А дальше события начали развиваться с ошеломляющей скоростью. Я даже не успевала обдумать, что именно происходит, так как надо было действовать. Сначала я услышала детский крик на непонятном языке.

Вот на земле порой слушаешь незнакомый язык и понимаешь, что на нем говорят выходцы из восточных стран: арабы, турки. Или, например японцы, корейцы и китайцы, их язык тоже чем-то похож между собой. Итальянцы и испанцы, их языки тоже схожи.

А тут язык такой, прищелкивающий, как клекот птиц, с нотками рычания, ну нет таких на Земле. Вот только я не успела больше ни о чем подумать, голова разорвалась болью. Успела заметить, что собако-ящер сорвался с места и понесся на голос.

Боль продлилась не долго, зато я теперь слышала и понимала, что кричит ребенок. Ну, по крайней мере голос звучал как у ребенка.

- Бэрди! Бэрди, ты где? Ко мне малыш! – Неужели Бэрди это та собако-ящерица, что сидела возле меня? И только я захотела осмотреться, как услышала шум падения камней, а потом тот же детский голосок закричал. – Помогите! Кто-нибудь, спасите!

Я рванула на крик. Ребенок в беде. Мчалась я со всей скоростью, которую могла развить. По телу пробегали болезненные судороги, но я старалась на них не зацикливаться. Сейчас надо быстрее добраться до ребенка, оценить ситуацию и помочь ему в силу своих возможностей.

Животное сидело возле трещины в земле и заливалось карканьем. Я немедля подбежала и заглянула вниз. Расщелина в земле продолжала разрастаться, и сложно было оставаться на ногах от толчков. Рассмотреть ничего не удалось, так как спешно пришлось отойти от края.

Пришлось ложиться на живот и ползти к краю. Ребенок висел недалеко от края, уцепившись в какой-то корень. Длины моей руки должно хватить, чтобы достать до него. Что я и не замедлила сделать.

- Хватайся за мою руку. Я постараюсь тебя вытащить. Главное держись. – Кричала я в расщелину. А потом потянулись мучительные минуты. Силы у меня, как понимаете, было не особо много. Да и зацепиться было не за что.

Я старалась, извиваясь телом отползти назад, но выходило плохо. Главное, что ребенок держался крепко. Вот что делать? Надеясь на разумность странного пса, я к нему обратилась.

- Бэрди, хватай меня за штанину и тяни. Мне одной не справится, сил не хватает. – И он понял меня! Аккуратно прикусил штанину и потянул. Его помощь была неоспорима. Только благодаря ему, мне удалось вытащить ребенка из этого провала.

Вот вроде просто тащила, а такое чувство, что пробежала кросс. Сижу и никак не могу привести дыхание в норму. Сердце заполошно бьется прямо в горле. А еще горло болит от того, что говорила на этом рычаще-клекотном языке. Прям звериный какой-то.

Мы сидели и молча рассматривали друг друга, пытаясь прийти в себя. Первым заговорил ребенок.

- Ты как тут оказалась? Это запретная зона. – И вот тут я наконец решила осмотреться, чтобы понять, где же я. Вот только осмотр мне ничем не помог. Странные голые деревья с черными стволами. Зеленый снег кое-где растаял и оголил кристально белую землю. А вишенкой на торте стало нежно-розовое небо с ярко-фиолетовыми облаками. Ну и еще два светила в придачу.

От цветового несоответствия окружающего мира опять разболелась голова. В глазах помутнело и полностью пропали звуки. Как же хреново! Я что же, получается не на Земле? Нехило так встретила Новый год. Знала бы, фиг бы из дома вышла. Не сиделось мне видите ли дома, на салюты хотела посмотреть. Дура!

Где бы я не оказалась, надо брать себя в руки. Главное, что жива и здорова, остальное приложится. Хех, я теперь как та попаданка в книгах, что я любила изредка читать. Теперь стоит узнать о мире или планете, на которую попала. Может стану великим изобретателем?

Перевела взгляд на ребенка и стала его внимательно разглядывать. Ну а что? Он же житель другой планеты, может и раса у него какая-нибудь необычная. А вдруг у них тут и магия есть? Я уже чуть ли не пищала про себя от восторга.

Все-таки было видно, что он не землянин. Во-первых, у него были слишком большие глаза, у нас такие в анимэ рисуют почти всем героям. Во-вторых, цвет глаз был ярко синим. У нас такого цвета добивались только благодаря цветным линзам. В-третьих, у него были чуть вытянутые вверх и заостренные уши, а вот мочки почти не было. Этакий эльф, местного разлива.

А еще у него волосы, брови и ресницы были жгуче красные. У нас такого оттенка можно было добиться только при помощи краски. В общем при такой яркой внешности. Ребенок был удивительно красив. Да и одежда, хоть и напоминала земную, но была сделана из странного мерцающего материала. Создавалось впечатление, что по ткани пробегают крошечные молнии.

- Почему молчишь? Вроде разговаривать умеешь. Так кто ты и как оказалась на запретной зоне?

Пришлось поубавить свой неуёмный восторг и наконец ответить.

- Я – человек, зовут меня Дарья Валерьевна Лунная. Гуляла по городу у себя, на планете Земля и упала. Потеряла сознание, а очнулась уже здесь. Глаза были заляпаны какой-то липкой гадостью, едва успела убрать ее как увидела рядом с собой Бэрди. Потом услышала твой крик и кинулась тебе на помощь. Это все.

Горло опять заболело от столь длинной тирады. Не смотря на неудобство, меня радовало то, что хоть вообще понимала местный язык и могла говорить на нем.

- Значит, ты с другого мира? – В ответ я только кивнула. Не видела я смысла что-то выдумывать. Можно завраться и запутаться в своей лжи. А там может мне помогут. Эх, мне бы водички, чтобы горло промочить, а то сухость и тяжелый язык не добавили комфорта.

И тут меня осенило, я же брала с собой в рюкзаке минералку. Поэтому быстро сняла рюкзак с плеч и достала минералку, жадно присосавшись к горлышку. Старалась пить неспеша, чтобы не пролить воду.

Закрывая бутылку, увидела, как ребенок с жадностью смотрит на нее.

- Тоже хочешь пить? Держи. – Открутила обратно крышечку и протянула ему минералку. – Как хоть тебя зовут? Почему это место запретное и как ты сам тут оказался? И расскажешь мне о мире, в котором я оказалась?

Ребенок кивнул и вернув мне минералку начал отвечать на мои вопросы.

- Меня зовут Бариэн. Я – будущий маг растений. Именно в это время в запретной зоне пробивается сквозь тающий снег первоцвет. Его цветы помогают укрепить здоровье тем, кому магия помочь бессильна. У меня бабушка болеет, вот я и решился прийти сюда.

Запретное оно потому, что здесь очень часто происходят неконтролируемые природные всплески магии. Неожиданно разверзается земля, или за секунды вырастает новое дерево. Может налететь ураганный ветер и унести человека далеко-далеко.

Такие места очень опасны для неумелых магов, можно с легкостью погибнуть. Однако это мало кого останавливает. Тут произрастают самые ценные растения, а порой можно встретить редких зверей. Вот многие сюда и идут.

- А что, территории таких опасных мест не охраняются?

- Нет. У каждого своя голова на плечах, за всеми не углядишь. А у охаров и так работы хватает.

- Бариэн, а какие у вас тут расы существуют? – Я уже мысленно потирала ручки в предвкушении. Вот передо мною сидит явный эльф, значит тут и драконы есть и гномы, и великое множество остальных разнообразных рас.

- У нас живут только люди и все они маги.

- И у всех такие хорошенькие ушки как у тебя?

- Нет конечно. – Бариэн улыбнулся на мои слова. – Наш внешний вид зависит от магии. В основном у всех такие уши как у тебя, Дарья. Такие как у меня – только у природных магов. Природные маги разделяются на два вида: маг растений и маг зверус.

- Зверус? Странное какое-то название. Маг растений, я понимаю, взаимодействует со всеми видами растений, от самой мелкой травки, до огроменного дерева. А зверус?

- А маг зверус взаимодействует с животными. А еще зверусы могут обращаться в животное.

- А вы в кого обращаетесь? – Я с интересом посмотрела на мальчишку.

- А мы можем превратится в растение. Вот только если они неподвижны, то мы даже в таком виде можем передвигаться. – Вот тебе и помесь эльфов-дриад, а еще и местные оборотни.

- Расскажи, а какая еще магия у вас тут есть и как выглядят люди ей обладающие? – Только вот продолжить сразу разговор нам не удалось. В животе у мальчишки как-то грозно забурчало. Он покраснел и мило улыбнулся.

- Прости. Просто я потратил почти весь резерв, когда выращивал корень, чтобы не провалится в трещину. Теперь организм требует восполнения, и желательно чем-то более серьезным чем вода.

- А до твоего дома далеко? – Мальчишка погрустнел.

- Далеко, пол дня пути точно. – Он вскинул на меня взгляд, который горел решительностью и упрямством. – Вот только без первоцвета я домой не пойду. Иначе бабушка не дотянет до лета, и меня заберут в отстойник.

Слово то какое, отстойник. Как будто там всю грязь собирают, а не бедных детей лишившихся родных и близких. Ладно, потом узнаю, что это такое, а сейчас надо парнишку хоть бутербродами накормить.

Залезла в свой рюкзак и начала доставать пакеты с мясной нарезкой и хлебом. Стоп! Руки то грязные, надо их очистить.

- Снег чистый? Можно им руки обтереть? А то у нас с тобой они чистотой не блещут.

- Конечно можно. – И мальчишка с энтузиазмом начал оттирать руки зеленым снегом. Я положила пакеты обратно в рюкзак и принялась тщательно оттирать белую грязь зеленым снегом.

- А это нормальные цвета? Ну, я имею в виду что снег зеленый, а земля белая.

- Нет. Это только в запретных зонах так. А в нормальных местах земля разного оттенка бывает от черного до золотистого. Бывает красная, но в основном имеет коричневый оттенок. Снег же везде белый.

Руки были чистые и я поспешила сделать нам бутерброды, что-то и мне самой есть захотелось. Так что минут через десять от моих запасов ничего не осталось. А мальчишка умудрялся быстро есть и болтать все это время. Я не стала ему ничего говорить, а вот слушала внимательно.

- Так вот про магию. Есть у нас магия земли, воды, огня, ветра, света и тьмы. Раньше говорят была изначальная, но вся вышла. Разделилась на все остальные. Так вот я отношусь к магам земли. Земля делится на зверей, растения, металлы и камни. В кого обращаются первые два вида магов, я тебе уже рассказал.

Маги умеющие обращаться с камнями и металлами при обращении очень друг друга напоминают. Они становятся невысокими, но широкими и очень сильными. Те, что с камнями работают имеют оранжевые волосы, те, что с металлами – черноволосы. Более слабые маги не изменяют облик, но зато они становятся отличными строителями, ювелирами и артефакторами.

Вода делится в зависимости от объема магии, которым может пользоваться человек. Самому сильному подвластны глубины всех водоемов, включая моря и океаны. У них появляются жабры на шее, отрастаю плавники на руках и ногах. Кожа становится более плотная, а порой и чешуей покрывается. Самые слабые становятся погодниками. Они могут становится туманом или тучей. Собирают в себя воду и проливаются на нужном месте.

«Вот тебе и русалки с тритонами подъехали. Да еще и водные элементали.» - подумала я про себя.

- Воздух делится, как и вода, на сильных и слабых. Самые сильные повелевают ветрами, могут спокойно перемещать огромные предметы с одного места на другое. Они могут создавать мгновенные переносы. Им подчиняется пространство. Они принимают вид красивых беловолосых людей с крыльями. Слабые могут только управлять или вызывать небольшие ветра. Сами становятся прозрачными копиями себя. А еще из слабых получаются отличные слуги для поддержания хозяйства и дома в порядке.

«Вот и ангелы подоспели, хотя где-то читала, что их ирлингами называли в книжках. И воздушные элементали с ними. Значит слабые воздушники – бытовики.» - продолжала я сравнивать местный народ с выдуманными персонажами наших фэнтезийных книг.

- Огненная магия – самая сложная в овладении. У многих она есть в зачатке, однако овладеть и удержать могут только сильные люди, в основном мужчины. Не каждая женщина стремится быть физически сильной. Тут слабых магов нет.

- Подожди, а что в итоге с теми, кто не смог овладеть огненной магией? Они умерли? – На мой вопрос мальчишка весело рассмеялся.

- Нет, все живы, просто не развивают свою магию оставляя в зачаточном состоянии. Тот, кто решается ею овладеть – идут до конца. А те, кто оставил магию неразвитой – живут простой жизнью, зато могут эту магию передать своим детям.

Сильные огненные маги становятся огненными птицами. А есть еще люди с разной магией. Например, земля и огонь – огненная саламандра, земля и вода – люди с змеиными хвостами. Именно последние хорошо переносят путешествия как по воде, так и по пустыням.

А есть еще земля и воздух. Люди с такой магией превращаются в больших и сильных людей. Кожа отдает зеленым цветом и уши немного заостренные.

Я присмотрелась к мальчишке и увидела, что уши его стали обычными.

- А куда делись твои остроконечные ушки? Ты же сказал, что у тебя они такие?

- Ну так при частичном обороте, а потом возвращаются в нормальную форму. Я же еще только начинаю учится. И чтобы вырастить тот корень, мне пришлось оборачиваться, тогда легче магичить.

- Теперь понятно. Так, что там у нас осталось? Тьма и свет?

- А вот про них я тебе толком ничего не могу сказать. Их очень мало, и они особо не афишируют свои умения. Знаю только, что магия света лечит, а с помощью магии тьмы можно общаться с мертвыми. Имеют ли они второй магический вид – понятия не имею.

«Ага, магические лекари и некроманты. Буду знать.» - Обдумывала я про себя полученные знания. А вслух пришлось спросить совсем про другое.

- Бариэн, скажи-ка, а такие как я есть в вашем мире? И что с ними происходит? Есть ли у них магия?

- Таких как ты у нас хватает. Их проверяют на знания, помогают с обучением, а потом они уже сами устраиваются на работу. Вот только если нет семьи, что их приютит, то они отправляются в отстойник. Ну, если их знания скудны и не способны принести пользу для развития нашего мира.

- А что такое отстойник? Слово для меня звучит как-то не очень радостно. – Продолжила я засыпать мальчонку своими вопросами. Мы уже шли в поисках того самого первоцвета. Я шла за компанию, плюс решила насобирать его побольше, раз он такой редкий. Может смогу продать, так хоть будет хоть какая-то монета в кармане на жизнь.

- Отстойник – очень неприятное место. Туда селят слабых магов вне зависимости от возраста, которые не могут сами себя обеспечить. Никакого обучения, только работаешь с утра до ночи, а получаешь мелочь. Едва хватает на еду один раз в день, да крышу над головой. И вырваться оттуда очень проблематично. – Я решила оставить этот вопрос до поры, до времени. Зато захотелось узнать, может есть какие-либо еще полезные травы в запретной зоне.

Оказалось, что есть и очень много. Только не для всех пришло время. Но я попросила показать хоть те, что сейчас есть, и объяснить какие у них свойства.

- Вот деревья с черными стволами. Их кора очень помогает в развитии силы магии и ее контроле. Вот только собрать ее могут люди без магии, или с очень маленьким даром. И то у них выходит собрать крохи, так что толку в итоге никакого. Поэтому и не собирают, а сейчас, в начале весны она самая полезная.

- А почему толку никакого? Сам же сказал, что люди без магии могут собирать. В чем проблема то?

- Проблема в том, что нет у нас таких. Даже все пришлые, попадают сюда из магических или маго-технических миров. – А я остолбенела. А как же я? Земля-то не магический мир. Так что схватила Бариэна за руку и потащила к деревьям.

- Рассказывай давай, как надо собирать. – Я ринулась к деревьям одновременно про себя продумывая дальнейшие действия. – Есть еще растения, которые могут собирать только люди без магии?

- Нет. Только кора этих деревьев.

- А если человек без магии съест эту кору, что будет?

- Не знаю, наверно у него начнет развиваться магия. Но это только в теории.

А дальше я следуя инструкциям Бариэна обрывала кору с деревьев. В рюкзаке в отдельных кармашках обнаружились пакеты. Ну а что? В магазин иду, обязательно с собой пакетов пять прихвачу. И нести есть в чем и на новые не надо тратиться. Вот и сейчас в карманах обнаружила штук семь аккуратно свернутых пакетов.

Кору отрывала аккуратно, чтобы не повредить самый нижний слой. Не хочется, чтобы из-за моей жадности погибли такие изумительные деревья. А жадности моей хватило на два больших пакета. Один магнитовский, второй из пятерочки. На этом решила остановится. Надо же и для остальных растений оставить место.

- А как эту кору надо применять? – Продолжила я наш разговор, когда мы двинулись дальше в поисках первоцвета. В руках остался кусочек черной коры, и я вертела его в руках, никак не хотелось положить его к остальным.

- Так просто суешь в рот и ешь.

- И все?

- Ага.

- Тебе дать?

- Не откажусь.

- А какие последствия после приема?

- Прилив сил.

Я, не раздумывая засунула в рот кусочек, что мусолила в руках, и протянула Бариэну еще один. В карманы я тоже положила несколько кусков. Просто я так подумала – знаний в технике или электроники у меня нет. Математика – на уровне школы, да даже уже и ниже. Забыла я как решать эти интегралы да логарифмы. Чем я могу удивить этот мир? Шитьем? Готовкой? Ну-ну.

А из этого выходит, что пользы от меня как от козла молока. И светит мне отстойник. А раз я без магии, то буду за гроши сутками кору с деревьев обрывать. А оно мне надо? Нет! Вот поэтому жуем противную кору и надеемся, что магия у меня появится.

Это, во-первых, а во-вторых, если местный собирает полезные растения, то его нельзя обворовать. Иначе растения потеряют свои свойства. И это еще один повод мне приобрести магию. Так что давимся и жуем усердно. Жаль вода закончилась.

После съеденной коры, а я прошу заметить съела их штуки три, рот вязало неимоверно. Есть снег мы поостереглись. Зато в рюкзаке лежала бутылка шампанского. Хоть рот прополощем. Думаю, от пары глотков ничего не случится.

Шампанское действительно убрало все неприятные ощущения во рту. Парой глотков напиться не удалось, но большего мы себе позволить не могли, не хотелось опьянеть. И до самого вечера мы занимались сбором трав. В конце дня нашли и первоцветы.

Часть трав мы запихали мне в рюкзак. Два пакета с корой мы привязали к лямкам моего рюкзака, найденной у меня бечевки. Вот понятия не имею откуда она у меня оказалась. Может торт когда покупала, а бечевку сразу сунула в рюкзак? Ну вот такая я Плюшкин. Вечно все сую в карманы рюкзака, с мыслями «авось пригодится».

У остальных пакетов тоже связали ручки и перекинули через плечи. Так и поплелись домой. Усталость накатывала волнами, а идти нам предстояло еще много. Бэрди куда-то сбежал, но сил искать его уже не было.

Оказывается Бэрди – это сояр, местное домашнее животное. Охраняет дом и является другом своим хозяевам. В общем местная собака. Они очень умные и когда вырастают, могут общаться с хозяином образами.

- Может съедим еще по паре кусочков коры? А то сил у нас точно не хватит, а нам еще идти и идти. А если остановимся, то замерзнем до смерти. Как ты на это смотришь, Бариэн?

- Дашь, если тебе не жалко для меня коры, то я только за.

- А у нас от того, что много ее съедим ничего плохого, не получится?

- Нет, от нее только магия растет и контроль улучшается, но я тебе про это уже говорил.

А раз ничего плохого, то я не стала жмотиться и заполнила карман парнишки корой под самую завязку. Мы молча шли и жевали через силу вяжущую кору. Потом остановились, чтобы выпить немного шампанского и продолжили свой путь.

Когда два местных светила озарили окружающий мир, мы уже подходили к какому-то поселению. Только заходить в него не стали. Остановились возле ящика из непонятного материала.

Бариэн провел рукой возле одного бока ящика и там появился стакан с водой. Он с жадностью его выпил и повторил свои действия. На этот раз стакан был предложен уже мне. В итоге каждый из нас выпил по три стакана.

Я, наивная, думала, что мы уже на месте. Однако нам пришлось идти в обход этого поселения. И только через два часа мы подошли к одинокому домику. До поселения, что мы обошли было минут тридцать ходьбы.

У меня была масса вопросов, вот только сейчас было не до них. Мы искали бабушку Бари. Дома ее не было, во дворе тоже. А вот три сараюшки за домом были еще не обследованы. Мы разделились и побежали в разные постройки, так мы быстрее ее найдем.

Не успела я до конца осмотреть сарай, в котором раньше, по-видимому, содержались животные, как услышала горестный крик Бари.

- Ба! Бабуля! – Я кинулась на его крик, наверно нашел. И ведь действительно нашел. Она лежала в третьем сарае, в котором мы и должны были встретится. Я, конечно, ни разу не медик, но ходила на курсы оказания первой помощи. Мало ли, вдруг в жизни пригодится.

- Что с ней? Я так понимаю это не в первый раз?

- Она уже стара, и ее магия усыхает. У меня так дед умер в прошлом году. Теперь она.

- Первоцвет ей поможет?

- Теперь уже вряд ли. Магии в ней остались крохи.

- А если мы их с корой дерева перемешаем, поможет? – Бари в неверии вскинул на меня глаза.

- Ты действительно поделишься с бабулей корой?

- Конечно. Это же твоя бабушка, родной человек. Сегодня я помогаю вам, завтра вы поможете мне. Рука руку моет. Ведь если бы не твои знания, то я бы эту кору и не нарвала.

- Спасибо, Дашь.

Мальчишке было лет десять. И вот куда ему таскать свою бабулю? Пришлось делать волокуши из подручных материалов и тащить женщину в дом. Благо пакеты с травами мы оставили дома у входа, когда искали бабушку мальчугана. Я тащила, а Бари открывал двери и показывал путь, куда ее перемещать.

Дом хоть и был маленьким, но очень уютным и аккуратным. Сразу видно, что все в нем делалось с любовью. Но это я все поняла, оглядев все мельком. Времени на подробное разглядывание просто не было. Не успели мы положить бабушку Бари, как поскакали готовить для нее лечебную бурду.

Ни я, ни Бари не знали, как надо готовить первоцветы. Я по наитию предложила заварить их, а потом туда добавить измельченную кору. Этакий лекарственный бульон. Так что в две пары рук мы справились очень быстро. А потом пришло время накормить этой бурдой пожилую женщину.

Пытались кормить с ложечки, вот только ничего толком не получалось. Мы никак не могли открыть ей рот. И вот как быть? Эх, был бы шприц, можно было бы влить через него эту жижку. Зубов то у женщины не хватает, и в просвет можно было вставить шприц.

Пришлось описать проблему Бари, а он подорвался и побежал куда-то. Не было его минут десять, а я в это время не прекратила попытки влить наше лекарство в рот старушки. Но все было тщетно.

Бари вернулся с подобием шприца, только кондитерского. Даже и не знаю, для чего его можно использовать в быту. Но то что он есть, уже великий плюс. С одной стороны у этого шприца ходил поршень, а с другой стороны он напоминал старую спринцовку. Сужающийся к концу шприц был будто сделан из другого материала, очень похожего на резину.

Пришлось мыть эту конструкцию, а потом и прокипятить, фиг его знает для его использовали до этого. Нам не хватало вылечить и сразу заразить чем-нибудь бабулю Бари.

С местным шприцом дело пошло споро. Бари тихонечко заливал наше лекарство в промежутки стиснутых зубов, а я придерживала голову и гладила горло, чтобы вызвать глотательный рефлекс.

К концу нашего лечения у женщины расслабились челюсти, да все ее тело стало мягче, видимо спазм пошел на спад. Это какую же боль должна она была чувствовать, что так вся зажалась? Меня аж всю передернуло от ужаса.

И как только не замерзла насмерть в той сараюшке? Нам то было тепло, мы же с Бариэном двигались, а она лежала на холодной земле. Страшно оставаться одной в таком пожилом возрасте. Если бы не внук, так наверно никто бы и не кинулся ее искать.

Бари принес мне сменную одежду для бабули и вышел из комнатки. Я переодела ее и совместно с мальчуганом смогли нормально положить ее в постель. А уж после я сама смогла помыться. Бари принес мне одежду, некогда принадлежавшую его матери, так что мне было во что переодеться.

Как бы нам не хотелось спать, но нужно было разобраться с травой. Если оставить в пакетах, то она там сопреет и никакого толку от нее уже не будет. Так что едва ворочая руками мы в одной комнате, достаточно большой, разложили травы для просушки. Кору я тоже решила подсушить.

Заперев дом, мы без сил завалились спать, хорошо хоть кроватей хватало. Еда потерпит, а вот от недостатка сна голова перестала вообще соображать. Но перед тем как отрубиться, договорились, что если бабушка не придет в себя к моменту нашего пробуждения, то мы напоим ее нашей бурдой еще раз.

Проснулась, когда на улице было сéро. То ли утро, то ли вечер, фиг поймешь. Первым делом отправилась проверить бабулю. Надо будет узнать хоть как ее зовут, а то бабуля, женщина. Она просто спала, даже позу поменяла. Значит все обошлось. Придет в себя, поможет нам с травами и местного врача вызовем. Пусть проверит ее состояние.

Желудок разразился гневной тирадой. Потерпи миленький, я бы приготовила что-нибудь, да ведь местных продуктов не знаю. Поплелась в мыльню, приводить себя в порядок. Сделала себе пометку, надо будет узнать как тут стирают и привести все свое в порядок. Заодно, если труд ручной, выстирать и одежду мальчонки с бабулей.

Во мне жила надежда, что женщина позволит мне остаться с ними. Пусть на прогрессорство в здешнем мире моих знаний не хватит, но зато работы я не боюсь. Буду им отличной помощницей.

Когда я рассматривала свою одежду, чтобы оценить, насколько сильно я ее засвинячила, проснулся Бари. Пришлось отложить одежду и первым делом заняться приготовлением еды. Потом напоили бабулю нашей лечебной жижкой.

Пока крутились с готовкой и приготовлением лекарства, оказалось, что это утро. Ну и хорошо, зато до ночи успеем много дел сделать. Только для всего нужны силы, а организм устал за время нашего похода.

А чтобы нивелировать истощение наших организмов, я заставила и Бари выпить со мной такую же лечебную жижку, что мы давали его бабушке. Хуже точно не будет, зато польза неоспоримая. А потом настало время решения бытовых проблем: уборка, стирка, приготовление еды на обед и ужин. Как-то мне не хотелось стоять по три раза на дню у плиты, хоть и с таким прекрасным помощником как Бари.

Со стиркой было и просто и тяжело одновременно. Оказывается, у них вместо порошка использовался особый кристалл. Замачивалось белье, к нему в воду клали кристалл и оставляли на полчаса. Вся грязь отходила и оставалось просто выполоскать от грязной воды вещи.

Ме оставалось только рассортировать белье по цветности. В перерывах между стирками делала все остальное. Благо тут была проточная вода и теплая, и холодная. Вернее, в дом подавалась только холодная, а с помощью кристалла она нагревалась.

Плита тоже работала на кристаллах, вернее это была варочная панель, духовой шкаф шел отдельно. Сложнее всего было с продуктами, я в них совсем не разбиралась. Но с этим мне помогал Бари. Он описывал тот или иной фрукт или овощ, и если его можно было есть сырым, то я пробовала.

Так путем проб и описания мне удалось сварить суп, накрошить салат, натушить мяса с овощами. Единственное, что здесь было узнаваемым, так это мясо. Зато я уверена, что животинка, чье мясо было использовано, будет мне не знакома.

Между делом узнала, что бабулю зовут Люфиана. К обеду она пришла в себя, но была еще очень слаба. Я помогла ей сходить в туалет, а потом покормила. Пока я помогала ей есть, Бари подробно рассказал нашу встречу и совместные приключения. А в завершении обеда я опять скормила нашу лечебную бурду тетушке Люфи, именно так она попросила меня ее называть.

Обстоятельно поговорить о моем присутствии в их доме, нам не удалось. Женщина была еще слишком слаба и говорила с трудом. Именно поэтому я решила поднять эту тему чуть позже, когда ей станет лучше.

Сушка белья тоже не вызвала проблем. Мокрую вещь нужно было аккуратно сложить и положить в особый шкаф. Через минут десять все становилось сухим и выглаженным. Если бы не он, то я не успела бы все постирать, уж больно много всего мы с Бари кинули в стирку. Ну а что? Бабуля уже угасала и сил не было, а Бари еще ребенок, хоть и старается все делать.

Шок у нас с Бари случился на следующее утро. Бабуля была на ногах и суетилась на кухне, вот только женщину уже нельзя было назвать старой или пожилой. Выглядела она лет на тридцать – сорок. Тот самый возраст, когда видно, что женщина уже зрелая, но до старости еще далеко. А ведь буквально еще вчера она выглядела лет на семьдесят, по земным меркам.

А мне вот стало страшно. Если она так омолодилась, то не стала ли я ребенком? Я то и кору усиленно ела и лечебную бурду с Бари пару раз употребила. Вот по Бари было ничего не заметно. Как был пацаном лет десяти, так и остался.

- А как это? – Это все слова, в которые я могла обличить свои мысли.

- Ой, не знаю, чем вы меня там поили, но чувствую я себя отлично. Будто лет сорок с плеч скинула. Тело такое подвижное и не чувствуется, что магия иссыхает во мне. – А я перевела удивленный взгляд на Бари. Он хоть сначала и удивился, но потом просто радостно улыбался.

Но потом видя мой молчаливый вопрос на столь чудесное омоложение Люфи, решил меня немного просветить.

- Дело в том, что у нас люди выглядят достаточно молодо в любом возрасте. Старение происходит только когда магия начинает покидать тело. Идет усыхание магического слоя человека, оно и влечет за собой усыхание физического тела.

- То есть тетушка Люфи полностью поправилась? Ей теперь не грозит усыхание? – Но на этот вопрос, ответ я получила от самой женщины, а не ее внука.

- Чем сильнее магия у человека, тем дольше он может прожить. Я и мой покойный муж, были слабыми магами. Дочка вообще была едва одарена, как и зять. А вот внук уже ближе к средней силе. С крупицами магии люди живут совсем мало – всего лет семьдесят.

Арана – мать Бариэна, вышла замуж очень поздно. Ей было тогда уже пятьдесят. Детей у них долго не было, а вот в шестьдесят она родила моего внука. А в шестьдесят пять ее магия стала стремительно усыхать. Состарилась за год и умерла. Следом за ней последовал и зять. Я с мужем забрала Бари к себе.

Стоп, стоп, стоп. Если матери Бари на момент его рождения было уже шестьдесят, то сколько же лет Люфи? Даже если она родила приблизительно в двадцать лет, то сейчас ей около девяносто?

- Мне сто десять лет. Слабые маги как я живут в среднем от ста до ста двадцати лет. Середнячки – сто пятьдесят – двести. А вот самые сильные могут дожить и до тысячи.

Да ну на хрен! Жить тысячу лет! Да тут устать можно от жизни. Не хочу быть сильным магом! Да теперь вообще не хочется магом быть. Живешь, радуешься и тут бах, начинаешь усиленно стареть и помираешь за пять лет.

- Не волнуйся, девочка. – Люфи подошла ко мне и погладила по плечу. – Не все так страшно, как тебе кажется на первый взгляд. Я тут подумала и решила предложить тебе остаться у нас жить. Я помню вы говорили про травы. Я завтра вызову маг лекаря, пускай меня осмотрит. Расскажет прогноз о моем будущем. Ему и травы сможем продать по хорошей цене. Но вот кору я предлагаю тебе ему не показывать всю.

- Потому что ее могут собирать только те кто без магии?

- Не только. Эта кора может хранится столетиями. Поэтому лучше оставь ее себе на будущее. Мало ли что. В крайнем случае можно будет продавать по чуть-чуть.

- Это хорошо. Тетушка Люфи, а где можно проверить уровень магии? Да и вообще узнать о ее наличии.

- Маг лекарь может провести все эти процедуры, если ты хочешь.

- Конечно хочу. Он же сможет и определить направленность магии?

- Конечно.

И я совершенно не обратила внимания на то, что тетушка Люфи отвечала на все мои вопросы. Даже на те, что я не озвучивала.